Воспоминания
ветеранов
ОНИС 43
 
 
Генерал-майор запаса Жан Иосифович Базылюк
 
1954-1960 - матрос СФ (пос. Роста Мурманской области), курсант Высшего
                       военно-морского училища инженеров оружия (г. Ленинград; в/ч 99060);
1960-1969 - начальник отделения, командир группы (п. Пашино Новосибирской области;
                       в/ч 54097, 07399);
1969-1973 - заместитель командира части по боевому управлению (пос. Пашино; в/ч 07399);
1973-1974 - командир смешанного рп, в/ч 07384 (пос. Гладкая Красноярского края);
1974-1976 - командир ракетной бригады, в/ч 54112 (ст. Богатинка Тюменской области);
1976-1987 - начальник испытательного управления зам. начальника 53 НИИП МО,
                       в/ч 29512, 13991 (г. Мирный Архангельской области);
1987-1991 - начальник 43 ОНИС, в/ч 25522 (г. Ключи Камчатской области);
1991 -1992 - начальник управления ГУРВО, в/ч 25453 (пос. Власиха Московской области);
с 1992г. - общественная работа в Совете ветеранов РВСН.
 
Решение задач большой государственной важности
под силу только истинным патриотам отечества
 
Ж. И. Базылюк
 
На основе теоретических трудов К.Э. Циолковского, Ф.А. Цандера, М.К. Тихонравова, С.П. Королёва, В.П. Глушко. М.С. Рязанского, ряда НИР НИИ и КБ, приобретённого опыта по созданию ракет среднего радиуса действия, учитывая международную обстановку 50- 60-х годов XX века, советское правительство приняло решение приступить к разработке МБР с дальностью стрельбы более 8000 км.
 
Для лётных испытаний МБР требовался новый мощный полигон, так как 4-й ГЦП Капустин Яр не мог обеспечить в полном объёме такие работы. Необходимо было найти на территории Советского Союза место, где можно было бы расположить космодром. Была создана компетентная государственная комиссия, основанием для чего послужило специальное постановление Совета Министров СССР. Комиссию возглавил генерал-лейтенант (впоследствии - генерал-полковник) Василий Иванович Вознюк, начальник полигона Капустин Яр.
 
По результатам её работы были утверждены места основной базы полигона - Кармакчинский район Кзыл-Ординской области Казахстана и поле падения головных частей - северная часть полуострова Камчатка.
 
На основании выданных заданий в 1954 году ЦПИ-31 (Центральный проектный институт, Москва) и НИИ-4 (Военный научно-исследовательский институт, Московская область, Болшево) приступили к проектированию полигонного комплекса и жилых городков.
 
Основная задача НИИ-4 состояла в разработке комплекса средств измерения параметров ракет-носителей, а также их головных частей.
 
Уже в апреле-мае 1955 года приступили к строительству полигонного комплекса одновременно и в Казахстане, и на Камчатке. Приказом МО СССР начальником вновь создаваемых полигонов был назначен генерал-лейтенант А.И. Нестеренко.
Определили пункты формирования: г. Москва, полигон Капустин Яр, Тюратам, Болшево с привлечением выпускников спецнабора в Военную артиллерийскую академию имени Ф.Э. Дзержинского (всего 1800 человек).
 
При создании НИИП-5 максимально использовали опыт полигона Капустин Яр и его кадры: А.И. Носов (впоследствии - полковник, Герой Социалистического Труда; погиб на космодроме Байконур 24.10.1960 г. при запуске баллистической ракеты Р-16), А.А. Васильев (впоследствии - полковник, начальник измерительного комплекса полигона Байконур; умер в 1973 году), А.П. Метёлкин, Ф.И. Зайцев, Н.П. Павлов, А.В. Соловьёв, Н.И. Кулепётов (в 1945 году работал вместе с С.П. Королёвым над ФАУ-2 в Германии), И.Т. Буряк, Д.Г. Харьковский, А.Н. Зенденко, П.В. Гусев и др. Они дали своё согласие поехать в район со значительно худшими климатическими условиями на освоение ещё более трудной «целины» и честно выполнили долг офицера Советской Армии, много, плодотворно и самоотверженно трудились, передавая опыт, помогали создавать очень сложную полигонную систему для испытания отечественной ракетной и космической техники.
 
Для формирования структуры нового полигонного комплекса и его составных частей создали организационно-штатную группу, подчинённую генералу А.И. Семёнову. Будучи председателем комиссии по выбору места нового полигона и разработке предварительных его штатов, большую работу проделал и генерал-лейтенант В.И. Вознюк.
 
В организации полигона и его технического обеспечения главную роль сыграло 4-е Главное управление МО. Большую помощь, особенно в начальный период подготовки к лётным испытаниям, оказали генералы А.Г. Мрыкин, Л.М. Гайдуков и др.
 
Местом дислокации полигонов стали Тюратам («Тайга») и Камчатка («Кама»).
 
Полигон «Кама» был малонаселённым, диким районом в северной части полуострова Камчатка, с девственно красивыми, но, по большей части, мрачными пейзажами. Кругом возвышались величественные сопки. На многие километры простиралась тайга, прорезаемая болотистыми поймами рек, а горы, склоны которых, были сплошь покрыты кедровым стлаником, лишь добавляли мрачноватости и без того суровому пейзажу. Главными обитателями этого края являлись дикие олени, медведи и другие таёжные звери. От посёлка Ука (на берегу Тихого океана) до посёлка Ключи (на реке Камчатка) абсолютно отсутствовали всякие пути сообщения, кроме воздушных и водных (рейдовых).
 
В августе 1955 г. в район будущих падений ГЧ баллистических ракет прибыли первые строительные отряды во главе с подполковником Бабаком. В июне 1955 года было составлено и утверждено первое штатное расписание ракетного полигона «Кама». На должность начальника назначили заместителя начальника экспериментального завода НИИ-4 подполковника Б.Ф. Козлова, а его заместителем по политической части - полковника А.П. Бодрова.
 
Формирование подразделений производилось в Московской области на территории НИИ-4 МО (посёлок Болшево). Первый эшелон во главе с подполковником Н.И. Кузьменко был отправлен в июне 1955 года со станции Пушкино. Провожать и напутствовать убывающих на Камчатку приехал заместитель МО СССР маршал артиллерии М.И. Неделин. Он перед строем офицеров, сержантов и солдат, отъезжавших в дальний путь, в своём выступлении отметил стратегическую важность и необходимость создания ракетного полигона на Камчатке. Речь М. И. Неделин закончил словами: «Товарищи солдаты, сержанты и офицеры! Желаю счастливого пути и успехов в выполнении задания. Родина вас не забудет»!
 
Вторым эшелоном отправили членов семей военнослужащих. Никаких признаков уныния, упрёков, нареканий не наблюдалось. Не было ни одной женщины, проявившей неудовольствие или малодушие, и никогда они не являлись обузой мужьям. В подавляющем большинстве все семьи офицеров и прапорщиков, служивших в разные годы на камчатском полигоне, были крепкими и здоровыми, являясь одним из факторов тех успехов, которых достигла 43 ОНИС, выполняя ответственные и очень сложные задачи государственной важности. Семьи увеличивались, несмотря на суровые условия жизни. Например, только в 1990 году в гарнизоне родилось 60 детей.
 
Возвращаясь к самым первым годам создания становления и развития нашей части, необходимо отметить самоотверженную работу, проделанную начальниками измерительных пунктов:
- инженером майором В.К. Зиминым (ИП-12),
- инженером майором Л.В. Михей-чиком (ИП-13),
- инженером капитаном И.С. Почко (ИП-14),
- инженером подполковником П.Д. Яковичем (ИП-15),
- инженером подполковником А.В. Сальниковым (ИП-16),
- инженером подполковником В.А. Вейденбахом (ИП-17).
 
Все офицеры, сержанты и солдаты на всех измерительных пунктах проявили максимум сознательности, ответственности и понимания особой важности поставленной перед ними задачи. Они трудились на совесть, не считаясь со временем, иногда даже в ущерб своему здоровью. Задание же было одно и очень чёткое, хотя и жёсткое по срокам: нужно было не позднее апреля 1957 года завершить установку и настройку средств измерения, чтобы быть готовым к началу лётных испытаний ракетных межконтинентальных комплексов.
 
Нехватка времени, неустроенность личного состава, суровые условия надвигающейся зимы, колоссальный объём предстоящих работ, связанных с доставкой техники, имущества, отсутствие нормальных возможностей для обучения личного состава специальным вопросам измерительной службы и эксплуатации полигонного комплекса в целом - всё это, конечно же, вызывало тревогу за готовность 43 ОНИС к началу испытаний.
 
Точно с такими же проблемами столкнулись и строители, снабженцы, а также, естественно, испытатели стартового комплекса вновь создаваемого полигона, находившегося в полупустыне, на территории Казахстана, близ железнодорожного разъезда Тюратам.
 
Начало испытаний МБР, июль-август 1957 года, было утверждено на правительственном уровне. Отступать, как говорится, было некуда. Люди (в КБ, на заводах-изготовителях, строительных площадках, за пультами технических средств) с честью справились с поставленными задачами.
 
Особенно приятно отметить, что и на далёкой Камчатке выдержали жёсткий график, и уже в марте 1957 года все измерительные средства были готовы к ведению боевых работ.
 
Оценивая многолетнюю работу коллектива 43 ОНИС, начальник ГУРВО РВСН генерал-полковник А.А. Ряжских в одном из выступлений сказал: «Участвуя в отработке всех типов отечественных ракетных комплексов, она обеспечивала полигоны, откуда осуществлялся пуск ракет, и головные КБ необходимой телеметрической и внешнетраекторной информацией, полученной во время измерений параметров на пассивном участке полёта боевых блоков и ГЧ, определяя координаты их падения относительно точек прицеливания с большой точностью, что было не так просто, учитывая суровые камчатские погодные условия. Одновременно с боевыми работами уверенно шло и повышение уровня автоматизации процесса измерений всеми техническими средствами, находившимися на вооружении 43 ОНИС, а также углубление анализа полученной информации, содержавшейся в качественных отчетах, отсылаемых в КБ и штаб РВСН.
 
Неоценимую помощь в становлении и развитии 43 ОНИС оказали генерал-лейтенант В.П. Зацепин, полковники С.П. Бирюков, В.И. Окулов, В.И. Чумаков и многие другие. Оторванный от материка, находящийся на самом восточном краю нашей родины, в окружении снегов и тайги, коллектив 43 ОНИС решал сложнейшие задачи. Сколько усилий и здоровья на их выполнение было затрачено офицерами, прапорщиками, сержантами, солдатами, а также служащими Советской (затем Российской) Армии! От имени командования РВСН выражаю им всем большую благодарность и признательность».
 
Надо сказать, что коллектив 43 ОНИС подбирался с учётом тех требований, которые предъявляли сложные природные и погодные условия Крайнего Севера, и здесь полигону оказали действенную помощь все службы ракетных войск (от Управления кадров до Военторга). Нельзя не назвать фамилии начальников Управлений РВСН, внесших наибольший вклад вдело становления 43 ОНИС как самостоятельной, мощной и очень важной структуры ракетных войск. Это: начальник Организационно-мобилизационного управления генерал-лейтенант Ю.В. Терентьев, начальник Управления боевой подготовки генерал-майор (впоследствии - генерал-полковник) Ф.П. Тонких, начальник Главного управления комплектования генерал-лейтенант (впоследствии - генерал полковник) И.А. Аверьянов; начальник Главного инженерного управления генерал-лейтенант К.Ф. Погорелое, начальник инженерной службы генерал-майор Ф.А. Маслов, начальник Управления кадров генерал-лейтенант К.М. Воробьёв.
 
Следует отметить, что пика своего развития 43 ОНИС достигла в те годы, когда она была передана в подчинение Главному управлению ракетного вооружения РВСН. Огромную роль в деле повышения качества измерительных работ и упорядочения процесса приёма боевых головных частей межконтинентальных баллистических ракет сыграл его начальник генерал-полковник Александр Александрович Ряжских.
 
Уже к концу 80-х годов XX века в/ч 25522 имела прекрасный жилой военный городок («двадцатая площадка») со средней школой и великолепным детским садиком, в котором были зимний сад и плавательный бассейн. На реке Камчатка отремонтировали причал, проложили дорогу до города Усть-Камчатск, построили современный госпиталь, открыли детское кафе. Большой объём работ был проделан по перемещению всего населения ИП-13 (с сопки к реке - это около 500 метров).
 
Перечисленные выше работы велись в интересах всего гарнизона, всех, кто жил, служил и работал на Камчатском ракетном полигоне. Хотелось бы надеяться, что освоение прекрасного края на самом большом полуострове страны будет продолжено, помня, какую роль он играет в деле повышения обороноспособности нашего государства.
 
Завершая свои воспоминания, хочу напомнить нашим читателям те главные качества «камчадалов», которые помогали им решать сложнейшие задачи государственного масштаба, находясь не в очень, скажем мягко, комфортных камчатских условиях. Это прежде всего взаимопомощь, взаимовыручка и уважение друг к другу вне зависимости от занимаемой должности. Без этого на Камчатке просто невозможно жить. А также высокое профессиональное мастерство, уровень которого из года в год повышался. Без этого в 43 ОНИС нельзя служить.
 
И в заключение хочу назвать фамилии тех, с кем посчастливилось служить на Камчатке, тех, кто, как мне представляется, внёс немалый вклад в общее дело развития Камчатского ракетного полигона. Понятное дело, что назвать всех, мне не удастся, потому что через 43 ОНИС прошло огромное количество офицеров, прапорщиков, сержантов и солдат. Запомнить всех никак невозможно. Да и мои воспоминания на всеохватность не претендуют, задачу перечислить всех я перед собой и не ставил.
 
Фамилии приведу не по значимости занимаемых ими должностей и даже не по алфавиту, руководствуясь значимостью событий в истории в/ч 25522, к которым самое непосредственное отношение имели такие люди, как полковник И.И. Семеряко (заместитель начальника 43 ОНИС по научно-исследовательской работе); заместители начальника 43 ОНИС: полковник А.Ф. Калиннинков, полковник А.Ю. Назаров; подполковник В.В. Морозов (заместитель начальника 43 ОНИС по тылу); В.И. Мохов; подполковник И.Т. Зань (начальник инженерной службы); подполковник И.И. Санько (начальник КЭЧ); подполковник В.В. Черненко; В.В. Голубев; подполковник В.П. Полянцев (начальник отделения кадров 43 ОНИС); подполковник Г.Г. Герега; майор В.В. Викторов (начальник физподго товки и спорта); С.М. Бубович; подполковник И.М. Панькин; подполковник А.И. Горев; подполковник В.М. Медяник; подполковник Г.Я. Демченко; подполковник В.В. Зайцев; майор Ю.А. Дианов; майор А.С. Цилинский; подполковник Н.К. Балбашов (заместитель командира 84-го ОСАП); подполковник И.В. Асмус (главный хирург госпиталя); подполковник В.С. Романов (командир отдельного батальона аэродромного обслуживания); майор В.И. Темненко (комендант гарнизона); А.С. Москалкж; В.В. Аносов; майор Конограй; майор Ю.С. Стихарёв (начальник продовольственной службы); майор В.Ф. Урюпин (помощник начальника транспортного отдела 43 ОН ИС); майор В.Ф. Бобриков; прапорщик В.Б. Ногинов; майор В.П. Найденко (начальник вещевой службы); майор Н.И. Дёмин; В.П. Фёдоров; подполковник Н.М. Воронин (командир отдельного автобатальона); подполковник А.М. Горшанов; Ю.И. Корнилов (командир отдельного р/т батальона); майор В.Д. Растеряев; Н.Н. Валуйский; А.С. Дёмин; А.Ф. Аладьев; Шелестов; Б.А. Горлов; И.И. Белых; майор С.Г. Сухарев; майор А.И. Харитонов; А.С. Кемайкин; подполковник В.С. Романько (командир отдельного батальона боевого обеспечения); майор Н.Г. Диденко; Б.С. Костенко (начальник инженерной службы); полковник Г.А. Кошель (начальник штаба 43 ОНИС); подполковник И.Н. Лыга (помощник начальника штаба 43 ОНИС по авиаобеспечению); подполковник Портянкин (зам. командира 84-го ОСАП); майор В.А. Градов; подполковник В.Н. Кравченко; В.И. Паничев (помощник начальника 43 ОНИС по строительству); майор В.В. Мищенко; А.И. Фурманов (начальник ОИП-12); Л.М. Аверин; подполковник И.А. Геращенко (зам. начальника ОИП-13 по политчасти); полковник И.М. Васик (начатьник ОИП-13); подполковник А.Н. Некрасов; майор П.И. Клипперт; В.А. Будаев; (командир отдельного батальона эксплуатации); В.И. Филиппенков; капитан 3-го ранга В.Б. Чеча (командир отряда буксирных катеров); А.Д. Мыздриков; майор В.Ф. Бобриков; П.Е. Старостин; В.А Ерошин; подполковник В.С. Сапунов; Г.С. Хачатурян (зам. начальника 43 ОНИС по тылу); Н.В. Лобасёв (командир 84-гоОСАП); А.П. Власенко; А.П. Мокеев; Мищук; подполковник В.Ф. Сухотерин; подполковник В.П. Гончаренко; прапорщик Чулков; В.Ю. Медведский, В.Г. Смурыгин; З.П. Кахнович; В.С. Баженюк; В.В. Сальный; В.П. Скляров; подполковник В. Романов; В.В. Гуменюк; А.П. Манин; И.В. Линьков; А.Р. Смирнов; прапорщик А.М. Тихолаз; П.Ф. Елисеев; В.Ф. Вдовин; В.П. Постовой (офицер отдела испытательных работ); Лариса Ивановна Постовая (начальник домоуправления гарнизона «Ключи»), а также многие и многие другие.
 
К сожалению, некоторые фамилии в представленном выше списке приведены без инициалов, указания занимаемых должностей даже воинских званий. К сожалению, безжалостное время многое стёрло из моей памяти.
 
Окидывая взглядом этот список, не могу не выделить из него тех людей, от чёткого исполнения которыми своих прямых обязанностей зависело выполнение боевых задач, стоявших перед Камчатским ракетным полигоном. Они определяли безопасность проведения всех работ в 43 ОНИС, ощутимо влияли на ход жизни, а также устройство быта семей офицеров и прапорщиков, солдат и сержантов части. Это начальники ОИП, командиры полков и отдельных батальонов, начальники штабов всех категорий, командир отряда буксирных катеров, а также начальники перевалочных баз в УстьКамчатске и Елизове и, разумеется, все работники политотдела в/ч 25522.
 
Особую благодарность надо выразить тем, кто в первые десять лет становления полигона заложил традиции прохождения службы. Необходимо отметить, что среди них имелось довольно большое количество участников Великой Отечественной войны, с которых все остальные брали пример, мужественно преодолевая трудности первого периода существования Камчатского ракетного полигона.
 
Генерал-майор
Жан Иосифович Базылюк
 
Июль 1989 г.
На берегу Тихого океана
Слева направо:
начальник ГУРВО РВСН генерал-полковник А.А. Рижских;
начальник 43 ОНИС генерал-майор Ж.И. Базылюк;
заместитель начальника 43 ОНИС полковник В.И. Окулов
17 сентября 1991 г. на камчатский полигон прибыла Госкомиссия по испытаниям изделия 171:
министр оборонной промышленности Б.М. Белоусов, представитель Московского института теплотехники
(МИТ), заместитель главного конструктора по комплексам А.К. Виноградов,
начальник 2-го управления ГУРВО генерал-майор В.А. Лукьянов и др.
 
Межведомственная комиссия по теме № 171.
В первом ряду, третий слева - заместитель начальника 43-ей ОНИС по ОИР полковник В.И. Окулов;
четвёртый - зам. главного конструктора «КБМ» В.М. Кашин; 
пятый -начальник Камчатского ракетного полигона генерал-майор Ж.И. Базылюк
 шестой - начальник 2 управления ГУРВО генерал-майор В.А. Лукьянов.
 
Ежегодно проводили
и летнюю,  и зимнюю
спартакиады части.
 
 
 
 
 
Камчатка, Ключи, средняя школа.
 Начало учебного года.
Февраль 1990 г. Камчатка, Ключи. Командование 43 ОНИС с командирами отдельных батальонов и начальниками служб.
В первом ряду (слева направо, все в папахах): заместитель начальника 43 ОНИС по ОИР полковник В. И. Окулов,
командир 84-го ОСАП полковник Н.В. Лобасёв, заместитель начальника 43 ОНИС полковник А.Ф. Калинников,
начальник 43 ОНИС генерал-майор Ж.И. Базьиюк, начальник политотдела полковник В.М. Клешеров,
начальник штаба 43 ОНИС полковник Г.А. Кошель.
 
Приз за победу в конкурсе на лучшее исполнение строевой песни.
 
Слева направо: В.И. Иванов, В.И. Паничев, Ж.И. Базылюк,
Г.А. Кошель, И.И. Линьков, Н.В. Лобасев. 1990 год
 
 
Полковник в отставке Сергей Семенович  Соловьев
1951-1954 - курсант военного автомобильного училища (г. Рязань);
1954-1957 - командир взвода учебных машин в школе младших специалистов
                       артиллерийской дивизии РВГК (г. Владимир);
1957-1960 - помощник начальника политотдела по комсомольской работе артиллерийской                              дивизии РВГК (г. Владимир);
1960-1963 - помощник начальника политотдела по комсомольской работе ракетной дивизии
                       (г.Тейково Ивановской области);
1963-1964 - заместитель командира шахтного дивизиона по политчасти (г. Червонофад
                       Львовской области);
1964-1968 - слушатель Военно-политической академии им. В.И.Ленина (г. Москва);
1968-1972 - заместитель командира ракетного полка по политчасти (г. Червонофад
                       Львовской области);
1972-1974 - заместитель начальника политотдела ракетной дивизии (пгт Белокоровичи
                       Житомирской области);
1974-1980 - старший инструктор политуправления РВСН (посёлок Власиха Московской
                       области);
1980-1985 - начальник политотдела 43 ОНИС (пос. Ключи, Камчатка);
1985-1988 - заместитель начальника политуправления ВКС (г. Москва).
 
С.С. Соловьев
 
 
Связка «командир - политотдел» - залог успеха всех армейских дел
 
В мае 1980 года я получил назначение на должность начальника политотдела Камчатского ракетного полигона (43 ОНИС). Этому назначению предшествовала длительная и очень обстоятельная беседа с членом военного Совета - начальником политуправления РВСН генерал-полковником Петром Андреевичем Горчаковым. На ней речь шла о некоторых проблемах полигона, сложных межличностных отношениях, сложившихся там между офицерами, упущениях в воспитательной работе с личным составом, а также о налаживании взаимосвязей с местными властями. Мне, к тому времени уже опытному работнику политического управления, была поставлена задача разобраться во всех перечисленных проблемах, наладить политико-воспитательную работу, повысив при этом авторитет политотдела при решении боевых задач 43 ОНИС.
 
В самом начале июня я прибыл на Камчатку. Несмотря на то что я прослужил на разных должностях уже 23 года и к тому времени сменил довольно много гарнизонов, перед новым местом службы, признаюсь, сильно волновался: сложные и ответственные задачи, новые люди, другие условия, и всё это - на «краю земли».
 
Сюда можно добраться либо самолётом, либо морем. Морем - это почти четверо суток от Владивостока. Долго. Поэтому, как правило, в целях экономии времени офицеры и прапорщики летали самолётом через аэропорт Елизово, находящийся в 32-х километрах от Петропавловска-Камчатского. Это было удобно, тем более, что в аэропорту Елизово 43 ОНИС имела свою базу (жилой городок с гостиницей и воинским подразделением, которое обеспечивало доставку грузов в Ключи).
 
Елизово само по себе довольно интересное место. Это районный центр Камчатского края, расположенный на реке Авача. Его население в те годы составляло 40 тысяч человек. Основные отрасли экономики - это сельское хозяйство (картофель, овощи), лесная, деревообрабатывающая и целлюлёзно-бумажная промышленность, рыболовство, а также имелись предприятия, перерабатывающие дары моря.
 
Главное же предназначение города Елизово - выполнять функцию «воздушных ворот» Камчатки, каковыми он является вот уже почти 60 лет. Сейчас Елизово - это аэропорт федерального значения. В 30-ти километрах к югу от Елизово находится знаменитый курорт «Паратунка».
 
В Ключах меня встретили тепло. Состоялись первые встречи, беседы, знакомство с командованием полигона, офицерами политотдела. Начальником 43 ОНИС в то время был генерал-майор М.П. Соловей. Правда, он уже получил новое назначение и готовился покинуть полигон. Совместно с ним мне довелось прослужить всего четыре месяца. За это короткое время между нами установились хорошие деловые и дружеские отношения, которые сохраняются до сих пор.
 
За пять лет службы на Камчатском ракетном полигоне пришлось последовательно поработать с четырьмя его начальниками (М.П. Соловей, Н.Г. Чернышёв, П.П. Рыбалко и Ю.В. Зварич). Все они имели звание генерал-майора. Это были опытные командиры, умелые руководители с большой школой службы в войсках.
 
Отношения с каждым из них имели свои особенности, но никогда не носили враждебного характера: всё было направлено на решение задач, стоявших перед коллективом 43 ОНИС. Это, конечно, накладывало свой отпечаток на стиль работы политотдела, руководимого мной, а также на деятельность партийных и комсомольских организаций подразделений всего полигона.
 
Разобравшись в структуре 43 ОНИС и особенностях её работы, я понял, что успехи в решении основных задач, поставленных Главкомом РВСН, во многом зависят от сплочённости коллектива и взаимопонимания в руководстве полигона. Хочу кратко остановиться на характеристике некоторых офицеров, входивших в состав командования 43 ОНИС:
 - полковник А.Я. Сипкин - начальник штаба, первый заместитель начальника полигона. Образцовый офицер, дело своё знал прекрасно. Грамотный, умный, дальновидный человек;
 - полковник В.Н. Завгородний - заместитель начальника полигона по ОИР. Специалист высокого класса, волевой, принципиальный человек;
 - полковник Г.А. Кошель - начальник штаба 43 ОНИС (он сменил А.Я. Сипкина). Опытный, гибкий, хороший руководитель и наставник;
 - полковник Н.Н. Крысенков - начальник тыла, которого сменил на этом посту подполковник В.Г. Горбунов. Специалист своего дела.
 
Я руководил работой политического отдела 43 ОНИС. Политотдел - это подразделение, наделённое большими правами, но и ответственность на нём лежала колоссальная. В его состав старались назначать самых грамотных и подготовленных во всех отношениях (в том числе и по знанию спецтехники) офицеров.
 
Как начальник политотдела Камчатского ракетного полигона, я делал всё, чтобы создать в нём дух требовательности, доверия, свободы мнений и взглядов на происходящие процессы. Думаю, что это нам удавалось. В те годы политотдел был авторитетным органом в структуре полигона, куда люди шли, надеясь на помощь, со своими проблемами и служебного, и семейного плана. В подавляющем большинстве случаев они её получали. Политотдел оказывал серьёзное влияние на деятельность всего полигона. Работники политотдела внимательно изучали части, подразделения, людей, их службу, жизнь и быт, условия, в каких решались главные задачи 43 ОНИС. Вникали в проблемы солдат, сержантов, прапорщиков и офицеров, а также их семей.
 
Выделять кого-то из работников политотдела не буду. Скажу лишь, что в нём трудились прекрасные офицеры, такие как подполковники В.В. Великанов, Е.М. Офицеров, В.Д. Черкасов, Е.Я. Хворостин, Р.А Хрящёв.
 
43 ОНИС представляла собой многоплановый военный организм. С помощью имеющейся аппаратуры можно было определить с точностью до метра места падения боевых блоков межконтинентальных ракет, откуда и кто бы их ни запустил (с суши, моря, воздуха). Полигон выполнял и ряд других задач. Всё шло исключительно организованно и строго по плану. По ходу решения боевых задач велись опытно-исследовательские работы (ОИР). Формы их проведения были разными, но венцом деятельности были отчеты, составленные по итогам измерений и первичной обработки баллистических и телеметрических параметров принимаемых ГЧ ракет.
 
Хочу напомнить, какой интерес вызывали в те годы все полёты в космос, а также испытания межконтинентальных баллистических ракет. Обычно таким работам предшествовали сообщения ТАСС с указанием координат в отведённых районах мирового океана, где на определённое время запрещайся проход судов и пролёт самолётов. Об успехах в освоении космоса средства массовой информации с помпой и восторгом извещали всему миру. О результатах же нашей работы, как правило, никаких материалов в открытой печати никогда не было.
 
Имели место при проведении испытаний межконтинентальных ракет и неудачи. Случались и казусы. Однажды ГЧ ракеты, не долетев до поля приёма, упала на западном побережье Камчатки, рядом с пгт Тигиль.
 
За пять лет моей службы на полигоне произошли две очень крупные авиакатастрофы с гибелью большого числа людей. Не нужно забывать, что Камчатка - это исключительно сложный и опасный район для полётов самолётов и вертолётов. К сожалению, обстоятельства и стихия нередко бывают сильнее возможностей техники. Нельзя, разумеется, сбрасывать со счетов и человеческий фактор: суровая природа и неблагоприятные погодные условия не прощают неорганизованности, слишком чрезмерной, неоправданной самоуверенности и бахвальства.
 
Не соглашусь с бытующим мнением, что в 80-е годы XX века мы недостаточно уделяли внимания ОИР, боевой и политической подготовке, дисциплине, не очень глубоко вникали в суть процессов, не проявляли строгости и принципиальности. Могу с уверенностью и твёрдо сказать, что это ошибочное, конъюнктурное и предвзятое суждение.
 
Подбор офицеров, прапорщиков и личного состава для службы на Камчатском ракетном полигоне был тщательным и имел особенности. Принимались во внимание высокие морально-политические качества, профессионализм, дисциплинированность, надёжность, физические данные. Надо сказать, что подавляющее большинство военнослужащих, проходивших службу в 43 ОНИС, отвечали этим требованиям. Попадались, конечно, и случайные люди, но их, к счастью, было не очень много. Здесь же следует отметить простые, доверительные, бесхитростные отношения, которые складывались на полигоне между людьми. Это очень положительно сказывалось на служебной деятельности каждого члена большого и многопрофильного коллектива 43 ОНИС.
 
Офицеры и прапорщики с удовольствием ехали служить на далёкую Камчатку. Для этого имелись предпосылки: интересная и престижная служба на «краю земли», красота природы и, конечно же, повышенный оклад денежного содержания, выслуга шла из расчёта - один год службы на Камчатке засчитывался за два на материке, продовольственный, кстати, очень калорийный паёк и ряд других преимуществ. Люди высоко ценили возможность служить на Камчатке и, получив ее, старались честно и добросовестно выполнять свой служебный долг. Самым серьёзным наказанием за какой-нибудь проступок являлось досрочное окончание службы на Камчатском ракетном полигоне.
 
Несколько слов о месте дислокации центральной базы 43 ОНИС. Итак, Ключи. Первое поселение здесь, на правом берегу реки Камчатки, появилось в 1741 году. Люди, облюбовавшие это место и поселившиеся тут, занимались рыбной ловлей и сельским хозяйством. Постепенно поселение росло по площади, население которое почти за два века приблизилось к десяти тысячам человек. В 1932 году Ключи получили статус посёлка в составе Усть-Камчатского района Камчатской области, а в 1979 году - статус города, но с 2004 года снова переведены в разряд посёлка. Наиболее крупные предприятия данного поселения - это леспромхоз и совхоз, которые снабжали нас древесиной, картофелем и овощами по государственным поставкам. Из других интересных объектов могу назвать вулканологическую станцию, основной задачей которой было следить за деятельностью вулканов, проводить научные исследования, разрабатывая прогнозы. К слову, на этой станции именно в те годы на должности научного сотрудника скромно работала внучка И.В. Сталина.
 
«Двадцатка» - центральная база полигона, большой военный городок и по-своему уникальное место. Здесь размещались командование полигона, политотдел, штаб, авиаполк и другие службы 43 ОНИС. Наш городок находился в нескольких километрах от города Ключи.
 
Жилые дома казармы и другие строения в военном городке были блочными и деревянными. На «двадцатке» имелся Гарнизонный дом офицеров, спорткомплекс, стадион, госпиталь, магазины, хорошее двухэтажное кафе, в котором жители городка отмечали свои торжества. Был даже музей, постоянно пополнявшийся новыми экспонатами. Главной улицей городка считался «Невский проспект», или попросту - бетонка, - дорога, выложенная бетонными плитами, заканчивавшаяся у ГДО.
 
Имелась и своя телестудия, а в конце 70-х годов XX века начали принимать уже программы государственного телевидения: была установлена (в шести километрах от городка) приёмная антенна системы «Орбита».
 
Автономность нашей центральной базы была полной. Летом по морю и реке завозилось топливо, оборудование, продукты. На полигоне имелся очень неплохой магазин Военторга. В городке было своё электричество, тепло, топливо, продовольствие и многое другое. Сами пекли и хлеб, да такой, что и в Москве подобного не найти. Вкуснятина! Получали его мы на раздаточных пунктах. Любой житель городка (взрослый человек или даже ребёнок) мог получить этот хлеб без денег, но, естественно, под запись в специальных учётных книгах.
 
Определённой трудностью для населения полигона был недостаток овощей и фруктов. Дело в том, что на вулканическом грунте картофель, огурцы, некоторые другие овощи вырастают огромных размеров, но они совершенно не способны долго храниться. Фруктовые же деревья вообще не растут. Поэтому все «витамины» осенью, зимой и весной небольшими партиями завозили с материка самолётами. Кроме того, люди активно занимались консервированием. Собирали в летнее время года чернику, жимолость и варили из них варенье; солили, мариновали грибы, делая запас на долгую, долгую зиму. Заготовляли и черемшу.
 
Многие занимались охотой, рыбалкой. Места здесь красивейшие и даже просто походить на природе доставляло людям большую радость. В 30 километрах к юго-востоку от нас возвышалась красавица Ключевская сопка - самый большой действующий вулкан Камчатки, высота которого равна 4750 метрам. Даже летом на её вершине лежит снег. Если к этому ещё добавить, что в противоположной стороне, в 70 километрах от Ключей, находится действующий вулкан Шивелуч (3283 метров), можно, думается, представить необычайную красоту и необычность пейзажа данного места.
 
На основной базе имелась средняя школа, одна из крупнейших на всей Камчатке. Формально она являлась школой, входившей в районную систему народного образования, но реальные материальные и финансовые средства в неё вкладывал полигон. Командование 43 ОНИС, и в первую очередь политический отдел, несли ответственность за все организационные, воспитательные и даже учебные процессы. Это, так сказать, было одним из наших «подразделений». Педагогический состав школы пополнялся за счёт жён офицеров и прапорщиков, проходивших службу на полигоне. Когда в сентябре 1980 года в Ключи прибыла моя жена Александра Семёновна, она стала преподавателем математики в школе.
 
Немного позже приехала моя дочь и стала военнослужащей. Нужно сказать, что такая система, когда жёны и взрослые дети прапорщиков и офицеров оформлялись на службу в армию, поощрялась, тем более что это разрешалось законом и имелись соответствующие на сей счёт приказы. С устройством на работу гражданских людей (членов семей военнослужащих) были определённые проблемы, и командование 43 ОНИС всячески старалось помочь в этом деле. В роли практического куратора этого процесса выступал, естественно, политотдел.
 
Рассказ о Камчатском ракетном полигоне не должен ограничиваться лишь разговорами о его центральной базе в Ключах. Нельзя забывать и о форпостах полигонной структуры, то есть измерительных пунктах. Впервые я познакомился с ними сразу же по прибытии в 43 ОНИС летом того же, 1980 года, совершив плановые облёты на вертолёте. На многие десятки, а то и сотни километров раскинулась тайга, кругом сопки, хребты, горные речки, озёра. Безлюдно, тишина. Никем не тронутая, девственная природа. И вдруг - островок жизни: люди, техника, здания, трубы, дымок, смех детей. Под тобой один из наших ОИПов.
 
Места для посадки вертолёта всегда содержатся в лучшем виде и готовом к приёму гостей с центральной базы. Прилёт вертолёта - здесь всегда событие! Люди ждут посылок, писем, фруктов, овощей. Радушная встреча. Тебя приветствуют, внимательно слушают, не пропуская ни одного слова, надеются, приглашают в свои дома, рассказывают о своей службе, проблемах. Трогательные, запоминающиеся встречи были проведены мною на измерительных пунктах, которые я всегда очень любил посещать.
 
Отдельный измерительный пункт (ОИП) - во всех отношениях автономный маленький гарнизон. Здесь всё своё: жильё, тепло, питание, вода. Таких пунктов в структуре полигона, начиная с 1974 года, было несколько. Наиболее крупные из них - «Лызык», «Ука», 14-й ОИП, который строился несколько позже других. Названия большинству пунктов давались по наименованию рядом находившихся речек, сопок, хребтов. Лызык - гора, высотой около 500 метров, на плато которой и размещался ОИП. Ука являлся самым удалённым от центральной базы пунктом, находившимся на берегу Тихого океана в устье реки Уки.
Каждый ОИП имел техническую зону со зданиями, начинёнными измерительными средствами, казарму, столовую, склады и другие строения. Был, конечно, и жилой городок, в котором жили офицеры и прапорщики с семьями, магазин, клуб, спортивный зал.
 
На всех ОИПах в соответствии со штатным расписанием имелись заместители начальников пункта по политчасти, партийные и комсомольские организации. Все командиры и начальники, политотдел, политработники, партийный и комсомольский активы считали главным в своей работе качественное проведение опытно-испытательных работ, организацию боевой и политической подготовки, поддержание высокого морально-политического духа и дисциплины при несении службы на измерительных пунктах.
 
Рядом с «двадцаткой» размещался аэродром с бетонной ВПП, а в 20 километрах был ещё один аэродром, имевший грунтовую взлётно-посадочную полосу. Авиаполк в составе 43 ОНИС не случайно занимал особое место, поскольку масса задач обеспечения полигона и практически все задачи по обеспечению ОИР ложились на плечи лётчиков. В то время авиаполком командовал полковник А.И. Мокеев - очень грамотный и требовательный командир, а заместителем по политической части у него был полковник Д.И. Косолапое.
 
Не последнее место в жизни 43 ОНИС занимал отряд морских и речных буксирных катеров. В него входили суда разных классов. Все основные грузы от океанского порта города Усть-Камчатска до Ключей по реке Камчатка доставлялись с их помощью.
 
Река Камчатка, основная водная магистраль полуострова, течёт с юга на север. Широкая, мощная, бурная, опасная, в устье вообще внушительная (здесь её ширина достигает нескольких сотен метров). Впадает в Тихий океан. Раньше по ней сплавляли лес (плоты), поэтому имелось очень много топляка, который лежал на дне реки между хребтами, а также по обоим её берегам. Между Усть-Камчатском и Ключами налажено пассажирское сообщение теплоходами типа «Ракета».
 
Нельзя не упомянуть о других населённых пунктах полуострова, связанных с жизнедеятельностью полигона. Во-первых, это, конечно, город Усть-Камчатск, районный центр, океанский порт, расположенный в устье реки Камчатка при впадении её в Тихий океан. В 40-х годах XX века Усть-Камчатск был почти полностью смыт волной цунами. Затем этот населённый пункт был восстановлен, правда, немного в другом месте, подальше от берега океана. В Усть-Камчатске, как в любом районном центре нашей страны функционировали райисполком, райком партии и другие местные органы власти. В нём имелся крупный рыбозавод, рыбсовхоз, но главное его предприятие - это, конечно, океанский порт.
 
Размещалась в Усть-Камчатске и наша база по приёму с океанских судов грузов (топливо, стройматериалы, крупногабаритные агрегаты и машины, продовольствие). Здесь всё это перегружалось на речные суда и направлялось вверх по реке Камчатке в посёлок Ключи.
 
У командования 43 ОНИС сложились исключительно тёплые, но в то же самое время весьма деловые отношения с представителями власти и в Ключах, и в Усть-Камчатске. Начальник нашего ракетного полигона и начальник политотдела всегда избирались членами райкома партии и депутатами местных Советов.
 
Петропавловск-Камчатский, главный город полуострова, находится от Ключей примерно в 450 километров к югу. Транспортное сообщение с ним осуществлялось либо водным (река, море), либо воздушным (вертолёт, самолёт) путём. Несмотря на обилие войсковых частей, размещавшихся на Камчатке, наш полигон был в центре внимания руководства области. Мы всегда приглашались на партийные, комсомольские конференции, все собрания активов области и другие мероприятия областного масштаба. Когда представители 43 ОНИС во главе с её начальником или начальником политотдела прилетали в Петропавловск-Камчатский, нас сразу принимали руководители области, в том числе и первый секретарь обкома партии Д.И. Качин, который, по моему мнению, был дальновидным партийным и государственным деятелем, завершившим свою карьеру в должности посла России во Вьетнаме.
 
Камчатка - край необычный удивительный, и его особенности по сравнению с материковой средней полосой России очевидны. Разные времена года здесь непохожи одно на другое. Яркое цветение трав, сочная зелень, обилие насекомых летом (на земле, воде и в воздухе). Температура довольно умеренная, но иногда бывает довольно жарко. Летишь на вертолёте летом и отмечаешь, что таких лесов, трав и цветов, подобных красок, пожалуй, больше нигде и не встретишь. С восхищением созерцаешь сотни рек и речушек, горных озёр, хребтов и ущелий, источников и гейзеров. Осенью и весной дуют сильные ветры, зимой - снежные метели. Погода порой меняется внезапно. Однако очень уж сильных холодов не бывает. Зимой дороги превращаются в тоннели. Одноэтажные дома заносят по самые крыши, поэтому все они должны иметь лаз, для того чтобы по окончании метели можно было выбраться наружу.
 
Животный мир полуострова очень богат. Отдельно следует обратить внимание лишь на то, что на Камчатке совершенно отсутствует класс рептилий, то есть нет ни змей, ни ящериц, ни черепах, ни хамелеонов, ни тем более крокодилов. Поражает и обилие рыбы, в основном, лососёвых пород, а также крабов, тюленей, моржей, морских котиков.
Многие учёные-зоологи утверждают, что здесь, на Камчатке, животные своих видов крупнее обычных, материковых. А что здесь комары размером с муху, убеждаешься сразу, как только выходишь из самолёта, прилетевшего с материка. Зайцы на Камчатке крупнее, чем в лесах средней полосы России, а камчатский бурый медведь отмечен в книге рекордов животного мира как самый большой представитель этого семейства. Много раз с борта вертолёта наблюдал, как бежит медведица по плато с медвежатами, прячась от шума летящей машины. Действительно, крупные особи. А как бурые медведи на речках в период нереста ловят лосося! Зрелище впечатляет, умиляет и завораживает одновременно. Попробую описать эту мизансцену. Стоит косолапый по колено в воде, внимательно в ней что-то высматривает. Вдруг резкий удар по воде передней лапой, - и когтями извлекает из речки оглушённую рыбину, чуть ли ни в половину человеческого роста. Тут же резким движением она выбрасывается на берег, откуда уж никуда не денется. Мишка же продолжает ловлю, поджидая следующую жертву.
 
Главное богатство Камчатки - это, вне сомнений, рыба. По всему побережью полуострова, в устьях рек имелись рыбсовхозы. Лов рыбы и квоты здесь строго контролируются. Лососёвые рыбы по ценности распределяются так: чавыча, которая идёт, в основном на мясо (обычно его маринуют в пряном соусе, но это было редкостью, ценилось даже выше икры). Далее идут нерка, кижуч, кета, горбуша. Из них, как правило, берут красную икру. Небольшая по размерам рыбка - голец является главным истребителем икры и мальков лососёвых рыб.
 
Не могу не рассказать, как лососёвые выводят своё потомство. В океане лосось живёт три-пять лет. Затем он идёт на нерест в ту реку, где он появился на свет. Прибыв, как говорится, на родину, самец и самка роют ямку, куда самка откладывает икру, самец ее оплодотворяет. Оба тщательно охраняют икру. Появившиеся мальки уплывают кто куда. Их дальнейшая жизнь отдана стихии. Отец и мать, страшно исхудалые, гибнут. Кого-то выносит на быстрое течение, другие, оставшись здесь, становятся планктоном, пищей для своих детей. Мальки живут в реке и взрослеют до года, а затем плывут в океан, чтобы через три-четыре года снова сюда вернуться для продления рода.
 
Нерест лососёвых рыб - это вообще потрясающее зрелище! Они идут таким плотным косяком, выступая на поверхность реки, что по их спинам можно запросто перейти небольшую речку с одного берега на другой. Во время нереста реку Камчатку и некоторые её притоки перегораживают сетями примерно на одну треть ширины, чтобы часть рыбного потока смогла добраться до верховьев рек.
 
Сопка Ключевская - действующий вулкан. Она почти всегда дымит (курится), и выбросы пепла из её жерла не являются редкостью. Часто приходилось наблюдать, как по склону течёт раскалённая лава, и это в 30 километрах от нашей «двадцатки». Кстати, один из ОИПов 43 ОНИС был расположен непосредственно на нижней части склона Ключевской сопки.
 
К подножию Ключевского вулкана есть дорога, но проехать туда не очень-то просто. Когда преодолеваешь горную часть этой дороги, то в изобилии видишь (особенно на плато - альпийских лугах) различных птиц. Их выводки бегают прямо под ногами. Выше, там, где альпийские луга заканчиваются, растительность резко скудеет, становится холодно, появляется мох и чёрные куски остывшей и затвердевшей лавы. Дальше машина проехать не может. Честно говоря, продолжать восхождение уже и не хочется.
 
У всех, кто живёт в непосредственной близости к вулкану, давно выработалась привычка не замечать землетрясений, сопровождающихся толчками в два-три балла. Когда же сила этих толчков переваливает за пять-шесть баллов, скажу прямо, чувствуешь себя не очень уютно, становится тревожно. В мою бытность по случаю землетрясения тревога объявлялась один раз. Тогда были зафиксированы толчки силой около 6 баллов. Но особо бояться было и нечего, так как все дома и другие сооружения были построены из расчёта на землетрясение силой в семь-восемь баллов.
 
Есть на территории Камчатского ракетного полигона уникальное место. Я говорю об ущелье, где, как и в знаменитой Долине гейзеров, бьют из земли горячие источники. Вертолётом до этого ущелья можно добраться примерно за 30 минут. Здесь протекает небольшая речка с водопадом. Впервые это место облюбовали камчатские первопроходцы ещё два века назад. Они использовали целебные источники для лечения многих недугов. Даже до сих пор кое-где в ущелье сохранились сделанные из прочного дерева купели на одного человека, в которых бьют радоновые источники.
 
Теперь в этом месте оборудован небольшой дом отдыха для лётного состава авиаполка и членов их семей. Построена деревянная гостиница, столовая и другие помещения. Имеется ровная площадка, где может приземлиться вертолёт. Есть и баня, в которой отсутствуют за их ненадобностью тэны. Она установлена на горячих источниках, температура нагрева которых доходит до 90 градусов по шкале Цельсия. Здесь всё, как в русской бане: пар, веники и прочее, но долго в ней находиться невозможно, не выдерживаешь, выскакиваешь наружу и бежишь босиком по деревянным мосткам, чтобы нырнуть в находящийся рядом открытый бассейн, в котором поддерживается температура около 40 градусов по Цельсию.
Представьте, что описанное мной выше происходит зимой, кругом лежит многометровый слой снега, стоит ядрёный морозец - и всё кругом в густых клубах пара. Удивительно! Да и летом поражаешься данному природному явлению. Многие прилетают сюда, привозя с собой сырую картошку и куриные яйца. Спросите зачем? А вот зачем. Кладёшь в авоську эти продукты, опускаешь их в озерцо с кипящим источником, который бурлит прямо у твоих ног.
 
Все эти красоты, уникальные явления, оригинальность природы не могли, конечно, отвлечь нас от основного, ради чего мы и служили на «краю земли». Испытания боевых ракетных комплексов, их головных частей велись без перерывов, не прекращаясь ни зимой, ни летом, ни днём, ни ночью.
 
Самое непосредственное участие в этих работах принимали и мы, военнослужащие разных профессий: измеренцы, обработчики полученной информации, авиаторы, геодезисты, строители, снабженцы, моряки речной флотилии катеров, медики, работники военторга, автомобилисты, связисты и т.д. Огромный коллектив военнослужащих и служащих Советской (Российской) Армии. Они имели разный уровень подготовки, воспитания. Были разного вероисповедания и разных взглядов на жизнь. Каждый из них имел свои устремления и наклонности, характер. Все обладали индивидуальными качествами. Были ответственные и трудолюбивые, а некоторые и отлынивали отдел.
Требовалось приложить много усилий, чтобы «слепить» из всех них коллектив, способный решать основную задачу Камчатского ракетного полигона: организовать приём боевых головных частей межконтинентальных баллистических ракет, внося тем самым ощутимый вклад в испытания ракетных отечественных комплексов.
 
Создание здорового, боеспособного, жизнестойкого во всех ситуациях и управляемого коллектива являлось самой главной задачей политического отдела 43 ОН ИС. Думается, что в 1980-1985 годы с этой задачей мы справились. Серьёзных нареканий в адрес нашего полигона не было ни со стороны конструкторских бюро, ни заводов-изготовителей, ни от командования РВСН.
 
В те годы на полигоне побывали многие известные люди: учёные, конструкторы, министры, весь высший командный состав ракетных войск, представители МО СССР и Главпура СА и ВМФ. Отмечу среди них главного конструктора «точечного» оружия С.П. Непобедимого и министра оборонной промышленности Б.М. Белоусова.
 
За пять с лишним лет, проведённых мной на Камчатском ракетном полигоне (43 ОНИС), было всё - радости и огорчения, успехи и провалы, опасности для жизни, имелись даже и трагические случаи.
 
Моё личное основное мнение: мы служили честно, свой воинский долг выполняли достойно, работали, не считаясь с личным временем и здоровьем. Внесли немалый вклад в дело укрепления обороноспособности своей страны, находясь на самом восточном форпосте государства.
 
Р.З.Меня иногда спрашивают: «Не жалеешь, что поехал служить на Камчатку? Ведь затратил много сил, подорвал здоровье». Я отвечаю так: «Не жалею. Я понял, что за службу в тех краях государство даёт льготы совсем не зря. Да, собственно говоря, военнослужащие место службы и не выбирают».
 
Командование Камчатского ракетного полигона в 1982 году.
Слева направо (сидят):
полковник С.С. Соловьев - нач. политотдела;
генерал-майор П.П. Рыбажо - начальник 43 ОНИС;
полковник А.Я. Сипкин;
(стоят): полковник Г.А. Кошель - начальник штаба полигона;
полковник В.Н. Завгородний - заместитель начальника 43 ОНИС
по ОИР,
полковник Н.Н. Крысенков - начальник тыла Камчатского
ракетного полигона
 
1980 год. Начальник 43 ОН И С генерал-майор
М.П. Соловей (третий слева) убывает с Камчатки,
его сменил генерл-майор Н.Г. Чернышев (третий справа).
В церемонии встречи-проводов принимали участие:
В.Н. Завгородний (первый слева),
С.С. Соловьев (второй слева),
Н.Н. Крысенков (первый справа),
А.Я. Сипкин (второй справа)
 
1983 год. Ключи, «двадцатка», на фоне Гарнизонного Дома Офицеров.
Слева направо: подполковник Хрящёв Рудольф Александрович - заместитель начальника политотдела,
полковник Сергей Семёнович Соловьёв - начальник политотдела,
майор Борис Богуславович Новицкий - начальник ГДО.
 
1984 год. На Камчатский ракетный полигон прибыли Министр оборонной промышленности Советского Союза Б.М. Белоусов
и первый заместитель Главкома РВСН генерал-полковник Ю.А. Яшин.
 
1987 год. Ключи. Командование Камчатского ракетного полигона и молодые офицеры, прибывшие служить
в войсковую часть № 25522 у стелы, символизирующей основное ее назначение -  прием боевых ГЧ МБР.
В первом ряду третий слева -  начальник 43 ОНИС генерал-майор Ж.И. Базылюк.
 
9 мая 1985 года. Камчатка, Ключи, ГДО, торжественное собрание 43 ОНИС по случаю 40-летия Победы
Советского народа в Великой Отечественной войне (в центре президиума - полковник Сергей Семёнович Соловьёв).
 
Камчатка, Ключи, ущелье, база отдыха 43 ОНИС на горячих источниках.
 
Станция приема телевизионных передач системы "Орбита" в Ключах.
 
Полковник в отставке Александр Николаевич Гуськов
 
1959-1962- курсант авиационного технического училища (г. Вольск Саратовской области);
1962-1966 - старший оператор ртб 50-й рд (с. Белокоровичи, Украина);
1966-1968 - секретарь комитета ВЛКСМ 163-го рп 50-й рд;
1968-1971 - помощник начальника политотдела 50-й рд по комсомольской работе;
1971-1973 - заместитель командира дивизиона по политчасти 181-го рп 50-й рд
                      (с. Белокоровичи, Украина);
1973-1975 - старший инструктор политотдела, секретарь парт-комиссий 50-й р
                      (с. Белокоровичи);
1975-1978 - начальник политотдела ракетного полка (г. Гайсин Винницкой области);
1978-1980 - начальник отделения организационно-партийной работы политотдела 43-й РА
                      (г. Винница);
1980-1985 - инспектор Политического управления РВСН (посёлок Власиха
                       Одинцовского р-на Московской области);
1985-1988 - начальник политотдела 43 ОНИС (Ключи, Камчатка);
1988-1992 - первый заместитель начальника политотдела 43-ей РА (г. Винница, Украина).
 
А.Н. Гуськов
 
Как молоды мы были, как верно мы служили!
 
В Вооружённых Силах СССР я прослужил 33 года (с 1959 по 1992-й), а выслуга составила 35 лет. Получилось так потому, что мне повезло два с половиной года (в период с 1985 по 1988 год) служить на Камчатке (43 ОНИС - в/ч 25522).
 
Два с половиной года - это не очень большой период в службе, но на Камчатке он засчитывается за пять лет. Уверенно, без тени сомнения, скажу, что это абсолютно правильный подход государства к оценке военной службы на полуострове Камчатка. Денежное содержание тоже начисляется в двойном размере.
 
Тех, кто хоть год служил на Камчатке, убеждать в правильности такого взгляда на веши не надо. Они прочувствовали это на себе. Им в полной мере довелось соприкоснуться с «прелестями» военной службы на Камчатском ракетном полигоне, если она проходила на отдалённых измерительных пунктах. Им пришлось мотаться по боевому полю; неделями сидеть в снежной блокаде с ограниченными запасами воды и продуктов; ходить в свои жилища через специальный лаз в крыше; получать почту один раз в два месяца, а услышав гул вертолёта бежать на вертолётную площадку утаптывать снег; ходить по территории ИПа, держась за верёвку (иначе сносило ветром), страдать от избытка пепла, вылетавшего из кратеров вулканов, и недостатка кислорода... Можно и дальше продолжать список «достоинств» службы и жизни на Камчатке, которые были обусловлены местными природными и погодными условиями.
 
Кто прошёл всё это, тот безоговорочно подтвердит, что льготы на самом восточном полуострове страны, предоставляемые военнослужащим, не надуманны, а являются лишь частичной компенсацией за сложность и опасность службы Отечеству. Военная служба вообще независимо от места её прохождения и времени с первого и до последнего дня требует от каждого офицера и прапорщика очень многого: беззаветной преданности и ответственности, инициативы и самоотдачи, смелости и решительности, бдительности и профессионализма, крепкой дружбы и войскового товарищества, честности и порядочности, умения жить в коллективе и работать с подчинёнными, физической выносливости, большой выдержки и других высоких боевых и моральных качеств.
 
Служба в связи со сменой должностей, коллективов, географических мест часто вносит существенные и, как правило, весьма неожиданные коррективы в прежние планы, меняет поведение и настроение человека. Подобное за годы службы мне пришлось пережить много раз. Однако особенно всё это я прочувствовал на Камчатке. Здесь, как и в других отдалённых от центра гарнизонах, в силу вступает неписаный и вполне естественный принцип - мы сами по себе, ведь материк - это что-то далёкое и довольно труднодоступное. Такая ситуация заставляет людей быть постоянно готовыми ко всякого рода неожиданностям и дополнительным испытаниям на выносливость, мужество и волю.
Здесь, в Ключах, психология, поведение, взаимоотношения людей всех категорий военнослужащих и членов их семей имеют свою, какую-то родную, своеобразную, местно-камчатскую окраску. Справедливости ради следует сказать, что чётко видны и положительные, и отрицательные её грани.
 
В своих воспоминаниях я попробую остановиться именно на этом. Выражаю большую благодарность составителю, инициатору подготовки к изданию воспоминаний о 43 ОНИС, члену Союза писателей России Борису Васильевичу Юрьеву, который предложил мне принять участие в этой работе. С ним, к слову сказать, мне было очень приятно сотрудничать ранее, при издании книги о 50-й Белокоровичской ракетной дивизии.
 
15 августа 1985 года я вместе с женой Светланой Михайловной и младшим сыном Костей прибыл в аэропорт Елизово. Конечно же, не могу забыть первую встречу на камчатской земле, которую организовал старший прапорщик Л.М. Тихолаз со своей женой Галиной. Эту пару все знали и помнят, ибо их внимание и заботу забыть просто невозможно. Их тепла хватало на всех вновь прибывающих на Камчатку и убывающих на материк, а подразделение, которым командовал старший прапорщик Л.М. Тихолаз, отличалось высоким уставным порядком и крепким хозяйством.
 
На следующий день (16 августа) мы были в Ключах. У самолёта встретил командир 43 ОНИС со своими заместителями. Было достаточно прохладно. Сразу пришлось признать справедливость бытующей здесь поговорки: «Июнь - ещё не лето, а август - уже не лето».
 
Контейнер с вещами неизвестно где, оперативности в их доставке ни железнодорожникам, ни морякам не хватало: их приходилось ждать по три - пять месяцев, и нередко они доставлялись разбитыми, а порой и разграбленными. Хоть до убытия на Камчатку я консультировался по поводу того, что из вещей и одежды нужно брать с собой на первое время, однако всё равно всего не предусмотришь и просчётов не избежишь. Не хватало многого, особенно тёплых вещей и предметов первой необходимости. Вот тут-то мы почувствовали и воочию познали камчатскую корпоративность. Нам искренне оказывали безвозмездную помощь совершенно неизвестные люди, мои новые сослуживцы, соседи. Быт с их помощью был налажен в течение нескольких дней. Активное участие в этом приняли командир 43 ОНИС генерал-майор Ю.В. Зварич, его жена Октябрина Ивановна, а также заместители начальника полигона полковники В.И. Окулов, А.Ф. Калиннинков, Г.А. Кошель, В.Н. Горбунов. Не остались в стороне и политотдельцы В.Я. Пахомов, Е.В. Офицеров, В.В. Великанов, мой предшественник С.С. Соловьёв, начальник КЭС А.С. Патюта, начальник домоуправления Л.И. Постовая и ещё многие, многие добрые и радушные люди, жители «двадцатки». Это никогда не забудется. Надо подчеркнуть, что такое отношение к вновь прибывающим на Камчатку - обычное дело, ставшее там нормой поведения.
 
Знакомство с личным составом частей и подразделений полигона, всем его хозяйством, жителями военного городка, членами семей офицеров и прапорщиков проходило по очень сжатому графику. Каждый день надо было куда-то идти, ехать или лететь и везде, в каждой части в течение трех - пяти дней совместно с начальниками служб, офицерами политотдела и управления полигона встречаться с людьми, выступать перед ними, отвечая на их вопросы, посещать занятия, беседовать индивидуально и с отдельными группами военнослужащих, советоваться с командирами, политработниками, партийными и комсомольскими активами, женсоветами, разбираться на месте с проблемами, обусловленными службой, питанием людей, материальным обеспечении, организацией отдыха. В поездках меня обычно сопровождали пять - семь человек. Мне понравилась их работа и во время этих акций, и на протяжении всего периода, когда я возглавлял политотдел 43 ОНИС.
 
Очень хочу назвать фамилии начальников служб: В.М. Барановский, М.А. Лысков, С.А. Адаменко, Н.П. Бирюков, В.А. Котенке, В.С. Костенко, В.Н. Терещенко, Ю.А. Загвоздкин; офицеров отделения боевой подготовки: П.Е. Старостин и С.А. Пуд, а также многих работников отделов испытательных работ (ОИР).
 
В ходе этой ознакомительной работы я почувствовал, что всё с учётом местных условий, довольно неплохо отлажено. На хорошем организационном уровне находилась боевая и политическая подготовка, а решение некоторых других задач можно даже поставить в пример многим частям, дислоцируемых на материке.
 
Передо мной стояла задача, найти своё место в этой отлаженной системе. Однако требовалось найти не какое-нибудь место, а серьёзное, авторитетное. Поэтому через два месяца созрела программа моей работы на три предстоящих года службы в 43 ОНИС. Мой план был одобрен командованием, политотделом полигона и руководством всех отдельных подразделений, а также жителями городка в части их касающейся. Так был взят старт дальнейшей активной, иногда круглосуточной, учитывая разницу во времени с Москвой (9 часов), трудной, кропотливой работы. Кстати, о разнице во времени. Некоторым товарищам из штаба РВСН, который находится в поселке Власиха Московской области, было вероятно, невдомёк, и они часто звонили (по служебным вопросам) в три-четыре часа по камчатскому времени. Напоминаний же на этот счёт не терпели.
Табельные доклады приходилось делать в ночное время. Это тоже одна из особенностей службы на Камчатке.
 
Кого же я встретил в самом начале службы в Ключах? Обобщённо скажу так: встретил военнослужащих, настоящих мужчин, женщин, способных и в горящую избу войти, и на скаку остановить коня. Встретил я там и прекрасного человека, профессионала, эрудита, обаятельного, справедливого, независимого начальника 43 ОНИС Юрия Всеволодовича Зварича. Разве мог я этого замечательного командира в чём-либо подвести? Встретил я замечательных людей - заместителей командира в/ч 25522 Анатолия Филипповича Калиннинкова, Геннадия Алексеевича Кошеля, Владимира Ивановича Окулова, Виктора Николаевича Горбунова. Эти полковники прекрасно знали службу и камчатскую жизнь и не скупились в передаче бесценного опыта всем новичкам 43 ОНИС. Встретил я замечательных коллег-политотдельцев, которые поверили мне и поддерживали в течение всего периода нашей совместной службы на Камчатском ракетном полигоне.
 
Назову их поимённо: Анатолий Клименко, Николай Дубовский, Евгений Офицеров, Рудольф Иконников, Владимир Пахомов, Михаил Гацко, Владимир Великанов, Василий Кунпевич, Александр Музычук, Виктор Ногинов. Каждый из них достоин отдельного и обстоятельного рассказа о себе. Рамки моих коротких воспоминаний не позволят мне сделать это. Скажу лишь то, что они были настоящими профессионалами своего дела, преданными Родине и армии офицерами и прапорщиками, показывавшими пример служения Отечеству всему личному составу нашего полигона.
 
Встретил я исключительно трудолюбивых, исполнительных и очень ответственных командиров и политработников в частях и подразделениях, входивших в состав 43 ОНИС.
Хорошие, добрые отношения по служебной и партийной линиям сложились у меня с командирами и их заместителями по политчасти: А.П. Мокеевым и Д.И. Косолаповым, А. Тарасовым и Н. Серёгиным, Е.С. Вершининым и В. Козаком, С.А. Некрасовым и С.И. Ключко, В.И. Некрасовым и А.Г. Красницким, В.П. Усатенко и М. Даниловым, а также с офицерами: В. Корсаковым, В. Обманкиным, А.К. Побережным, В. Вашковцом, В.П. Гончаренко, В.А. Козловым, С.Н.Трошкиным, Г.А.Демченко, Н.Суховым, В Вагиным, И.Н.Лыгой, В.Н. Шульгой и многими другими.
 
Коротко расскажу о работе политотдела 43 ОНИС, проходившей в тесном контакте с её командованием. Важнейшей заботой в деятельности политотдела были люди, которые служили в в/ч 25522, решая вопросы боевой работы - качественного измерения огромного числа параметров поведения боевых блоков головных частей ракеты при определении точного места их падения. Здесь возникает целый комплекс проблем.
 
Во-первых, обучение непосредственных участников, выполнявших эти измерения, чтобы они отлично знали свои функциональные обязанности и технику, на которой предстояло работать.
 
Во-вторых, воспитать у личного состава высокую ответственность, исполнительность, дисциплинированность, умение выжить в сложных, а иногда и экстремальных условиях.
 
На решение указанных выше задач и была направлена деятельность политотдела, в том числе и моя. Использовалась вся система партийно-политической работы: участие в подборе людей для службы и на центральной базе, и на измерительных пунктах, расстановка актива, инструктажи, партийные и комсомольские собрания, политподготовка, организация социалистического соревнования, подведение итогов учёбы, поощрение личного состава и многое другое. Все эти мероприятия, как правило, были залогом успеха, давая положительные результаты.
 
Испытания ракетных комплексов нельзя проводить небрежно или откровенно плохо.
Кто хоть однажды видел, как в небе на большой высоте светится догорающая последняя ступень ракеты, как затем стремительно летят к цели боевые блоки ГЧ, сопровождаемые гулом почти на всю северную половину Камчатки, тот всегда будет гордиться РВСН и своей причастностью к этому великому делу - укреплению обороноспособности страны. Задача 43 ОНИС заключалась в том, чтобы зафиксировать, задокументировать и подтвердить факт, ради которого трудились тысячи людей, тратились миллионы и миллионы рублей. Задача большой государственной важности. Именно так к своему делу и относились военнослужащие Камчатского ракетного полигона.
 
Службу несли добросовестно, стараясь не ударить лицом в грязь. Подтверждением этому является твердая хорошая оценка, полученная 43 ОНИС по результатам проверки главной инспекциии МО СССР, проведённой в 1986 году.
 
Предметом же особой заботы политического отдела был вопрос поддержания крепкой воинской дисциплины во всех категориях военнослужащих. Здесь исключительно важно было привлечь к этой работе всех офицеров (особенно руководящий состав 43 ОНИС), прапорщиков, солдат и сержантов, партийных и комсомольских активистов. Покоя не давали никому. На формах и методах этой работы подробно останавливаться не буду: они обычные. Проводились собрания по категориям военнослужащих и общие, совещания руководящего состава и заседания, заслушивания и другие мероприятия.
Основной формой работы была индивидуальная беседа, а главным направлением - недопущение неуставных взаимоотношений. Мы владели ситуацией, знали обстановку в казарме, и нам удавалось держать её под контролем и не допускать криминальных проявлений. В целом состояние воинской дисциплины позволяло качественно решать задачи, стоявшие перед 43 ОНИС.
 
Однако вернусь к особенностям жизни и службы людей в Ключах. Как известно, срок службы на Камчатке для офицеров и прапорщиков установлен продолжительностью в три года, а затем - перевод (по замене) на материк. Чувство временщика приводило к определённым перекосам в сознании многих офицеров и прапорщиков. Правда, имелись случаи, когда отдельным военнослужащим удавалось служить на полигоне шесть лет и более, а некоторые уезжали по истечении трёх лет, а затем прибывали повторно или присылали своих детей.
 
Что касается выполнения обязанностей по службе, то здесь, как и вообще в армии, принцип был незыблемым: «Не умеешь - научат, не хочешь - заставят». А вот в других вопросах (речь идет об отношении к военному и государственному имуществу, к природе, о стремлении к развитию и благоустройству военных городков, об улучшении условий жизни и быта для тех, кто придёт сюда после тебя) дело обстояло хуже. Именно поэтому в Ключах не было солдатских клубов, стоял недостроенным детский сад и т. д. Личный состав смотрел кинофильмы, используя узкоплёночную аппаратуру, и происходило это прямо в казармах.
 
Ещё до сих пор военнослужащие полигона спокойно относятся к большому количеству ограничений по жизни, которые можно и нужно исключить, если, конечно, не быть временщиком, а взяться всем миром за их искоренение. Обслуживать и развлекать население Ключей никто и ниоткуда не придёт. Это задача исключительно самого населения.
 
Нам, по отзывам людей, удалось кое-что в этом вопросе сделать, и «задающим генератором» являлся политотдел. Наш девиз был такой: «Хочешь помочь - помоги, а мешать нам не позволим». Во всех начинаниях активную помощь оказывали руководители полигона Ю.В. Зварич, Ж.И. Базылюк, А.К. Калиннинков, Ж.С. Хачатурян, Ю.И. Зорин, В.Г. Смурыгин, Ю.А. Загвоздкин.
 
В результате коллективных наших устремлений появился памятник В.И.Ленину и красивая площадь с одноимённым названием, сквер Славы и зона отдыха, два солдатских клуба, достроен лучший на Камчатке детский сад, разбито более десяти цветочных клумб и ещё многое другое. Памятник В.И. Ленину установили и в посёлке Ключи.
 
Решать проблему благоустройства нам помогали Камчатский обком партии, который не пожалел цемента для нас, перенаправив один из пароходов с ним прямо из океана к нам (дефицит цемента в то время был вызван аварией на Чернобыльской атомной электростанции); Главный штаб ракетных войск, который позволил нам взять четыре бетономешалки из города Горького (ныне - Нижний Новгород); Политуправление РВСН, поставившее на полигон десять укомплектованных библиотек по 12 тысяч книг в каждой, 20 цветных телевизоров, пять широкоплёночных киноаппаратов; а штаб округа (г. Хабаровск) предоставил технику и оружие для сквера Славы и музея 43 ОНИС. Подчеркну, что всё перечисленное выше было сделано всего за год.
 
Наш авиаполк помог доставить оружие, технику, имущество и другие грузы в Ключи (командир полка - А.П. Мокеев, его заместитель по политической части Н.М Косолапое). Авиационный полк являлся стержнем решения боевых и жизненных задач нашего полигона. Его коллектив уважали и любили жители и «двадцатки», и отдалённых измерительных пунктов.
 
Авторы, а также исполнители всех сооружаемых объектов - военнослужащие В. Сальный, В. Ногинов, А. Музычук, В. Корсаков, которые трудились, не считаясь со своим личным временем, буквально выстрадали названные выше объекты. Нам не хватило всего одного лета, чтобы осуществить заветную мечту жителей военного городка - построить 25-метровый плавательный крытый бассейн, для которого уже выбрали место рядом со спортзалом, но, к сожалению, не успели.
 
Заключая рассказ о строительстве, особо хочу отметить творческий подход к делу инициативных людей. Например, не было стройматериала для возведения солдатского клуба. Однако плыл по реке Камчатке и тонул, оседая на дне, так называемый «топляк». Командир батальона материального обеспечения В.И. Некрасов и его заместитель по политчасти А.Г. Красницкий увидели в этом «топляке» замечательный строительный материал, который и был использован при строительстве солдатского клуба.
Личный состав отряда буксирных катеров (командир - капитан 3-го ранга В.Б. Чеча) выловил необходимое количество брёвен, которые были высушены, обработаны и пущены в дело. Получилось очень даже здорово: клуб построили за довольно короткий промежуток времени, и каждый сержант и солдат получил в нём место. Появились комнаты для чтения, отдыха, занятий творчеством, методической работой.
 
А сколько тысяч тонн красного шлака было добыто на склонах Ключевской сопки для строительства уже другого солдатского клуба!
 
Это лишь отдельные эпизоды из многогранной, богатой на события жизни большого и крепкого коллектива 43 ОНИС по благоустройству военного городка в посёлке Ключи во второй половине 80-х годов XX века. Работали мы вдохновенно, с энтузиазмом и выдумкой. Делали добротно, и нам казалось, что навсегда.
 
Однако не прошло и десяти лет, как памятник В.И. Ленину был демонтирован. Зачем, почему, по чьему указанию? Не знаю. Думая над всем этим, задаюсь одним гложущим меня вопросом. Как можно разрушать то, чего ты не делал сам лично?! Если имеются какие-то более ценные мысли, посоветуйся и возведи что-то другое, но зачем же ломать созданное чужим трудом? Не понимаю и никогда не пойму! Не хочу я такое понимать! Нельзя уничтожать то, что сделано другими людьми, ведь они вложили душу в свои творения. Никакого морального права на подобный вандализм никто не имеет. Именно вот так и теряется связь времён и поколений.
 
Убедительно прошу, не уничтожайте и другие объекты, а наоборот - поддерживайте их в целости и сохранности. Завершая разговор о противостоянии временщикам, хочу привести несколько четверостиший местных поэтов, которые они прочитали на прощальном вечере по поводу моего убытия из Ключей:
 
                                                                                      На Камчатке были вы недолго,
                                                                                      Но оставили свой твёрдый след,
                                                                                      Помнить будут вас здесь очень долго,
                                                                                      Ваш задор, напор, авторитет.
 
                                                                                      Уважали вас за чёткость мысли
                                                                                      И любили все за простоту,
                                                                                      Чтобы люди тут совсем не скисли,
                                                                                      Вы трудились за троих «в поту».
 
                                                                                      Жалко с вами расставаться, честно,
                                                                                      Не кривим душой, поверьте нам,
                                                                                      Мы желаем благ на новом месте,
                                                                                      Счастья и успехов крупных там.
 
                                                                                      Все вулканы в снежном обрамлении
                                                                                      И тайга, куда ни бросишь взгляд.
                                                                                      Памятник воздвигли вы здесь Ленину,
                                                                                      Славы сквер и клубы для солдат стоят.
 
Таких четверостиший было около двадцати. Не скрою, приятно подобное слышать в свой адрес от людей, вместе с которыми задумывал и воплощал в жизнь какие-то проекты, планы.
 
Главным в моей работе было поддержание здорового рабочего микроклимата как в воинских коллективах, так и среди всего населения полигона, без которого немыслимо выполнять боевые задачи и строить полнокровную, полноценную жизнь людей в условиях удалённого от центра гарнизона. Микроклимат же зависит от многих факторов, начиная с обеспечения жителей всем необходимым и кончая борьбой со слухами о стихийных бедствиях.
 
Основное в этом деле - знать, чего хотят люди. С этой целью ежеквартально проводились вечера вопросов и ответов со всеми военнослужащими по категориям (рядовой и сержантский состав, прапорщики, офицеры), а также с гражданским населением городка.
Получалась и обобщалась информация от командования частей, партийного и комсомольского активов, женсоветов и почтового ящика политического отдела. Приходилось заниматься всякими мелочами, однако в жизни мелочей не бывает.
К примеру, «бетонка» - центральная улица нашей «двадцатки». Здесь прогуливаются молодые мамы с колясками и совсем малыми детишками, но здесь же дети постарше катаются на велосипедах. Всем понятно, что это довольно опасно и для гуляющих, и для самих велосипедистов. На собрании всех жителей городка приняли решение: «Стоп лихачам»!
 
Ребята вначале обиделись на меня, но потом все-таки поняли смысл этого решения. Уверен, что камчатская дружба и братство - самое сильное чувство на земле, и нам удалось внушить это своим детям.
 
Жизнь каждой семьи складывается тоже из мелочей. Это и питание, и одежда, и тепло, и электричество в квартире, а также другие удобства, без которых нормальной жизни может и не получиться. Всем ведь хотелось жить комфортно, удобно и весело. Скажу без ложной скромности, что нам, руководству и службам 43 ОНИС, удавалось почти всё задуманное; поэтому нам не стыдно смотреть людям в глаза.
 
Некоторые районы на Камчатке, к слову сказать, сидели по многу дней без тепла, электричества, продовольствия, а вот в нашем гарнизоне такие экстремальные случаи практически отсутствовали. Это, согласитесь, дорогого стоит.
 
Хорошо было поставлено медицинское обслуживание населения и военнослужащих.
Почему так было? Да потому, что этими вопросами ведали очень ответственные люди, такие как В.Н. Горбунов, В.И. Окулов, М.В. Лысков, С.А. Адаменко, В.В. Янковский. Если же вдруг возникал какой-нибудь казус, то начальник полигона Ю.В. Зварич или начальник политотдела А.Н. Гуськов его устраняли, используя принцип: «Властью, данной мне...»
 
Или вот такая мелочь, как досуг. Это тоже важнейший вопрос. Хороший досуг - залог хорошего настроения, а с ним гораздо проще решать все служебные проблемы. Получается, что это не такая уж и мелочь. К этому серьёзному делу необходимо и подходить серьёзно. Мы на год вперёд составляли план проведения мероприятий и на «двадцатке», и в отдельных частях (вечера отдыха, концерты, спортивные праздники, КВН, торжественные собрания, творческие конкурсы и т.д.). Недостатка желающих принять участие в этих мероприятиях не было, и перед нами всегда стояла проблема, как бы кого-нибудь не обойти, не обидеть, не предоставив им возможности показать свои таланты.
 
Я прекрасно помню (и в лицо, и поимённо) почти всех постоянных участников проводимых нами праздников, концертов и других добрых дел. Навсегда в памяти останутся праздники, проведённые в майские дни; 1 июня (День защиты детей) - «Здравствуй, лето красное»; 1 сентября - «Прошай лето, здравствуй школа». Особенно запомнился запуск в небо многих тысяч шаров с бумажными голубями и надписями детей на них. Душой проводимых мероприятий были А.М. Макеев, Н.Н. Родяков, В.Я. Пахомов, Н. Кахнович, а также женсоветы. Генератором мыслей и великолепным воплотителем их в жизнь являлась Нина Абрамова - профессиональная журналистка.
 
Для всех желающих поприсутствовать на массовых мероприятиях, проводимых в ГДО, мест, как правило, не хватало, поэтому люди приходили за два-три часа до начала.
Незабываемы проведённые при участии политотдела все спортивные соревнования в гарнизоне. Обычно по их завершении устраивалось общее чаепитие и угощение кашей, приготовленной в солдатской походной кухне.
 
Исключительно умелыми организаторами почти всех спортивных мероприятий были А.К. Калиннинков, А. Караулов, Г.И. Шевченко. Лично сам по выходным дням сражался в спортзале, играя в волейбол. Защищал на соревнованиях честь управления полигона по лыжам, лёгкой атлетике. Ежедневно, не считаясь с погодой, утром пробегал пять километров. Хочу отметить, что спортивная база и спортинвентарь соответствовали требованиям, предъявляемым к массовым занятиям по физкультуре и спорту. К сожалению, не было плавательного бассейна, о котором мы так мечтали в 1988 году, однако довести до практической реализации то благое дело, мы тогда так и не смогли.
Справедливости ради нужно отметить, что далеко не все активно поддерживали спортивные мероприятия, которые проводились в гарнизоне. Многие увлечённо занимались охотой, рыбалкой, сбором грибов, ягод.
 
Здесь мы прервём воспоминания А.Н. Гуськова и предоставим слово, как он выразился, «генератору мыслей» - Нине Алексеевне Абрамовой.
Она сразу, как говорится, без предисловий и раскачки уводит нас в духовный мир «двадцатки» 80-х годов XX века. Последуем за ней. Те, кому доводилось жить и служить в удалённых от культурных центров страны гарнизонах (мужчины, женщины, дети), поймут Нину Алексеевну без дополнительных пояснений. Поймут и, мы уверены, согласятся с ней.
Итак, время действия .- конец 80-х годов XX века (1985-1987); место - Камчатка, Ключи, «двадцатка».
 
«Особенностью жизни в Ключах являлись ещё и слухи о приближающихся стихийных бедствиях. Это, прежде всего, суды-пересуды об извержениях находящихся совсем рядом вулканов, землетрясениях, цунами и т.п. Самое забавное, что эти слухи, как правило, приходили из далёкой Москвы. Возникали они с периодичностью примерно два раза в год. Обсуждалось это оживлённо и повсюду: на кухнях, на улице, в служебных кабинетах, что, конечно, отвлекало от производственных дел, нарушало спокойное и нормальное течение жизни. Дело доходило до того, что появлялись бездоказательные и заведомо ложные утверждения, будто бы руководство полигона отправило свои семьи на материк.
Лекарство от этого «заболевания» было одно. Мы с начальником штаба Г.А. Кошелем и командиром авиаполка А.П. Мокеевым посылали самолёт в Петропавловск-Камчатский, чтобы доставить оттуда ведущих специалистов-вулканологов и учёных (океанологов, геофизиков). Большое им спасибо за то, что они охотно откликались на наши просьбы, проводя беседы с жителями городка. Явка на них была стопроцентная, актовый зал ГДО не мог вместить всех желающих. Люди сидели, стояли в дверях, проходах и слушали внимательно, стараясь не пропустить ни одного слова.
 
Учёные подшучивали над нашими нелепыми слухами, обстоятельно отвечали на все вопросы. Руководители 43 ОНИС на этих мероприятиях обязательно появлялись со своими жёнами и детьми, дабы все жители городка это видели и успокаивались. Таким способом вспышку лёгкой паники гасили, правда, лишь до очередной «утки» из Москвы. Учёных благодарили, провожали и... договаривались о новой встрече.
 
Понятно, что на Камчатке, где имеется 28 действующих вулканов, не обойтись без их извержений. На восточное побережье полуострова иногда обрушиваются и цунами. Это, действительно, так. Об этом надо знать и помнить всем тем, кто едет сюда служить и тем, кто их провожает (в первую очередь, родственникам). Кстати, в этом заложена часть ответа на вопрос, почему на Камчатке засчитывают один год службы за два.
 
Существует перечень проблем, связанных с подбором, расстановкой, обучением и воспитанием офицерских кадров для службы на полигоне.
 
По вполне понятным причинам на Камчатку просятся офицеры и прапорщики, у которых выслуга отстаёт от возраста, то есть им приходится служить до пенсии на несколько лет больше, чем их сверстникам. Не очень приятный фактор. Командование идёт навстречу, направляя их для дальнейшего прохождения службы на Камчатку. Эти люди в большинстве случаев не имели военного образования, у них отсутствовала настоящая военная «жилка», и они гораздо труднее находили общий язык с подчинёнными и начальниками, не могли глубоко понимать и правильно выполнять требования воинских уставов и устои военной службы.
 
Руководство полигона понимало решения, принятые командованием ракетных войск. «Надо - значит, надо». Был бы лишь человек хороший, и, как правило, всё получалось нормально: и технику осваивали, и общий язык с людьми находили, и, в конечном итоге, службу несли неплохо. Однако некоторые командиры и отдельные офицеры использовали фактор удалённости от центра и старших начальников в неблаговидных целях: проявляли распущенность, лень, хамство, неисполнительность. Спасибо партийным и комсомольским активам, от которых мы знали о таких офицерах и, хоть с опозданием, но принимали решительные меры: кое-кого исключали из рядов КПСС или комсомола, а иногда прерывали их службу на Камчатке и досрочно отправляли на материк.
 
В службе на полигоне имелось ещё много и других особенностей, связанных с удалённостью, природными и климатическими условиями, а также с наличием соблазнов (охота, рыба, икра). Все их описать просто невозможно, думается, и нет смысла. Чтобы это понять, надо пожить на Камчатке хотя бы один год.
 
И в заключение скажу о рыбе, икре и пушнине. Не нужно, верить в легенды о том, что Камчатка в этом просто утопает. Да, конечно, все это чуть доступнее, чем на материке, но не настолько, как на сей счёт ходят «байки» и слухи. Всё это богатство оседает в закромах местных бандитов-браконьеров, а среди военнослужащих подобной категории нет. Сам я там жил по принципу: «Есть возможность - нет желания, а есть желание - нет возможности». Никогда и ничего с Камчатки не возил, тех, кто приезжал в гости, угощал в пределах разумного. Может быть, поэтому мне уже через полгода службы на полигоне начали предлагать должности на материке. Несмотря ни на что, я очень доволен своей службой в 43 ОНИС».
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
1 сентября
1986 года.
 
Открытие
памятника
В.И. Ленину
в Ключах
Сентябрь 1986 года. Камчатка, К.лючи. Открытие детсада.
Во втором ряду, слева направо: А.Н. Гуськов, Ю.В. Зварич,
В. И. Окулов, В.В. Янковский, представители ОКС.
Руководитель оркестра А.М. Макеев (справа)
и начальник политотдела 43 ОНИС А.Н. Гуськов. 1987 год.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Ансамбль
песни
и пляски
РВСН
«Красная
звезда» на
Камчатском
ракетном
полигоне.
1987 год.
Во втором
ряду в центре
- А.Н. Гуськов
 
Любовь и понимание - военных жён призвание
 
 
Военный городок в Ключах, который, стал для нас родным, как бы предопределял родство душ. Здесь каждая семья военнослужащего имела общее, единое для всех: умение ждать и любить, без чего просто-напросто нет и не может быть ни семьи, ни службы, ни жизни.
Однако закрытое пространство, каковым являлась «двадцатка», не всегда и, конечно, не для всех было комфортным, так как, кроме нашей милой и очень уютной центральной аллеи, которая вечерами, особенно весной и летом, превращалась в «подиум» для дефилирующих семей, да гарнизонного Дома офицеров, пойти «развлечься» было некуда.
Да, собственно, мы и не старались кого-то «переплюнуть»! Мы, поймите нас правильно, этим жили.
 
Помню, как лётчики, придя к нам на репетицию, попросили добавить несколько сценок, которые они смогли бы сыграть вместе с жёнами и детьми. Добавили.
 
У меня была, напарница по творчеству - военнослужащая Светлана Леонидовна Котрехова, молодая, энергичная, задорная. Мы могли с ней ночами напролёт обкатывать и шлифовать написанные нами же сценарии вечеров отдыха, концертов, литературных встреч, торжеств по поводу проведения годовщины части, мероприятий по проводам зимы... С этим обработанным, «причёсанным» материалом мы шли к начальнику политотдела полковнику Александру Николаевичу Гуськову. У этого человека вообще отсутствовало слово «нет».
 
Н.А. Абрамова
 
Отказа нам не было ни в чём. Если по сценарию требовались плакаты, от нас нужен был только текст. Все реквизиты и необходимые приспособления для оформления сцены и зала изготавливались к сроку. С таким «попечителем» работать было в радость!
 
И самое главное - не было заорганизованности, помпезности. Люди старались, ведь они всё это делали для себя, своих близких, сослуживцев, хотели подарить частичку души тем, кто по каким-то причинам не мог принять участия в общественной жизни гарнизона.
Жизнь в военном городке научила нас главному: не ныть, не вешать носа, не показывать, что тебе грустно и скучно. Мы чётко осознавали, что за нас никто ничего не сделает, никто со стороны не придёт и не станет нас веселить, развлекать.
 
Мы учились, достигнув определённых положительных результатов, как обустраивать своё личное локальное пространство, чтобы оно притягивало других, помогало отвлекать от тягот и лишений военной службы.
 
Помню, стоило лишь сказать, что мы хотим сделать солдатам «домашний вечер», как посыпались предложения: одни соглашались испечь пироги с капустой или мясом, другие охотно брались за изготовление тортов, третьи готовили конкурсы «Всезнаек», четвёртые принимали участие в организации сюрпризов в виде писем от родных... И всё это делалось на одном дыхании.
 
Между прочим, тогда не было глобальных проблем с так называемой «дедовщиной». Это объясняется ещё и тем, что солдаты получали душевную теплоту, исходящую из семей офицеров, и у них возникало ощущение домашнего уюта, они чувствовали о себе заботу, почти такую же, как от собственных родителей.
 
Следует заметить, что, когда подобные вечера, концерты, праздники стали проводиться регулярно, люди начали сами просить организовать то или иное мероприятие. Пришлось к этим пожеланиям прислушиваться, реагировать на них. К примеру, так называемые «Огоньки» вошли в нашу жизнь, став неотъемлемой составной частью общего досуга. Посвящали мы их тем, кто родился в определённом месяце, связывали сценарий канвой судеб чествуемых, дарили им стихи, песни, конкурсы, которые посвящались конкретно виновникам торжества. Люди раскрепощались и вели себя естественно, забывая, а иногда и не догадываясь, что присутствуют на очередном «мероприятии», заранее включённом в план политического отдела на месяц, полугодие, год.
 
Готовили мы и проведение профессиональных праздников. Их разработка и подготовка, с одной стороны, была вроде бы и простым, но в то же самое время и довольно сложным делом: хотелось рассказать о судьбе человека объёмно, обставить саму встречу так, чтобы были и удивление, и радость, и польза.
 
Время службы на Камчатском ракетном полигоне для меня, жены офицера, прошло на одном дыхании. Причин тому несколько. Одна из них связана с пониманием того, что забота о семье - это не только желание любить и быть любимой, считать проблемы мужа лично своими, но ещё и устроить так, чтобы им, нашим любимым и родным, было в радость жить и работать. Это не высокие слова  это итог той жизни.
 
Источник: "Полигон Кура: воспоминания, размышления, комментарии",
автор-составитель - Б.В. Юрьев