СЮРПРИЗЫ  
 
 
 
 КОСМОВИДЕНИЯ
 
Иван МАЩЕНКО    СЮРПРИЗЫ КОСМОВИДЕНИЯ
 
На протяжении последних полутора десятилетий существования Советского Союза дата «7 октября» в календарях была «красной»: так этот день «красили» по случаю принятия «брежневской» Конституции (как ранее 5 декабря обозначалось праздничным в честь «сталинской»). Давно прошли те времена. В Украине — новый Основной Закон. А что касается 7 октября — то эта дата уже навечно вошла в летопись освоения человечеством Вселенной как день рождения космовидения.
 
«Космовидение (космическое телевидение) — непосредственная передача
и прием сетью телевизионного вещания изображений с борта космического аппарата,
находящегося в космическом пространстве или на поверхности другой планеты»
 
(«БСЭ», том 13, стр. 739).
 
Более чем сорокалетняя летопись космовидения примечательна многими выдающимися достижениями. И вместе с тем — сюрпризами. Расскажем о нескольких из них.
 
Невидимый лик Селены открылся... в Евпатории
 
«Спутник, запущенный в космос без радиотелевизионной аппаратуры,
похож на камень, брошенный из средневековой пращи».
 
С.П.Королев  
 
Днем рождения космического телевидения считается 7 октября 1959 г. (6 часов 30 мин. по московскому времени), когда фототелевизионная аппаратура «Енисей» на борту автоматической межпланетной станции (АМС) «Луна-3» начала фотографировать обратную сторону Луны. Эта АМС впервые в мире не только осуществила фотографирование, но и передала на Землю снимки невидимой для человека части нашего естественного спутника.
 
Подготовку к этому эпохальному событию советские ученые и конструкторы начали сразу после того, как 4 октября 1957 г. был запущен первый в истории человеческой цивилизации искусственный спутник Земли (ИСЗ), озвучивший своим мелодичным «бип-бип» космическое пространство. Разработку системы космического ТВ поручили коллективу Всесоюзного научно-исследовательского института телевидения в Ленинграде. Параллельно трудились над созданием черно-белых комплексов «Енисей» (для передачи и приема неподвижных изображений) и «Селигер» (для передачи и приема подвижных объектов). Главным конструктором телевизионной космической аппаратуры был И.Валик, его заместителем П.Брацлавец.
 
К лету 1959 г. разработали и изготовили необходимое количество комплектов оборудования. Бортовая и фототелевизионная аппаратура «Енисей» должна была обеспечивать передачу телевизионного сигнала как в «медленном», так и в «быстром» режимах, изображение в «быстром» режиме должен был принимать комплекс «Енисей-І», а в «медленном» — «Енисей-ІІ».
 
В июне-июле 1959 г. начали соединять телеаппаратуру «Енисей» со всем радиокомплексом автоматической межпланетной станции «Луна-3». Не дожидаясь завершения этих работ, руководство эксперимента скомандовало оттранспортировать принимающую телевизионную аппаратуру на наземные измерительные пункты (НИП) в Крым и на Камчатку — две крайние точки наблюдения за полетами ИСЗ на территории Советского Союза. Крымский НИП, размещенный вблизи Евпатории, считался основным во время работы с АМС «Луна-3», и именно туда в середине августа 1959 г. собственным ходом были отправлены из Ленинграда автомобильные варианты принимающих комплексов «Енисей-І» и «Енисей-ІІ» (они разрабатывались как в стационарном, так и в автомобильном вариантах). Туда же, на Крымский НИП, после запуска АМС «Луна-3» с космодрома Байконур выехала группа специалистов и главные конструкторы (в т.ч. С.Королев). На Камчатский НИП двумя самолетами повезли стационарные варианты «Енисеев», далеко не лучшие в плане изготовления и наладки. Итак, с самого начала эксперимента ставка делалась на то, что невидимая часть Селены должна была открыться человеку впервые именно в Евпатории.
 
После запуска 4 октября 1959 г. АМС «Луна-3», выведенная на рассчитанную траекторию полета, приблизилась к Луне через трое суток.
 
Первый шаг — всегда самый тяжелый... Никто тогда не мог сказать заранее, какими могут быть «сюрпризы» космической радиации относительно фотопленки, как повлияет на работу съемочной аппаратуры фактор невесомости, как в конце концов «пройдет» телесигнал. «Условия для телевизионщиков, — вспоминал участник эксперимента П.Федоров, — как на железнодорожном вокзале: опоздаешь к отбытию — потерял билет, ожидай следующего железнодорожного состава, а он, согласно расписанию, — только через несколько месяцев...»
 
И вот по команде с евпаторийского наземного измерительного пункта 7 октября 1959 г. в 6 часов 30 мин. бортовая фототелевизионная система «Енисей» начала фотографирование поверхности обратной стороны Луны. Многоразовая фотосъемка длилась 40 минут. Потом автоматически на борту «Луна-3» была произведена обработка отснятой кинопленки. Данные телеметрии показали, что бортовые системы сработали нормально.
 
А как же пейзажи обратной стороны Луны? Пришлось ждать долгих полчаса: столько времени строка за строкой, будто бы читая страницы книги, передавала тогдашняя космическая телевизионная техника один кадр. Появился край лунного диска... Медленно проходят минута за минутой... И вот в конце концов она, еще никогда никем из землян не видимая обратная сторона нашего естественного спутника! И впервые свое «личико» Селена (так древние называли Луну) показала людям именно в Евпатории.
 
Было проведено еще несколько телевизионных сеансов связи с «Луной-3» на предмет передачи фотоизображения Луны, в т.ч. в «быстром» режиме (продолжительность кадра на мониторе — 10 сек., время передачи — всего 15 сек. на полный кадр). С приближением автоматической межпланетной станции к Земле изображение становилось все более контрастным, четко проступали контуры лунного диска с пятнами по краям и в середине.
 
Телевизионный сигнал с бортовой аппаратуры «Енисея» был записан также на видеомагнитофон (это один из первых примеров работы в СССР такой фиксирующей аппаратуры), но попытка воспроизведения записанного сигнала не удалась.
 
После получения первых трех-четырех снимков обратной стороны Луны копии их из Крымского НИПа были отправлены в Академию наук СССР, где их подвергли обработке и незначительному ретушированию, а потом передали для опубликования. И фото молниеносно облетело всю мировую прессу! На основе этих снимков был создан первый атлас обратной стороны Луны.
 
«На пыльных тропинках далеких планет...»
 
3 февраля 1966 г. в 21 ч. 45 мин. 30 сек. мягкую посадку на Луну совершила автоматическая станция «Луна-9», запущенная с территории Советского Союза 31 января. Сев в районе Океана Бурь, «Луна-9» на следующий день в 4 ч. 50 мин., по команде из Крымского центра управления полетом (ЦУП), начала телевизионный осмотр лунного ландшафта и передачи его изображения на Землю. Это делалось небольшой (как по тем временам) телекамерой размером 8х20,5 см. и весом в 1,3 кг. Каждую секунду на Землю передавалась всего лишь одна строка изображения поверхности Луны, а на трансляцию всей панорамы понадобилось целых 100 минут!
 
И вот тут приключился международный научный скандал.
 
«Я был очень взволнован, когда наши телескопы зарегистрировали успешную посадку автоматической станции «Луна-9», — говорил тогда директор английской обсерватории «Джодрелл Бенк» Б.Ловелл. — Это был один из самых волнующих дней в моей жизни... Несколько минут спустя, когда были переданы сигналы, мы поняли, что это, видимо, телевизионные сигналы, которые можно превратить в снимки с помощью имеющегося в распоряжении газет оборудования...» Английский ученый ждал информации из Москвы. Отправил несколько телеграмм в Академию наук СССР своим коллегам, в ответ — ни слова. И тогда Ловелл предоставляет прессе свою запись панорамы лунной поверхности, переданную станцией «Луна-9». Газеты мира немедленно публикуют этот снимок на первых страницах — это же крупнейшая сенсация!
 
Наконец-то «Москва» заговорила... И довольно обиженным тоном: дескать, снимки искажены. Действительно, в английском исполнении изображение было немного «сжато»... Но почему же организаторы эксперимента не обнародовали первыми панораму лунного ландшафта? Как всегда, препятствием стал советский бюрократизм: слишком долго пришлось «согласовывать» лунную панораму. Из Евпаторийского ЦУПа она попала в кабинеты космического ведомства (то есть к военным), потом — в оборонный отдел ЦК КПСС, дальше — в политбюро. И, наконец, легла на стол генерального секретаря ЦК Л. Брежнева (вот кто, оказывается, тогда был главным астрономом страны!). Но была ночь, и Леонида Ильича не стали беспокоить до утра... А научный мир с нетерпением ждал: ведь не только англичане, но и американцы, немцы зафиксировали мягкую посадку «Луны-9» на лунную поверхность и факт ее телетрансляции. И, не дождавшись ответа, решились на акт научного видеопиратства.
 
Это тем более досадно, что получению лунной панорамы со станции «Луна-9» предшествовал ряд драматических страниц в истории космонавтики. Не достигла Луны в 1963 г. «Луна-4». Потом новые неудачи, одна за другой... Кстати, первый «телерепортаж с Луны» был проведен в Ленинграде (Всесоюзный научно-исследовательский институт телевидения), когда «лунной» ТВ-аппаратурой из одной комнаты в другую передавался портрет Н. Хрущева в качестве благодарности за то, что именно он дал «добро» на освоение Луны при помощи автоматов, «зарубив» программу пилотируемого полета. Сменились генсеки, но С.Королев продолжал упорно идти к «лунным» морям, долинам и горам. Всего через несколько секунд должна была состояться посадка «Луны-8», но из-за глупой случайности станция погибла. Возвратившись из ЦУПа в Москву, Королев уверенно сказал: «Следующую обязательно посадим!» Однако спустя две недели Сергея Павловича не стало. После успешной посадки «Луны-9» и трансляции ею фотопанорамы Луны тогдашний президент Академии наук СССР М.Келдыш сказал: «Я добьюсь, чтобы это выдающееся достижение в космосе было посвящено памяти Сергея Павловича Королева!» В опубликованных же сообщениях ТАСС подчеркивалось, что триумфальный полет автоматической станции «Луна-9» ученые и конструкторы посвящают ХХІІІ съезду КПСС...
 
Но на пути «к Луне» была еще одна памятная веха.
 
…Среди многочисленных экспонатов музея космонавтики им.С.П.Королева в Житомире внимание посетителей прежде всего привлекает белоснежная ажурная конструкция — макет-двойник легендарного «Лунохода». А впервые машина с таким названием появилась в конце 1970 года. Этот аппарат, доставленный на поверхность Луны станцией «Луна-17», работал там с 17 ноября 1970 г. по 4 октября 1971 г. и прошел в течение 11 месячных суток расстояние 10 540 метров в районе Моря Дождей. Руководил «Луноходом» экипаж в составе командира, водителя, штурмана, оператора и бортинженера, находившихся... на Земле! Объективы камер телесистемы, установленные на самоходном аппарате, внимательно осматривали лунную поверхность по курсу «самохода» и передавали это изображение в ЦУП.
 
Оценив обстановку, наземный экипаж отправлял на борт «Лунохода» соответствующие команды. Таким образом, руки водителя при помощи радиоволн как бы «сжимали» рычаги лунного «самохода» на расстоянии около 400 тысяч километров. Едва ли не впервые за время освоения Вселенной как раз в этих сеансах телесвязи через космос зримо ощущалось расстояние. Ведь, чтобы попасть с Луны на Землю и возвратиться обратно, радиосигналу понадобилось почти три секунды, хотя мчит он со скоростью света. Еще какое-то время было нужно экипажу, чтобы оценить увиденное, принять соответствующее решение о дальнейшем курсе «Лунохода». И, наконец, достигнув лунной поверхности, радиокоманда должна была запустить механизмы аппарата. Все это нужно было учесть заблаговременно. Поэтому команды на «Луноход» поступали, так сказать, с некоторым опережением.
 
«Луноход» чем-то был похож на человека, идущего по болоту. Сделает несколько шагов, остановится, пощупает грунт, потом снова вперед. Казалось бы, чего ради такая осторожность: ведь, судя по «картинке», которую давали на экраны «глаза»-телекамеры «Лунохода», поверхность Луны казалась довольно ровной (по крайней мере, в районе Моря Дождей, где села станция «Луна-17»). Но на самом деле та «картинка» обманчива. Условия освещения на Луне своеобразны: отбрасываемые камнями длинные тени видно четко, но если кратер пологий, то теней нет, и края кратера можно и не заметить. А тогда... Тем не менее ничего страшного с «Луноходом-1» за почти годичное путешествие по лунной поверхности не произошло. «Глаза»-телекамеры оказались очень зоркими, а руководители экспедиции (в частности ведущий селенолог Александр Базилевский и главный телевизионщик Борис Непоклонов) — настоящими мастерами своего дела.
 
Четыре телекамеры кругового обзора «Лунохода-1» передали на Землю около 200 панорам и 20 тысяч снимков. Почти в полутысяче пунктах по пути движения аппарата с помощью специальных приборов изучались свойства поверхности лунного грунта, и 25 раз брались его пробы (данные обо всех этих экспериментах через радиосвязь тоже отправлялись на Землю).
 
Спустя три года автоматическая станция «Луна-21» доставила в район восточной окраины Моря Ясности усовершенствованный «Луноход-2», который за пять лунных суток преодолел расстояние в 37 километров, значительно пополнив видеотеку материалов о естественном спутнике Земли.
 
…Сбылись вынесенные в заголовок слова одного из известных советских шлягеров 60-х годов, касающиеся Луны. Только на запорошенных лунных тропинках оставили следы не наши соотечественники, а американцы. Кстати, из 25 миллиардов долларов, ассигнованных США для высадки человека на Луну, 1 миллиард был израсходован на разработку телесистемы. И когда 21 июля 1969 г. астронавты Н.Армстронг и Э.Олдрин первыми ступили на поверхность Луны, трансляция этого события в режиме «прямого эфира» осуществлялась всеми ведущими телекомпаниями мира, кроме... Китая и Советского Союза, где сообщению о выдающемся событии в истории человеческой цивилизации было отведено лишь три минуты в программе «Время».
 
На борту «Союз» — «Аполлон» сошлись SECAM и NTSC
 
В хмурую эпоху «холодной войны» рукопожатие над планетой экипажей космических кораблей «Союз» (СССР) и «Аполлон» (США) стало ярчайшим проявлением надежд на мирное сосуществование народов.
 
Когда в 1972 г. было достигнуто соглашение между СССР и США о проведении спустя три года совместной космической экспедиции Академии наук СССР и NASA, на повестке дня возникло великое множество проблем — от преодоления языкового барьера до сохранения технических тайн. Самым сложным было преодоление практически полной несовместимости ряда систем «Союза» и «Аполлона». Ведь даже воздух в кораблях отличался по химическому составу!
 
Одной из престижных задач, которую предстояло решить советским специалистам, было создание малогабаритной системы цветного телевидения. Дело в том, что с начала освоения космоса трансляции с внеземных советских космических аппаратов велись в черно-белом варианте, тогда как американцы уже во время высадки человека на Луну (1969 г.) пользовались исключительно цветной аппаратурой. Но использовать в совместном полете американскую цветную телетехнику мы тоже не могли. Во-первых, в США действует система NTSC, не совместимая с введенной в СССР в 1967 г. советско-французской системой цветного телевидения SECAM. А во-вторых, цитируя фразу В. Маяковского «у советских — собственная гордость», один из разработчиков отечественной космической цветной телеаппаратуры отмечал: «Если я знаю, что у американцев наверняка репортаж будет идти в цвете, то просто обязан хотя бы попытаться, чтобы и у нас был цвет!»
 
Разработка космической цветной ТВ-системы была поручена коллективу Всесоюзного научно-исследовательского института телевидения (ВНИИТ) в Ленинграде, а главным конструктором этой системы, которую назвали «Арктур», назначили В.Иванова. И было это в феврале 1972-гo, то есть за три с половиной года до определенной уже тогда точной даты начала совместного полета «Союз»— «Аполлон» — 15 июля 1975 г. Срок вроде бы и приличный. Но, как выяснилось, предстояло решить массу проблем. Они были успешно решены, и даже досрочно. Уже в декабре 1974 г., полугодом ранее, во время полета О.Филипченко и М.Рукавишникова на «Союзе-16» система «Арктур» сработала хорошо, и впервые с орбиты было получено цветное изображение. После этого провели окончательную отработку, дополнительные испытания и тренировки. В мае 1975 г. отрапортовали: система подготовлена.
 
А дальше случилось то, чего и предусмотреть не могли...
 
Порядок на космодроме Байконур был следующий: за два дня до старта проверялись и сдавались «под пломбу» все радиотехнические системы, в т.ч. и телевизионная. Проверили — все благополучно. За три часа до пуска системы опять включают. Включили черно-белые камеры (они для подстраховки тоже были установлены на борту «Союза», а цветные должны были включаться уже в полете). Изображения нет... идет только синхросигнал. Три часа на пункте приема в Евпатории разработчики системы «Арктур» мучительно искали причину отсутствия сигнала... Пуск! Ракета с «Союзом» ушла на орбиту... Поскольку ситуация внештатная, В.Иванов скомандовал экипажу «Союза» Алексею Леонову и Валерию Кубасову срочно распаковать цветные камеры уже на активном участке полета и включить всю аппаратуру. Но не вышло...
 
Вот тут — об одном из советских «секретов» этого совместного полета. Для подстраховки в СССР готовилось к запуску сразу два «Союза» (в истории пилотируемой космонавтики этот случай останется беспрецедентным, разве что на Марс американцы отправляли по два автоматических корабля). Во внештатной ситуации с цветной телесистемой как раз и понадобился резервный «Союз», дежуривший на Байконуре и готовый в любой момент отправиться в космос. Переключение в корабле-дублере поручили сделать Владимиру Джанибекову. Когда все было выполнено, система цветного ТВ заработала. Немедленно составили программу-инструкцию, передали в ЦУП, оттуда она пошла на борт космолета. Там дело взял в руки Алексей Леонов и блестяще с ним справился. Из космоса пошел цветной сигнал!
 
А вообще-то совместный полет «Союз»—«Аполлон», несмотря на то, что он так тщательно готовился обеими сторонами, был богат непредсказуемыми (на языке космонавтики — нештатными) ситуациями. И, как это ни странно, большинство их выпало на долю американцев. Еще до стыковки на «Аполлоне» что-то заклинило в переходном модуле, а это означало, что нельзя будет перейти с одного корабля на другой. Но американцы довольно быстро ликвидировали неполадку. В 19.12 корабли были надежно соединены. Вскоре Алексей Леонов и Валерий Кубасов принимали на «Союзе» американских астронавтов Томаса Стаффорда и Дональда Слейтона. Третий член экипажа «Аполлона», Вэнс Бранд, оставался «на хозяйстве» и посетил «Союз» на следующий день. За рукопожатием над планетой в прямой трансляции по системам SECAM и NTSC на цветных экранах следил почти миллиард землян!
 
После двух суток совместного полета и пяти совместных экспериментов (в т.ч. искусственного солнечного затмения после расстыковки) нужно было осуществить повторную стыковку на короткий срок. Но тут случилось непредвиденное: без команды включились двигатели на «Аполлоне». Корабли уже вошли в сцепление и начали очень быстро вращаться. К счастью, экипажи не растерялись, и в течение 40 секунд им удалось нормализовать ситуацию.
 
Первым после завершения совместных экспериментов приземлился «Союз» (его полет был рассчитан на шесть суток, тогда как «Аполлона» — на девять). Как раз при помощи системы «Арктур» впервые было показано приземление спускаемого аппарата. Для этого две камеры АР71-ЦТ прикрепили на специальных стабилизирующих площадках двух вертолетов группы поиска. Передача велась на приемники, установленные на автомашинах, потом было многозвеньевое путешествие сигнала до Останкино, а дальше — по всему миру. При помощи системы «Арктур» удалось в цвете показать все детали приземления «Союза». На экранах телевизоров все выглядело очень эффектно: было видно, как раскрылся парашют, как космический корабль «мягко» стукнулся о землю — облако пыли все-таки возникло, и его тоже было видно...
 
А вот через три дня, во время приводнения «Аполлона» (тогда американские пилотируемые корабли садились только на воду), произошло самое опасное за весь полет ЧП. Командир корабля Вэнс Бранд не перевел в нужную позицию два тумблера, поэтому своевременно не выключились двигатели спускаемого аппарата, не открылись воздухозаборники для подачи атмосферного воздуха и не были выпущены тормозные парашюты. «Аполлон» продолжал с огромной скоростью мчать к Земле. Спас экипаж все тот же В.Бранд: с помощью системы ручного управления снял кожух с парашютного контейнера, и над космической капсулой взмыли четыре оранжевых купола. Одновременно открылись воздухозаборники, но, поскольку двигатели не были еще отключены, внутрь кабины ворвалась волна выхлопных газов. К счастью все обошлось. На борт вертолетоносца «Новый Орлеан», обнаружившего кабину «Аполлона» в океане около Гавайских островов, все трое поднялись, радостно улыбаясь...
 
Система цветного ТВ «Арктур» в течение следующего десятилетия стояла на всех советских космических кораблях и ни разу не подвела.
 
Из «Шаттла» — в Украину
 
О 16-суточной звездной экспедиции Леонида Каденюка 19.11 — 05.12.1997 года на «Шаттле» в составе международного экипажа космического корабля-«челнока» «Колумбия» (миссия STS-87) немало писали в газетах, говорили по радио, показывали по телевидению. Особенно той памятной зимой 97-го. Ведь полет первого космонавта независимой Украины был не только следующим шагом в освоении тайн Вселенной, но и настоящим прорывом украинства в современное информационное поле человечества. Правомерно будет констатировать: в том, что сотни миллионов землян во всех уголках планеты мгновенно приняли в свою семью звездоплавателя из Украины, первоочередная заслуга «домашнего экрана». Посему, думается, пришло время рассказать и о «телевизионной поддержке» космической одиссеи Леонида Каденюка.
 
Одна из важных составляющих подготовки космонавта к полету — овладение им профессиональных навыков телеоператора и фотографа. Причем не на любительском, а на вполне профессиональном уровне. Ведь на звездные трассы люди отправляются не прогуляться, а с прагматической целью — добывать новую информацию. И лучше всего, если полученные знания будут не только запечатлены в памяти звездоплавателя, но и навсегда зафиксированы на фотопленке, магнитной ленте, в компьютере.
 
На визуальном вооружении экипажа «Шаттла» — три типа фотокамер.
 
А вот портативных цветных телекамер на «Шаттле» оказалось целых семь (на одну больше, чем членов экипажа). Самым «богатым» был наш земляк Леонид Каденюк: он снимал свой эксперимент и в режиме «прямого эфира» все это передавал в ЦУП, где были американские и украинские специалисты, оперативно оценивавшие результаты и дававшие космонавту-исследователю советы по поводу дальнейшей работы. А эксперимент и вправду был уникальным — изучение в невесомости всех этапов развития растения с его воспроизведением непосредственно в космосе.
 
И все изо дня в день фиксировалось, транслировалось на Землю, изучалось... Вот оно, современное космовидение, в действии.
 
В полете «Шаттла» работала еще одна телевизионная система, которую можно назвать линией «психологической поддержки». А может, и политической. Это довольно сложная и протяженная трасса телесвязи: кабина «Шаттла» — центр управления полетом в Хьюстоне — спутник связи — Киев и обратно. Как раз по такой телецепочке состоялся диалог Л.Каденюка с Президентом Украины Л. Кучмой. Космонавт вспоминает: «В советские времена «рапорты генсеку» из поднебесья готовились заранее, в партноменклатурных кабинетах ЦК на Старой площади. Я, конечно, тоже готовился. Но наброски разговора сделал сам и уже непосредственно в полете. Видно и слышно Леонида Даниловича на 300-километровой высоте над планетой было прекрасно!»
 
Хотя экспедиция корабля «Колумбия» миссии STS-87 была международной (кроме американцев, на борту «Шаттла» летели японец Такао Дои, а также гражданка США Калпана Чавла — индуска по национальности), однако лишь Президент Украины находился непосредственно на космодроме и общался с Л.Каденюком за несколько часов до старта. Кстати, своим присутствием там Л.Кучма, возможно, оказал содействие и самому запуску «Шаттла», как говорится, «с первого захода». Дело в том, что перед каждым запуском «Шаттлов» в космос последнюю «пресс-конференцию» дают... синоптики: это с их благословения (да еще Господа Бога) дается старт. В тот день погода на космодроме им. Джона Кеннеди была не ахти какая. Но все-таки «челнок» сразу отправился в полет. За полчаса до космического разговора Л.Каденюка с Л.Кучмой состоялось не запланированное ранее «телерандеву» президента США Билла Клинтона с международным экипажем.
 
Но вернемся на борт «Шаттла». Телесистема «психологической поддержки» давала возможность каждому астронавту в течение полета дважды устраивать прямой телемост с находившейся в ЦУПе семьей. Леонида Каденюка там ждали жена Вера и сын Дима. Как радостно ему было на орбите увидеть родные лица, услышать простые слова («Тут, на Земле, у нас все хорошо...»), такие родные голоса! Правда, немного раздражала задержка (до одной секунды) со звуком (ведь он проходил огромное расстояние с геостационарного спутника-ретранслятора на Землю и обратно). Но разве это сопоставимо с предстартовыми стрессами, выпадающими на долю не только астронавтов, но и их жен. Космос — вещь суровая.
 
«Не подведи в этой пустыне, «Шаттл»!
 
Еще две телевстречи «из поднебесья» было у Л.Каденюка с Украиной. Первая — космическая пресс-конференция для журналистов-земляков. А что касается второй, то у астронавтов американских «челноков» это уже традиция — проводить с орбиты телеуроки для школьников. Благодаря прямому репортажу Си-эн-эн весь мир видел на своих телеэкранах, как уже на первых секундах полета погиб экипаж «Челленджера», в составе которого была и учительница, готовившаяся провести из космоса открытый урок для малышей всей планеты. С борта «Шаттла» Леонид Каденюк общался с юными биологами Украины, пытавшимися «продублировать» его эксперимент в земных условиях.
 
Во время телеконтактов Л.Каденюка с Землей «телеоператором» у него был командир «Колумбии» Кевин Кригел (они подружились еще в предполетный период на почве обоюдной влюбленности в авиацию). При этом местом проведения трансляций служила верхняя палуба космолета (на нижней проводились научные эксперименты). Телекамера неподвижно крепилась к стояку, а космонавт, чтобы не летать по кабине, вступал в своеобразные «калоши» — крепление на полу, благодаря чему все время находился в поле зрения объектива. Всегда был в кадре Государственный флаг Украины.
 
На восьмой день полета «Шаттла» в космосе прозвучал Гимн Украины. Причем это был единственный случай во время экспедиции. А случилось это так: каждый астронавт имел право один раз заказать для всего экипажа «музыку на побудку». Леонид Каденюк выбрал в тот день торжественную песню своего государства. Кстати, звучала она в 7 часов утра по всей Америке. Поскольку во время полетов «Шаттлов» один из открытых наземных общеамериканских телеканалов круглые сутки транслирует все, что происходит на борту звездолета.
 
А теперь — взгляд на космический полет Леонида Каденюка, так сказать, с Земли, но опять-таки сквозь призму телевидения. Готовясь к этому историческому событию, Национальное космическое агентство Украины создало телекомпанию «Лыбедь», которуя возглавила Валерия Иваненко — продюсер ТРК «Тонис».
 
На долю Валерии Иваненко выпала уникальная возможность увидеть астронавтов в таких обстоятельствах, в которых никогда до сих пор ни один журналист мира за ними не наблюдал. Дело в том, что за неделю до старта членов экипажа селят в так называемом «пляжном домике», чтобы не рисковать их здоровьем перед полетом. Туда же допускаются ближайшие родственники. И вот Валерии Иваненко удалось пробраться в этот очень строго охранявшийся «круг», видеть в неформальной обстановке людей, которым через несколько дней предстояло отправляться туда, к звездам... Конечно, ни о какой видеосъемке или фотокадрах не могло быть и речи. Тем не менее общение с шестеркой будущих звездоплавателей, и в первую очередь — с земляком, дало журналистке особый импульс для работы в прямом эфире в день старта.
 
И такой день настал 19 ноября, когда 200-тонная махина «Шаттла» на первых порах медленно, а потом все набирая скорость, с невероятным ревом двигателей направилась в небо. За этим полетом в прямом эфире с комментарием Валерии Иваненко, находившейся неподалеку от стартовой площадки, следили зрители канала «Интер». По УТ в прямом эфире вела передачу Ольга Скотникова. Вот и вся украинская телекоманда, тогда как полет на все том же «Шаттле» японца Такао Дои освещало почти триста репортеров и телекомментаторов. Кстати, в нескольких десятках метров от стартового «стола» в специальных боксах устанавливается около 60 телекамер и фотоаппаратов. Работают они всего несколько десятков секунд, постепенно сгорая в огненном смерче, но за свою короткую жизнь дарят человечеству впечатляющие кадры! Причем используются эти изображения не только для «домашних экранов», но и в качестве «вещдоков» — на случай ЧП: как раз такие кадры позволили выяснить причины трагедии «Челленджера».
 
Самым эффектным зрелищем звездных экспедиций «Шаттлов» является именно старт. Чтобы, посмотреть на него, съезжаются заранее семьями со всей Америки. Причем «болеют» не только за своих, но и за «гостей». И нашим соотечественникам, которые в те декабрьские дни 97-го были на космодроме в США, чрезвычайно приятно было видеть многочисленные украинские флажки на капотах автомашин, слышать одобрительные возгласы «О’кей, мистер Каденюк!».
 
…NASA вручила Леониду Каденюку все видеозаписи и фотонегативы, сделанные на борту «Шаттла». Видеоматериалы на более 80 часов просмотра привезла в Украину с космодрома и ЦУПа Валерия Иваненко. И все это неоценимое, без преувеличения — общенациональное достояние хранится у них на дому или на работе. Ни малейшего интереса не проявил к съемкам государственный архив кинофотофонодокументов. Леонид Каденюк заботится о развитии космического дела в независимой Украине. Валерия Иваненко мечтает сделать многосерийный телефильм «Украина космическая»...
 
Жизнь продолжается. Но скоро ли будет новый космический взлет сына Украины?
 
Первоисточник: «Зеркало недели. Украина» №43, 3 ноября 2000.