РОЛЬ  ЮРИЯ  ИВАНОВИЧА  МАКСЮТЫ  
В  СОЗДАНИИ  ПЕРВОЙ  НАВИГАЦИОННОЙ СИСТЕМЫ
"От имени всех навигаторов и связистов флота"
 
Глава из книги "Предельная дальность"
 
[После сдачи командования ТОГЭ-4] Ю.И. Максюта был назначен начальником управления в НИИ-14, но ненадолго - в декабре 1963 года он уже принял обязанности начальника Научно-исследовательского гидрографическо-штурманского института ВМФ (НИГШИ ВМФ, НИИ-9).
 
Целью книги не является описание чрезвычайно важной и интересной истории института, это не под силу одному автору. Просто постараемся пройти по некоторым важным ступням и показать ту роль, которую исполнил Максюта не только в истории института, но и страны. Здесь так же не будет описана ни история спутниковой навигации, ни её техническая сторона.
 
В начале 60-х институт переживал не самые лёгкие времена, он был объединён с одним из институтов ВМФ, утратил самостоятельность. Как следствие, научные работы дробились, принижался их статус, они переносились на второй план. Многие связывают восстановление роли НИГШИ с именем начальника гидрографической службы ВМФ адмиралом А.И. Рассохой. Но были и абсолютно объективные причины возрождения - роль навигационных факторов многократно возрастала при строительстве ракетного подводного флота.
 
Ведущая роль НИИ-9 заключалась в разработке тактико-технических заданий на создание приборов и комплексов для подводных лодок, обеспечивающих плавание вблизи полюса (лаги, гидролокационные отражатели, гидроакустические приборы, радиодальномеры, курсоуказатели). Институт создавал различные гидрометеорологические справочники, вёл исследования гидрологических характеристик северной части океанов, гидрографических условий базирования сил флота в Арктике. Разрабатывал методики проведения гидрографических и гидрометеорологических работ в Северном Ледовитом океане, изучения рельефа дна океана, составления прогнозов погоды, определения маневренных элементов кораблей. В НИГШИ работал большой коллектив замечательных учёных.
 
Приказом Министра Обороны № 0247 от 12 сентября 1963 г. НИГШИ стал вновь самостоятельным НИИ-9 ВМФ. Таким, в восстановленном статусе, принял институт Ю. И. Максюта. Чтобы разобраться в работе Юрия Ивановича на перспективу, придется немного отступить назад и опереться на мнение известных и признанных авторитетов.
 
Советский Союз сделал колоссальный рывок в ракетной области, многие разработки наших учёных отличала смелость и уникальность. Первый спутник, первый человек в космосе, первые морские ракеты, прорывы в межпланетных исследованиях. Но было и очевидное отставание в поэтапном развитии и применении достигнутых технологий. Давайте вспомним: в сентябре 1959 г. в США запущен навигационный спутник Transit-1A. Запуск неудачный - он не вышел на орбиту. Тем не менее, 13 апреля 1960 второй запуск спутника Transit-1B, был успешным и в этом же году были проведены испытания этой системы.
 
Не стоит думать, что наши разработчики не понимали серьёзности этого отставания. Вспоминая 1961 г., Н.П. Каманин пишет: «Нам необходимо признать, что американцы, отставая от нас в весе спутников и в мощности ракетных двигателей, в то же время опережают нас по средствам связи, телеметрии и электронике. Мы потеряли связь с АМС летящей к Венере, на удалении в 2 миллиона километров, а американцы уже имеют опыт связи на расстоянии 37 миллионов километров». Это жёсткие слова. В этом разговоре «О серьезных организационных недостатках в освоении космоса» принимает участие С.П. Королёв, делается вывод: «Мы действуем растопыренными пальцами».
 
На каждый наш спутник США запускают 3-4 своих; в начале 1961 г. в космосе летало не менее 15 американских спутников, причем они в несколько раз легче наших. А серия разведывательных спутников «Discoverer» состояла уже из 22 аппаратов. Но особенный интерес вызывает многострадальная и интригующая история спутниковых навигационных систем. До сих пор в нашей стране идут споры o том, кто первым из наших учёных подал идею использования спутников в интересах навигации. Мы не будем участвовать в этом споре, задача автора - показать место в решении этой задачи Ю.И. Максюты.
 
В 1956 году молодой и яркий учёный НИИ-9 В.А. Фуфаев выбирает использование искусственных спутников Земли для целей навигации темой своей диссертации. Идею поддержал начальник отдела института Л.И. Гордеев, тему утвердило управление гидрографии ВМФ. Позднее американцы признавали, что появлению спутниковой навигационной системы они обязаны русским.
После запуска Первого спутника вокруг спутниковых навигационных систем (СНС) складывается парадоксальная ситуация. Легко откликнулись и поддержали идею НИИ-9 многие имеющие разносторонний опыт организации: НИИ-4, академия им. А.Ф. Можайского, Горьковский НИРФИ, Красноярское ОКБ. В начале марта 1958 г. в НИИ-4 состоялось совещание под руководством заместителя начальника НИИ-4 Ю.А. Мозжорина с участием представителей НИГШИ, ОКБ-1, гидрографического управления, НИИ-885, морского научно-технического комитета. Протокол совещания утвердил начальник НИИ-4 А.И. Соколов и С.П. Королёв, который написал там же, что в систему навигации нужно добавить аппаратуру связи - революционное, кстати, предложение. В первой половине 1960 г. был разработан предварительный проект первой отечественной низкоорбитной СНС. Однако, по ряду причин работы по созданию системы были отложены. Не было ярких противников, не было возражений главного штаба ВМФ, уже накоплена теоретическая база космической навигации, реально существовала американская спутниковая группировка, но никакого движения вперёд у нас не было. Такое положение - одна из загадок того времени.
 
Частичное объяснение - консерватизм. Моряки успешно пользовались системами радионавигации «Лоран», «Декка». Ракетчики настаивали на развитии группировки разведывательных спутников по наведению ракет, даже в среде академиков не было большого желания развивать сложнейшую систему («Фантастикой не занимаемся»). Всех «консерваторов» можно понять - даже в наше время далеко не каждый разбирается, например, в мобильных сотовых платформах. Частично виновна путаница реформ Н.С. Хрущёва. Не помогло даже постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР!
 
Автор позволит себе высказать одну довольно простую теорию. С упомянутым постановлением ЦК КПСС и Совета Министров были ознакомлены Главнокомандующий ВМФ С.Г. Горшков и начальник главного штаба ВМФ В.А. Фокин - адмиралы прекрасно знавшие Ю.И. Максюту. К чести Военно-морского флота они активно поддержали идею СНС. Но ещё одна проблема - система не могла быть создана только в интересах одного ВМФ, а, например, ВВС отказались поддержать идею. Система спутниковой навигации должна работать и в интересах геодезии, и в интересах гражданских судов, и в интересах РВСН. Если разобрать ситуацию с точки зрения современных теорий управления, то известная истина о роли личности в истории приобретает новый оттенок. Если бы не было единоначального руководителя космического проекта С.П. Королёва, то вряд ли бы мы имели те очевидные успехи. В реализации идеи нужен был свой, говоря современными терминами, руководитель проекта - координатор, концентратор всех ресурсов, решений, «акторов» и соучастников.
 
Именно так автору видится ситуация с созданием отечественной СНС на начало 1964 года. Приоритет идеи -вопрос вторичный. Гораздо важнее то, что фактически планом разработки, координацией теоретических поисков, планированием заказов от лица Министерства Обороны, согласованием требований и ограничений, сбором и анализом тестовых    данных, отработкой практического применения навигационных спутников, управлением техническими ресурсами стал заниматься институт под руководством Ю. И. Максюты. Ещё раз повторим: Юрий Иванович - один из опытнейших штурманов на флоте, имеющий опыт работы со множеством разнородных структур, знающий ракетную область с её практической стороны. Он смог организовать работу и взаимодействие замечательных учёных из различных организаций: М.Ф. Решетнева, Л.И. Гордеева, Ю.С. Дубинка, В.П. Заколодяжного, В.А. Фуфаева, Е.П. Чурова, Б. Г. Мордвинова и многих других. В 1964 г. в НИГШИ была создана лаборатория по спутниковой тематике, которую возглавил Е.Ф. Суворов. Надо принести извинения, что в этих скромных записках нет возможности указать всех учёных. Только добавим, что председателем государственной комиссии по приёмке спутниковой навигационной системы был назначен начальник связи ВМФ Г.Г. Толстолуцкий, а его заместителем - Ю.И. Максюта.
 
В декабре 1966 г. в институте был сформирован отдел «Методов и средств использования искусственных спутников Земли в навигации», состоящий из трех лабораторий.
 
В 1967-1969 гг. были запущены первые три спутника 11Ф617 системы «Циклон» разработки М.Ф. Решетнева и до 1970 г. проведены летно-конструкторские испытания экспериментального комплекса . Председателем госкомиссии по запуску 23 ноября 1967 г. первого навигационного спутника «Космос-192» назначен контр-адмирал Максюта. Не смотря на колоссальное непонимание отдельных структур, спутниковая навигация становилась государственной задачей. Хочется обратить внимание на уникальность этой ситуации. Пожалуй, впервые комиссия по запуску космического аппарата работала в составе именно офицеров Военно-морского флота. Сколько же сил, терпения и выдержки нужно иметь, чтоб уладить все возникающие организационно-технические вопросы!
 
Юрий Иванович лично присутствовал на всех этапах подготовки и непосредственно на запуске «Космоса-192». А в день запуска в адрес офицеров и солдат Плесецкого полигона Ю.И. Максюта подписал памятную грамоту со словами: «Дорогие друзья морской навигации и связи! Сегодня многолетний наш совместный труд нашёл своё завершение в ещё одной рукотворной звезде! Навигация с незапамятных времён дружит со звёздами, но эта - знаменует новый этап в этих отношениях и освобождает от оков капризной природы. Два тесно сплочённых морских друга - навигация и связь - в летописях своей истории увековечат этот день, место рождения новой звезды и её трудолюбивых создателей. Всем нам новых успехов и ни разу не сливать! От имени всех навигаторов и связистов флота».
 
Е.Ф. Суворов вспоминает, с каким воодушевлением солдаты получали грамоту от «чёрных полковников» - так они называли членов комиссии.
 
Положительные результаты испытаний позволили В 1972 г. перейти к опытной эксплуатации СНС, в состав которой входили 4 спутника на круговых орбитах высотой около 1000 км. За время опытной эксплуатации системы было обеспечено более ста дальних походов кораблей и судов ВМФ. Для оценки показателей работы системы два похода по океанам со спецаппаратурой на борту совершило экспедиционно-океанографическое судно ВМФ «Николай Зубов», начальник экспедиции - Б.Г. Мордвинов, в прошлом - офицер ТОГЭ-5.
 
В институте служат и работают офицеры, пришедшие с Плавучего измерительного комплекса: П.Е. Архипов, Р.Н. Беркутов, В.К. Гаранин, В. Каменев, В.Н. Кефала, Е.П. Конеченков, Г.С. Кочнев, Б.Г. Мордвинов, Э.Р. Попков, Т.Н. Суйтc, Ю.С. Тюрин, В.Н. Цимбал. В Главном штабе ВМФ с проектами документов по организации спутниковой навигации работал С.И. Крошко.
Но на 1967 г. нужно обратить особое внимание. Многие отмечают, что Ю.И. Максюта установил в институте жёсткую рабочую и научную дисциплину. Одной из составляющих этого порядка стало требование расчёта военно-экономической эффективности - неожиданное для многих сотрудников. Результатом этого подхода, а также серьёзным анализом советской и американской тестовой статистики, глубокой проработки математической модели явилось предложение группы военных учёных о реализации нового направления спутниковых навигационных систем 2- го поколения с использованием средневысотных орбит. Это совершенно новое направление утвердил своим решением Ю.И. Максюта. Именно этот год стоит считать годом зарождения в нашей стране известной ныне системы ГЛОНАСС. Давайте просто подумаем, с каким трудом внедряется первое поколение системы, а Максюта с товарищами имеют научную смелость и величайшее предвидение чтобы начать работать над её новым воплощением в целях широчайшего использования для всех министерств, структур, организаций и ведомств. До запуска первого спутника ГЛО- НАСС более 15 лет!
 
Между тем: 14 июля 1974 г. Соединёнными Штатами выведен на орбиту первый тестовый спутник навигационной системы 2-го поколения «Navstar-GPS».
 
Нельзя утверждать, что у американских разработчиков всё было гладко. У них тоже существовали проблемы технического и математического характера, функционал их «Транзита» был несколько ограниченным, хотя они и показывали лучшие результаты по точности определения места. Существовали проблемы с финансированием и второе поколение американской сне внедрялось с большими задержками.
 
Но тогда в нашей стране проходила опытная эксплуатация ещё СНС первого поколения. Надо обязательно сказать, что ввод в строй такой сложной системы означает далеко не только получение и корректировку технических параметров. Кроме этого нужно подготовить органы управления, командные пункты на земле, разграничить роли различных заинтересованных ведомств, пересмотреть взаимодействие с командно-измерительным комплексом СССР, решить вопросы с заводами-изготовителями и согласовать их планы с планами ВМФ и РВСН. Часть организаций подчиняется другим министерствам, - значит надо готовить и согласовывать правительственные решения. В 1974 г. Ю.И. Максюта награждён Орденом Трудового Красного Знамени.
Принятие системы на вооружение состоялось в сентябре 1976 г. По любым меркам это был колоссальный успех отечественной промышленности, который нужно поставить на самый высокий уровень достижений. Создание низкоорбитной спутниковой навигационно-связной системы стало настоящей революцией в навигации. Впервые корабли и суда нашей страны смогли оперативно и всепогодно определять с высокой точностью свое место в любой точке Мирового океана.
 
В 1976 году система была значительно доработана и много лет служила для своих целей под названием «Парус». За создание отечественной спутниковой навигационно-связной системы начальник института Ю.И. Максюта постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 21 апреля 1976 г. был удостоен Ленинской, а В.П. Заколодяжный, Е.Ф. Суворов, В.А. Фуфаев (З ноября 1978 г.) - Государственной премии.
 
На базе этой СНС было создано большое количество навигационных комплексов. Их внедрение на кораблях ВМФ - отдельная тема, но надо написать, что первыми были штатно оснащены 18 атомных подводных лодок с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) проекта 667 Б «Мурена», затем 4 ПЛАРБ проекта 667 БД «Мурена-М», 14 ПЛАРБ проекта 667 БДР «Кальмар», 7 ПЛАРБ проекта 667 БДРМ «Дельфин» и, наконец, 7 ПЛАРБ проекта 941 «Акула».
 
Эту же систему спутниковой навигации использовало большинство других атомных подводных лодок (проект 949 «Гранит», проект 671 РТМ «Щука», проект 945 «Барракуда»). Система «Цунами» была установлена на ракетных крейсерах проекта 1144 («Петр Великий»), на ракетных крейсерах проекта 1164 «Атлант» («Москва», «Варяг» и «Маршал Устинов»). Эта же система использовалась на корабле измерительного комплекса «Маршал Неделин».
 
Оснащение судов торгового флота гражданским вариантом, без связной функции, спутниковой навигационной аппаратурой «Цикада» оказалось очень выгодным, поскольку благодаря повышению точности судовождения удавалось настолько сэкономить время плавания и топливо, что бортовая аппаратура потребителя окупала себя после первого же года эксплуатации.
Можно уверенно сказать, что контр-адмирал Максюта практически воссоздал институт и поставил его в один ряд с другими именитыми научными организациями страны. Он, используя весь свой огромный жизненный опыт, смог создать творческую обстановку, доверительные отношения и чрезвычайно высокую самоотдачу каждого сотрудника. Смог переломить сопротивление, поддержать науку и направить созидательную энергию и ресурсы во благо очень важного дела. Офицеры часто вспоминали, что Юрий Иванович не обещал им карьеру, но гарантировал интересные научно-технические задачи и постоянный научный поиск. В эти годы институт выполнил целый ряд важных научно-исследовательских работ. Испытаны и приняты на вооружение новые средства навигации и океанографии, внедрены новые методы навигационно-гидрографического обеспечения,    в том числе плавания подводных лодок подо льдами и в районах Северного полюса, разработаны способы навигации по рельефу дна и геофизическим полям, созданы основы использования цифровой картографии в автоматизированных системах и дистанционного зондирования Земли.
 
Так определил роль Ю.И. Максюты выдающийся учёный В.П. Заколодяжный: «Юрий Иванович Максюта, благодаря своей силе воли и своим возможностям , сыграл колоссальную роль в возрождении института. Институт к его приходу умудрились развалить радиоэлектронщики [В.П. имеет в виду объединённый институт]. Он был близко знаком по совместной службе с С.Г. Горшковым и когда Главком приезжал в институт, то обычно спрашивал так: «Штурман, что у тебя новенького?». Юрий Иванович ясно осознавал роль спутников и оказывал самую непосредственную поддержку всему направлению. Он прекрасно и очень быстро уловил замысел, задумку будущей системы. Был проводником и паровозом спутниковой системы: и толкал, и тащил, когда нужно. Поступательно развивал в институте организационную структуру спутниковых систем: от группы, до управления. Его роль - колоссальна! Хороших идей возникает много, но если она не пробивается, то так и умирает. Юрий Иванович умел и понять идею, и принять её».
 
В настоящее время Государственный научно- исследовательский навигационно-гидрографический институт (ГНИНГИ -современное название) является единственным в стране и уникальным научно-исследовательским институтом в сфере навигационно-гидрографического обеспечения морской деятельности. Можно смело сказать, что Ю.И. Максюта приложил все силы для организации комплексного решения задач навигационно-гидрографического и океанографического обеспечения оборонной и экономической деятельности на море.
 
Медаль «Контр-адмирал Ю.И. Максюта", учреждённая Межрегиональной общественной организацией «Союз ветеранов кораблей измерительного комплекса имени адмирала Ю.И. Максюты".