"ОРИОН"
 
Допплеровская система измерений «Орион» являлась предтечей многопараметрической системы «Вега». (Предтечей же «Ориона» можно считать системы радиоуправления ракет (БРК и РУД), как импульсные, так и фазовые - БРК-1, -2, "Звезда", "Вектор" и пр.)
 
Система "Орион" на полигоне Тюра-Там должна была обеспечить получение на испытательном полигоне шести параметров движения ракеты - трех координат и трех их производных (скоростей) в декартовой системе координат на как можно большем отрезке активного участка траектории и в начале пассивного полета и обеспечить их передачу на вычислительный центр полигона при испытаниях ракеты Р-16.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Дислокация
системы
"Орион"
севернее
ИП-2,
Байконур.
 
 
Было принято решение создавать "Орион" в два этапа - на первом этапе создать систему для измерения трех параметров движения второй ступени ракеты - ее радиальной скорости относительно определенной точки земной поверхности и разниц между ней и радиальными скоростями относительно еще не менее трех точек. По условиям совместной обработки с измерениями автоматизированного радиолокационного траекторного комплекса на базе нескольких модифицированных радиолокационных станций "Кама", замеры системы "Орион" первого этапа должны будут обеспечить приемлемый минимум траекторной информации. На втором этапе система "Орион" должна была достичь выполнения первичного ТТЗ НИИ-4.
 
Разработка системы "Орион" была развернута в 1959 году в только что образованном ОКБ-692. Учитывая имеющийся технический опыт разработки систем радиоуправления баллистических ракет, радиолинии системы "Орион" разрабатывались на частотах около 9400 мегагерц - линия "запроса" и 7700 мегагерц - линия "отклика". Была спроектирована наземная антенная система из четырех приемных и одной передающей антенны, которые перед пуском заранее направлялись на нужную область пространства, четырех приемных пунктов в автомашинах, передающую аппаратуру в автофургоне, гетеродинную аппаратуру и аппаратуру предварительной обработки сигналов в автофургоне, аппаратуру числовой обработки и фоторегистрации - также в автофургоне.
 
В третьем квартале 1960 г. на харьковский завод им. Шевченко была выдана вся документация, необходимая для подготовки производства, а к концу года была выдана остальная документация. При подготовке к первому испытанию ракеты Р-16, закончившейся катастрофой 24 октября 1960 года, аппаратура системы "Орион" еще не была окончательно поставлена и смонтирована на полигоне.
 
Наладка станции "Орион" началась в декабре 1960 года. Наземная станция "Орион" была подготовлена к концу января 1961 г. Первый после катастрофы запуск Р-16 состоялся 2 февраля 1961 года. Система в этом пуске работала нормально и стала единственным источником информации о причинах неудачного полета ракеты.
 
А.Г. Барановский:
"К сожалению, тогдашние средства оперативной информации, которые были в системе "Орион", не дали возможности сразу разобраться в том, что случилось и я прибыл в зал заседаний Госкомиссии не доложить о результатах наблюдений, а узнать, как полетела ракета. В зале уже сидела значительная группа начальства - только что назначенный Главкомом Ракетных войск маршал Москаленко К.С., председатель Госкомиссии по испытаниям Р-16 генерал Соколов А.И., главный конструктор ракетного комплекса Янгель М.К., главные конструкторы систем, командование полигона. Когда я появился, меня спросили, - что я могу сказать о полете, я же сам хотел узнать об этом же, потому что-то пролепетал о нормальности полета… Этот лепет вызвал пренебрежительные улыбки присутствующих - все уже знали о неудачном полете, но не знали где упала ракета - именно это беспокоило присутствующих. Москаленко долго ворчал о том, что вот уже и американцы знают, где упала наша ракета, а мы не знаем, вспомнил о работе постов ВНОС в начале войны 1941-1945 годов, долго рассказывал анекдоты о бомбардировке и о мешках с никому ненужной информацией с этих постов. Все уныло слушали маршальское урчание и никто не знал что делать. В конце концов, все разошлись, решив, что если бы в кого-нибудь попали, то уже было бы известно.
 
На второй день, обработав имеющуюся у нас  информацию "Ориона", мы увидели, что она охватывает лишь первую ступень ракеты, и радиальные скорости, измеренные "Орионом", близки к штатным величинам. Но на записях вспомогательного параметра - величинах сигнала на входах наземных приемников - были заметны большие колебания, которые могли возникнуть лишь в результате аномально больших колебаний бортовых антенн, жестко установленных на корпусе второй ступени, то есть колебаний корпуса относительно центра масс в конце полета первой ступени, причем эти колебания с частотой 1 герц сначала нарастали, потом затухали и вновь стали нарастать до момента аварии ракеты. Период нарастания и затухания составлял несколько секунд. По мнению нашей бригады радистов, это означало, что на ракете происходил процесс, который система управления пыталась успокоить, но не смогла. По частотной характеристике процесса можно было бы отыскать и его истоки. Эти выводы я доложил члену Госкомиссии полковнику Смирницкому и лично Янгелю. Но высокая комиссия не обратила внимание на мнение "каких-то дилетантов", возникшее на основании "каких-то радиотехнических данных" и на келейном заседании без широкого круга специалистов решила пустить еще одну ракету с работающим "Тралом" второй степени.
 
Результат пуска был точно такой, как и предыдущего, но на этот раз телеметрия позволила получить-таки информацию о наличии перед концом работы первой степени колебаний, или, как говорят авиаторы, флаттера, с частотой около 1-го герца, по которой быстро нашли виновника - колебания уровня горючего и окислителя в баках второй степени. Чтобы избежать такой неприятности на будущее, были оперативно произведены радиальные перегородки для баков, прямо на полигоне они были установлены на очередную ракету, которую и пустили вскоре. Этот пуск состоялся как по писаному, ракета достигла цели на Камчатке. Однако, в конце полета первой степени были замечены небольшие, довольно высокочастотные колебания вокруг оси ракеты. Заместитель главного теоретика ОКБ-692 Гудименко - Яков Ейнович Айзенберг, сразу изобрел решение как ликвидировать это явление, что и было сделано. И вот мы ожидаем очередного пуска, надеясь на подтверждение достигнутого предыдущим пуском успеха. Но у нас на глазах, после окончания работы двигателей первой степени, двигатель второй степени не запустился, а ступени только отделились. Так и летели в лучах только что зашедшего солнца две розовые крапинки, пока не исчезли в темноте на горизонте. Оказалось, что на ракете снова возникли значительные колебания по курсу и тангажу относительно центра масс, аналогичные тем, что были на двух первых пусках, из-за чего система управления заблокировала запуск второй степени. "
 
"Орион" в Капьяре, по словам ветеранов, имел приблизительно теже размеры, что и на Байконуре и был дислоцирован в районе севернее пл. 20 (порядка 1 км в сторону ЦИП), никаких признаков на местности обнаружить не удалось. (На южной же окраине ЦИПа расположена бывшая позиция фазометритической станции "Иртыш", легко идентифицируемая наличием дороги в форме окружности диаметром порядка 300 метров вокруг заглубленного капонира). "Орион" эксплуатировался первым испытательным управлением (в/ч 15646).
 
"Орион" на полигоне Капустин Яр применялся для испытаний твердотопливной ракеты "Темп-С". Испытания комплекса "Темп-С" проводились на полигоне Капустин Яр с декабря 1963 г. по октябрь 1965 г. Первый пуск ракеты 9М76 комплекса "Темп-С" произведен 14 марта 1964 г. Благодаря небольшому активному участку у этой ракеты, удалось найти технические решения, позволившие переоборудовать систему РУП для измерений траектории ракеты и создать малогабаритный бортовой прибор для применения на ракете комплекса "Темп-С".
 
Интересно, что "Темп-С" имел отношение к "Ориону" и в Тюра-Таме - с того места, где был дислоцирован "Орион" в районе ИП-2, в октябре 1966 г. была организована демонстрации пусков ракет комплексом "Темп-С" для руководителей соцстран (операция "Пальма-2"), наблюдавших действие с трибуны близ ИП-2.