Капустин Яр как космодром
 
ПУ для космических РН
 
ШПУ "Маяк"
 
 
В ноябре 1958 г. маршал М.И. Неделин принял решение о строительстве на ГЦП-4 двух опытных шахт для натурного эксперимента с пуском ракеты Р-12. В течение месяца специалистами НИИ-88, НИИ-4 МО, ЦПИ-31МО, ОКБ-586 и ГСКБспецмаш произведена рекогносцировка и выбрано место для строительства опытных ШПУ.
 
Предстояло впервые решить множество технических проблем: по разработке конструкции шахты, обеспечению газодинамического старта ракеты из ШПУ (на собственных двигателях), устройстве защитной крыши ШПУ и других, а также необходимым изменениям конструкции ракеты.
 
В сжатые сроки была построена экспериментальная шахта "Маяк" с подземным бункером для проверочно-пусковой аппаратуры, удаленным от шахты на расстояние около 150 метров.
 
Конструктивно шахтная пусковая установка была решена в виде цилиндрической трубы-стакана диаметром 8 м и высотой 25 м, набранной, как и туннель метрополитена, из отдельных цилиндрических панелей - чугунных тюбингов, облицованных изнутри металлическим листом. В целях ускорения и удешевления создания шахты, чтобы не привлекать специальную технику и оборудование для выкапывания ствола, стакан заглубили в землю не на всю высоту, а снаружи до верхнего уровня засыпали грунтом. Правда иную точку зрения на причину неполного заглубления в землю ствола шахты высказывал наш будущий командир  Н.Ф. Шлыков, бывший в то время начальником штаба капьярского полигона: "При создании первых двух шахтных пусковых установок на полигоне строители на глубине примерно 20 м столкнулись с плывуном. Так как в то время еще не были отработаны методы прохождения плывунов, приняли решение нарастить шахту вверх, насыпав грунт.. в виде кургана высотой около семи метров. В этом случае ракета полностью погружалась в ствол шахты". (Я не геолог, но в наличии плывунов на глубине десятка метров под капьярскими степями сильно сомневаюсь...)
 
Так с наименьшими затратами был сооружен экспериментальный комплекс, имитирующий шахту. По внешнему виду он напоминал одиноко возвышающийся курган. Но эта "усыпальница" таила в себе огромную силу. В историю  развития стартов она вошла как насыпная шахта.
 
От стенок шахты корпус ракеты изолировался с помощью металлического стакана, приваренного к специальным поясам, вмонтированным в стены шахты. В результате между стеной шахты и стаканом создавалось кольцевое пространство. По нему раскаленные газы работающего реактивного двигателя, отражаясь от конусного дна пускового стола и не соприкасаясь практически с корпусом ракеты, устремлялись вверх. Сверху в стакане была предусмотрена расширяющаяся часть - раструб, который направлял газы в сторону от ракеты.
 
Для обслуживания ракеты при подготовке к пуску на нее "натягивалась" и устанавливалась на четырех опорах на дно шахты кольцевая ферма с площадками. После проведения всех работ ферма вынималась с помощью крана. Достаточно примитивным был и процесс установки в шахту - поскольку специально предусмотренного для этих целей установщика еще не было, процесс опускания ракеты в шахту проводился в два этапа: предварительно она устанавливалась на обычный пусковой стол метрах в десяти от шахты, а затем двадцатипятитонным краном с длинной стрелой переносилась и опускалась в шахту.
 
При первом пуске после установки ракеты на пусковое устройство на старт прибыл начальник полигона генерал Вознюк В.И. Он только что вышел на службу после длительной болезни (инфаркта). Прибыв на комплекс, он решил спуститься в шахту для осмотра оборудования. Спуск в шахту на этом комплексе осуществлялся по вертикальной лестнице на глубину несколько десятков метров. Даже молодые солдаты и офицеры после нескольких спусков и подъёмов чувствовали определённую усталость. Генерала пробовали отговорить от спуска, но он настоял на своём. На него надели пожарный пояс, прикрепили канат, и он стал спускаться в шахту. Сверху через отверстия в коробе было видно, что спускается он очень медленно, часто отдыхает. Генерал в шахту спустился, осмотрел оборудование и поднялся наверх.
 
Первый в истории ракетной техники старт ракеты из шахтной пусковой установки, доказавший возможность реализации революционной по своему содержанию идеи, состоялся 2 сентября 1959 года. Утром перед работой было построение личного состава боевого расчёта. Перед строем выступил Главнокомандующий ракетными войсками Главный маршал артиллерии Неделин М.И. Он поздравил личный состав с предстоящей работой и заметил, что до него дошли сведения о сомнениях личного состава в надежности конструкции комплекса. Главный маршал сказал: "Михаил Кузьмич Янгель уверен в надёжности конструкции комплекса, а поэтому работу будем продолжать".
 
Начались завершающие работы по подготовке ракеты к пуску. Работы на «Маяке» по подготовке ракеты к пуску выполнялись стартовой командой под руководством начальника команды капитана А.Т. Кубасова. И вот пуск. присутствующие увидели небывалое, величественное зрелище. Из вершины кургана поднялся столб огня и дыма. Из этого огненного столба медленно появилась сначала верхняя часть ракеты, а затем и вся ракета. Трудно описать искренний восторг людей. Обнимались, поздравляли друг друга. Потом осмотровая группа поднялась на курган и стала осматривать оборудование. На первый взгляд всё было в норме. Пришло сообщение, что ракета, хотя и ушла из поля видимости за горизонт, аварийно упала на землю.
 
Первое, что сразу бросилось в глаза: металлический стакан шахты внизу, на большой площади выпучен вовнутрь. При дальнейшем осмотре были обнаружены обломки стабилизатора ракеты на дне шахты и полностью оторванная рулевая машинка на поверхности, рядом с шахтой. Стало ясно, почему ракета сильно раскачивалась при выходе из шахты: она буквально вырывалась из пытавшегося защемить ее стакана, прочность которого оказалась недостаточной. Кроме того, было вырвано из мест крепления пневмооборудование, к дальнейшей работе оно было уже непригодно. Стало ясно, что сомнения личного состава были не совсем напрасными...
 
Но ракета стартовала. Следовательно, доказана принципиальная возможность запуска из подземной пусковой установки. Что касается стакана, то это дело поправимое. В течение десяти дней его отрихтовали и наварили с внутренней стороны по всей высоте мощные металлические кольца. Второй и последующие пуски были успешными.
 
Испытатели проверили опытным путём возможность переноса пневмооборудования с пускового устройства в отдельное защищённое помещение. После всех доработок был проведён успешный пуск, и тем самым была дана путёвка в жизнь шахтно-пусковым установкам. «Маяк-2» оказался более счастливым. Первые два пуска Р-12 из него были произведены 21 и 27 декабря 1959 г. и оба были успешными. Как память об этих работах в степи остались насыпные курганы объекта "Маяк".
 
ШПУ  "Маяк" были построены в районе 4-й пл. "старая" для эксперементальных целей - изучения динамических, газодинамических, и др. физических и химических процессов, происходящих при натурном эксперименте - пуске ракеты их шахтного сооружения. При этом задача определения степени защищенности шахты от воздействия ПФЯВ не ставилась. Поэтому эти ШПУ не обладали многими атрибутами, ставшими позже стандартными, в частности, на ШПУ "Маяк" отсутствовали.защитные устройства (крыши шахт).
 
В разных источниках встречаются разные даты (а в некоторых источниках на разных страницах указаны обе) первого пуска из ШПУ "Маяк-1" - 31 августа и 2 сентября 1959 года. Истина лежит где-то в архиве... Все-таки вопрос остается открытым - 31.08 или 02.09 1959 года...
 
Интересно, что Н.С. Хрущев, во время своего второго посещения Капьяра в 1960 году присутствовал при пуске Р-12У (может быть, варианта 63Ш) из ШПУ "Маяк" (первый раз он посетил полигон в 1958 году и среди прочих пусков наблюдал за стартом Р-12 с пл. 21).
 
Вид на курган "Маяка-1" и пуск РН  63С1 из ШПУ "Маяк-2".
 
По плану во второй день показа 31 августа 1960 года была осмотрена авиационная техника на научно-исследовательском полигоне ВВС во Владимировке (40 км южнее г. Капустина Яра), а на 4 ГЦП МО состоялся показательный пуск ракеты Р-12 из экспериментальной шахтной пусковой установки "Маяк-1". После проведения в назначенное время успешного пуска этой ракеты Н.С. Хрущев и сопровождающие его лица осмотрели техническое состояние шахты "Маяк-1" и поздравили Михаила Кузьмича Янгеля и присутствующих разработчиков и испытателей шахтных пусковых установок.
 
Благодаря полетам американских U-2, шпиону Олегу Пеньковскому (который, говорят, бывал в этих краях не раз) и другим разведывательным мероприятиям, "компетентные органы" США имели представления о работах на ШПУ "Маяк".
 
Представление американских аналитиков о ПУ в районе "4-я старая" на 1969 год (поздновато, однако - все самое интересное уже закончилось...) и современный вид этого района. Ниже - попытка тех же аналитиков изобразить ШПУ "Маяк-1, -2"
 
 
Из ракетной шахты - в космос!
 
Испытания ракетно-космического комплекса (РКК) 63С1 были возложены на первое управление 4-го ГЦП. Для решения поставленных задач в составе 1-го управления был сформирован 2-й отдел по испытаниям ракет-носителей космических объектов и лаборатория №1 по испытаниям КА, которая в 1963 г. была переформирована в 10-й отдел, преобразованный в апреле 1964 г. в подразделение 2-го отдела.
 
Техническая позиция (ТП) для подготовки космических аппаратов и ракет-носителей была оборудована в МИК на площадке 20. Для подготовки КА на ТП было смонтировано и развернуто новое испытательное оборудование.
 
В августе 1960 г. было подписано постановление правительства о создании ракеты-носителя 63С1 на базе боевой ракеты Р-12. Постановлением разрешалось изготовление десяти ракет и запуск на них различных, не повторяющихся по задачам и составу аппаратуры космических аппаратов. Запуск должен был осуществляться с временного экспериментального шахтного старта на ГЦП-4
 
Постановлением правительства о разработке РН 63С1 было предусмотрено также создание десяти космических аппаратов, запускаемых при помощи этого носителя... К осени 1961 г. были изготовлены и отправлены на ГЦП-4 два экземпляра КА ДС-1...
 
Летно-конструкторские испытания ракеты 63С1, получившей индекс 11К63, проводились в два этапа...
 
Пуски первого этапа проводились из шахтной пусковой установки стартового комплекса "Маяк-2", дооборудованной для пусков ракеты 63С1 после отработки шахтного старта ракеты 8К63. Испытания систем РН проводились на технической позиции в МИКе на площадке 20. После проведения полного объема электро- и пневмоиспытаний ступени ракеты на грунтовых тележках транспортировались на стартовую позицию. Сборка ракеты на СП производилась в вертикальном положении. Сначала с помощью штатного оборудования в шахту загружалась первая ступень. Затем полностью собранная вторая ступень перегружалась на стрелу установщика и опускалась вниз, где стыковалась с первой ступенью. Это была единственная отечественная РН, на которой с шахтным вариантом ПУ был реализован вертикальный способ сборки ступеней ракеты непосредственно на стартовом столе.
 
Для необходимого доступа к ракете при подготовке к пуску использовались специально доработанные фермы обслуживания. Технология была достаточно сложной, что обусловливалось к тому же применением на РН 63С1 большой номенклатуры компонентов ракетных топлив — шести жидких и трех газообразных. Заправка первой ступени производилась с помощью штатного заправочного оборудования, второй — с использованием передвижной заправочной станции.
 
Первый пуск состоялся 27 октября 1961 г. и оказался  аварийным из-за отказа автомата стабилизации при движении ракеты в шахте. Спецнаборовец офицер А.Н. Куделенский, отвечавший за систему управления данной ракеты, предположительно определил причину потери устойчивости – обрыв (в месте припайки) под действием вибрации проводов блока питания автомата стабилизации. Моделирование полностью подтвердило правоту Куделенского. Но представитель разработчика системы управления (СКБ В.Г. Сергеева) не согласился и отказался подписать заключение. Моделирование повторили уже в СКБ, с участием Малышева. Всё подтвердилось вновь. Указанный дефект был подтвержден позже и на вибростенде в Ленинграде. Главный конструктор Сергеев был вынужден подписать заключение о причине аварии. СКБ провело доработку, и аварий по этой причине больше не было.
 
Моделирование также показало показало, что ферма, соединяющая первую и вторую ступени, при принятых разработчиком прочностных характеристиках не выдерживает нагрузки в момент перехода ракетой звукового барьера. «Южмаш» безоговорочно согласился с этим заключением. Вторая ступень со спутником упали в 385 км от старта приблизительно на 70-й сек.
ШПУ "Маяк-2" с РН 63С1.
Проектирование "Маяков" и
переоборудования "Маяка-2" под пуски
63С1 проводилось в ГСКБ "Спецмаш"
(КБОМ) В.П. Барминым, В.А. Рудницким,
Ю.Л. Троицким, Л.М. Шепелевым,
Н.М. Корнеевым  и другими
при участии ЦПИ-31 МО
 
Через два месяца, 21 декабря 1961 г. стартовала вторая ракета (2ЛК) со вторым спутником ДС-1. Первая ступень отработала нормально, но ЖРД второй ступени выключился за 5 с до программного времени - на 354 сек. от старта. Телеметрическая информация показала, что горючее израсходовано полностью. Оказалось, что из-за неучета степени прогрева жидкого кислорода неправильно была рассчитана доза заправки. Досадная ошибка привела к потере второго спутника ДС-1 (последнего!), который упал где-то в районе Индонезии...
 
Тут же родилось известное двустишие Ю.А. Сметанина (ОКБ-586, в будущем - КБ "Южное"): "Стреляли гарно, а попали в Сукарно" (в то время очень популярный в СССР борец за независимость Индонезии, Сукарно стал её президентом, симпотизировал коммунистам, бывал с визитами в Москве и даже был
познакомлен Хрущевым с космонавтами, во второй же половине 60-х был смещен другим "Су" - Сухарто). Интересно, что спустя полвека в Индонезии изготовили свой первый спутник - аппарат весом в 78 килограммов, получивший название "Lapan A2", станет наблюдать за движением судов в десятках морей крупнейшего в мире Индонезийского архипелага. Есть предположение, что это КА во многом был скопирован с ДС-1 :)
 
Было принято решение продолжить ЛКИ на третьем носителе, срочно изготовив для этого новый спутник, которому ставилась минимальная задача - констатировать факт выхода на орбиту и провести, по возможности, зондирование ионосферы и атмосферы радиоизлучением на фиксированных частотах. Такой спутник под названием ДС-2 был спроектирован и изготовлен в рекордно короткий срок - около двух месяцев. Спутник массой 47 кг, представлявший собой сферический контейнер со стержневыми антеннами, внешне напоминавший первый ИСЗ - ПС-1, был снабжен передатчиком системы "Маяк" с питанием от аккумуляторных батарей. Этот спутник оказался счастливым.
 
Пуск РН 63С1 16 марта 1962 г., по счету третий, прошел успешно во всех отношениях...
 
Выведенный на орбиту КА ДС-2 под названием "Космос-1" стал родоначальником огромного семейства разнообразнейших космических аппаратов, запуски которых под этим названием и с порядковыми номерами, перевалившими за две тысячи, продолжаются Россией и в настоящее время... До конца 1962 г. носителем 63С1 были выведены на орбиту ещё три КА разработки ОКБ-586: ДС-П1 ("Космос-6", 30 июня), ДС-К8 ("Космос-8", 18 августа), ДС-А1 ("Космос-11", 20 октября), а также три малых спутника (1МС, 2МС - дважды) разработки ОКБ-1. Пуски РН со стартовой позиции "Маяк-2" продолжались почти до конца 1964 г.
 
Однако, за период 1959 -1964 годов, ШПУ "Маяк-2" была сильно изношена и для пусков космических РН с 1964 года последовательно были доработаны две из четырех ШПУ прототипа комплекса "Двина" 8П763П на площадке 86, который к тому времени полностью выполнил свою задачу по отработке всех операций с ракетой Р-12У.
 
Современный вид на площадку 4 "старая" и холм "Маяка-1"
 
 
Комплекс ШПУ "Двина"
 
Шахтный ракетный комплекс 8П763  "Двина" был спроектирован в ГСКБ "Спецмаш" (30 мая 1960 г. вышло постановление Правительства СССР № 560-226 и на его основе 14 июня 1960 г. подписан приказ Госкомитета по оборонной технике (ГКОТ) при СМ СССР "О создании ШПУ ракет Р-12, Р-14, Р-16 (гл. конструктор М.К.Янгель) и Р-9А (гл. конструктор С.П.Королев) "Двина", "Чусовая", "Шексна" и "Десна". Естественно, что все комплексы ШПУ тут же получили прозвище "реченьки". Разработкой шахтных сооружений для БРСД Р-12, Р-14 и МБР Р-9 занималось ГСКБ "Спецмаш" (ГК - В.П. Бармин), для МБР Р-16 ШПУ разрабатывалась в ленинградском ЦКБ-34 (ГК - Е.Г. Рудяк).
 
Строительство "Двины" и "Чусовой" началось на 86-й и 87-й площадках 4 ГЦП 1961-м году. Для обслуживания "Двины" на ГЦП формируется отдельная испытательная часть (ОИС), командир – полковник И.М. Шаповалов. Первый пуск из этого РК состоялся 30.12.1962 г.
 
В состав группового шахтного стартового комплекса 8П763 «Двина» входили четыре ШПУ, размешенные по углам прямоугольника размером 80x70 м. Размеры ШПУ: глубина – 24,126 м; внешний диаметр ствола – 7,2-7,5 м; внутренний диаметр бетонного ствола – 4,8-5,0 м; диаметр стального стакана – около 3,0 м. Защита от давления во фронте ударной волны – 2 кг/см2.
 
Командный пункт, хранилища окислителя, горючего и сжатого газа, блок электроснабжения размещались в одном сооружении – технологическом блоке. В состоянии полной боевой готовности комплекс мог находиться не более 30 суток.
 
Для подвоза ракеты к шахтному столу, подъема ее в вертикальное положение, для опускания ракеты в шахту и установки ее на пусковое устройство в ЦКБ ТМ под руководством главного конструктора Н.А. Кривошеина был разработан установщик 8У237.
 
На этом же установщике перевозилось специальное приспособление для пристыковки головной части ракеты. В ЦКБ ТМ разработано и защитное устройство 8У13, состоящее из подвижной части (крыши) и неподвижной части (механизмов подъема и передвижения). Крыша куполообразная, окантована стальной рамой железобетонной плиты, которая перемешается по рельсам с помощью канатно-лебедочного механизма.
 
Разработкой заправочного оборудования ракет и ракетных комплексов первых отечественных шахтных пусковых установок «Двина», «Чусовая», «Шексна» и «Десна» занималось Московское Конструкторское бюро транспортно-химического машиностроения (КБТХМ).
 
Летно-конструкторские испытания Р-12У проходили на полигоне Капустин Яр с декабря 1961 года по декабрь 1962 года. В 1963 году начато строительство ШПУ «Двина» в будущих позиционных районах Р-12У. 15 июля 1963 года ракеты Р-12У, Р-14У и Р-16У приняты на вооружение.
 
С принятием ракетного комплекса в эксплуатацию на полигоне продолжалась отработка боевой документации с целью наиболее полного использования его возможностей. К сожалению, при выполнении этой работы были жертвы в составе боевого расчета. Комплексы "Двина" и "Чусовая" были довольно сложными сооружениями. Эксплуатация их была нелёгкой. При работе на них снова остро встали вопросы техники безопасности. Пришлось разрабатывать наиболее оптимальные графики пусков ракет с этих комплексов из различных степеней готовности.
 
На комплексе "Двина" из-за неправильных действий оператора пульта дистанционного управления заправкой в шахту были выброшены пары окислителя (т.е. пары концентрированной азотной кислоты). В шахте в это время находились люди без средств защиты. Часть людей погибла, часть - получила тяжёлые травмы.
 
Рассказывает полковник в отставке Корсаков В.С:
«В мае 1963 года мне вновь пришлось попасть на полигон в Капустин Яр. На этот раз на целых 5 месяцев, в составе дивизиона, который был вызван для отработки графиков залпового пуска ракет из шахтного комплекса и проведения повторного залпа.
 
Залп для ракетного комплекса 8П763 понятие относительное, так как пуск ракет производился с интервалом в 5 минут. Вся причина в том, что при одновременном запуске всех 4-х ракет могли произойти помехи за счёт мощных возмущений воздуха, создаваемых работой ракетных двигателей, и ракеты могли отклониться от заданной траектории полёта или, хуже того, могла сработать система самоликвидации.
 
Отработка таких графиков являлась выполнением задачи государственной важности. Ответственность была очень высокой. Личный состав дивизиона к этому времени был подготовлен очень хорошо. Зачёты на допуск к пуску были успешно сданы. Началась практическая отработка всех операций по подготовке первого и последующего залпов. Практически же личный состав дивизиона работал даже лучше, чем личный состав полигона, который параллельно с нами готовил одну пусковую установку к первому и повторному залпу.
 
28 июля 1963 года был впервые в ракетных войсках произведён залповый пуск ракет Р-12У (СС-4), с чем нас всех и поздравил начальник полигона генерал-полковник Вознюк В.И.
 
Спустя один час после первого залпа началась подготовка к последующему пуску. Выдержка в один час дана была для того, чтобы остыли пусковые стаканы, которые во время старта ракет за считанные секунды нагревались до температуры свыше 100 градусов по Цельсию. Через час после пуска температура в шахтах была уже чуть выше 50 градусов, а работы требовалось проводить в защитных средствах.
 
Первыми в шахты спустились заправщики для замены обгоревших узлов разового действия (УРД). Члены Госкомиссии, уверовав в отличную работу личного состава, не предвидя опасных операций до установки ракет в шахты, а это около 16 часов по времени, решили немного отдохнуть, так как работа действительно шла очень интенсивно и напряжённо. Для контроля за работами было оставлено несколько полигонных инструкторов.
 
В этот момент и произошло то, чего никто не ожидал. Из-за недоработки технической документации в двух шахтах, где работал личный состав дивизиона, произошёл выброс окислителя. В третьей шахте, где работала полигонная команда, этого не произошло потому, что они шли в работе с отставанием и ещё не успели дойти до данной операции.
 
С мест работы от номеров заправочных расчётов были предупреждения, что заправочные коммуникации находятся под давлением. По какой-то причине давление не стравилось и при проведении совсем не связанной с заправкой операции, при подаче воздуха в систему контроля индикации открылись отсечные заправочные клапаны, и в это время литров по 800 агрессивного окислителя под давлением 7-8 атмосфер выплеснулось в шахты, туда, где работал личный состав.
 
Не стану описывать подробности этой трагедии. Скажу лишь о том, что погибло семь человек. Из них четверо скончались на месте. Троих (ефрейтора Андрющенко и рядовых Михеева и Тобольского) из шахты вывезли я и старший лейтенант Чересло В.В., а рядового Казимерчука из другой шахты, вывезли мои друзья лейтенанты Демитренко Г.А. и Саушкин В.А. Подготовленная аварийно-спасательная группа, несмотря на специальную подготовку, в аварийной обстановке со своими задачами не справилась, можно сказать, из-за трусости – ни один солдат из АСГ в шахту не спустился.
 
В госпиталь, с различной степенью отравления и ожогами, попало примерно половина дивизиона, в том числе и все спасатели. Там же умерли ещё три человека: старший лейтенант Попов В.В., младший сержант Почтерян и сержант Артемьев.
 
Лично я получил нервное потрясение и среднюю степень отравления парами окислителя из-за порыва противогаза. Со временем состояние моего здоровья стабилизировалось, но не до конца. После лечения в госпитале были признаны непригодными к дальнейшей службе восемнадцать человек.
 
Комиссию по расследованию причин катастрофы возглавлял лично Главнокомандующий ракетными войсками маршал Советского Союза Крылов Н.И. При этом вины личного состава не было установлено.
 
Подобных случаев ранее на данном комплексе не происходило. Причина проста. Расчёты, произведя пуск ракеты с одной пусковой установки, приводили её в готовность к последующим пускам только спустя сутки, и последовательность операций по приведению пусковой установки в готовность была несколько иной, что не позволяло выявить недоработку технической документации.
 
После выписки основной массы личного состава дивизиона из госпиталя началась психологическая обработка офицеров, сверхсрочнослужащих и солдат, в основном солдат и сержантов, для того, чтобы завершить работу по отработке графиков»
 
 
Вертикально шахта делилась на 6 уровней, снизу вверх:
 
6 - досуп к топливным системам и насосам дренажа;
 
5 - стартовый стол, газоструйные рули, стыковка кабелей и заправочных коммуникаций;
 
4 - двигатель;
 
3 - приборный отсек, гироскопы;
 
2 - стыковка дренажного рукава бака окислителя;
 
1 - совпадает с уровнем потерны.
Шахтный ракетный комплекс
8П763  "Двина"
 
Планировка группового
шахтного стартового
комплекса
8П763  "Двина",
вид сверху
 
 
Шахтный ракетный комплекс 8П763  "Двина", планировка
подземных сооружений.
План верхнего этажа вынесен вверх.
 
 
 
 
 
 
В 1964 г. из-за неудовлетворительного состояния стартового сооружения и оборудования комплекса «Маяк-2» запуски с него были прекращены. В течение 1964 г. были выполнены работы по реконструкции пусковой установки 1-1 шахтной стартовой позиции 8П763 («Двина») на 86-й площадке после завершения испытаний ракет Р-12У (8К63У). В состав шахтного комплекса «Двина» входило 4 ШПУ. 1 декабря 1964 г. из ПУ 1-1 был произведен первый запуск РН 63С1. В 1967 г. была реконструирована вторая установка – ПУ 1-4, откуда 26 декабря был запущен ИСЗ «Космос-197». С октября 1965 г. по июнь 1977 г. запуски с 86-й площадки производились как РН 63С1 (до декабря 1967 г.), так и модифицированными РН 11К63.
 
Для запусков космических РН из ШПУ "Двина" были сооружены башни обслуживания, передвигающиеся по рельсам защитной крышки, для чего рельсовый ход удлинили, защитные крышки откатили.
 
На башнях были смонтированы кольцевые площадки, обеспечивающие доступ ко всем зонам обслуживания РН. За 15 мин до старта башня отводилась от ракеты примерно на 30 м. Первый пуск РН 11К63М из ШПУ "Двина" был осуществлен 1 декабря 1964 г., но закончился аварийно. Первый успешный пуск был произведен 10 декабря. Пуски РН с этой ШПУ продолжались до 1973 г.
 
Стандартная шахта
комлекса "Двина" под 8К63У
Шахта комлекса "Двина",
переобуродованная под 63С1.
Установка 2-й ступени РН "Космос-2" в шахту.
 
Кадр из кинохроники: запуск КА "Интеркосмос-9" из ШПУ 86/1 комплекса "Двина". ГО РН - на фоне
башни обслуживания.19.04.1973
 
Ниже -снимок с разведывательного спутника США Gambit-1 KH-7 (миссия 4030, 13-20 июля 1966 года) .
Площадки 86 (на снимке - 4С1) и 87 (4С-2).
OPEN SILO - шахта с открытой крышкой, CLOZED SILO - шахта с закрытой крышкой, ERECTOR - установщик.
Про спутники Gambit читайте
здесь.
Из отчета о полете американского фоторазведывательного КА:
Примерный перевод:
На стартовой площадке "4С" оснащенные рельсами шахты на стартовом комплексе 4C-1 закрыты и неопознанные части оборудования находится на рельсах рядом с крышкой шахты. Модификация частично открытой северо-западной  шахты  продолжается. Рельсы крышки были продлены на север; шесть колец, каждое с внутреннем диаметром ... и кран находятся неподалеку. Темная окружность диаметром примерно ..  (соответствующим внешнему диаметру шахты БРСД) была добавлена на площадку перед открытой северо-восточной шахтой. Юго-восточная шахта открыта и, как представляется, остается без изменений. Строительство здания между  4C-1 и 4C-2 сейчас полностью завершено. На площадке 4C-2 юго-западная шахта открыта и установщик находится на краю шахты. Другой установщик и, возможно, учебная ракета на транспортере, также стоят на этой площадке.
 
2002 год
2006 год
По двум снимкам с разницей в пять лет видно, как "умирала" площадка 86. На фото 2002 года над шахтой 86/4 еще видна мобильная башня. В 2006 году, похоже, над комплексом уже снят грунт и видно перекрытие верхнего этажа сооружения ПУ.
 
Запуски КА серии "Интеркосмос" из Капьяра с шахтного комлекса "Двина" ракетой-носителем "Космос-2"
 
Ракета-носитель 11К63 "Космос-2" успешно справлялась с запуском спутников серии "ДС" военного назначения и, естественно, была применена для запуска спутников серии "Интеркосмос" (тех же серий "ДС"). С 1969 года из Капьяра всего было запущено семь аппаратов: "Интеркосмос-1", -2, -3, -4, -5, -7, -9.
 
Технический комплекс для подготовки КА серии "ДС" и ракеты-носителя "Космос-2"на полигоне Капустин Яр был оборудован в монтажно-испытательном корпусе на площадке 20. МИК имел мостовые краны грузоподъемностью по 7 т,
 
Вертикально собрать РН  11К63 (и 63С1 тоже) в Капьяре было возможно не только в ШПУ. В горизонтальном виде на ГЦП-4 была возможность собрать РН в МИКе площадки 20. Длина РН с ГО - 30 метров, длина МИКа - порядка 60 метров. Но поместить ракету в ШПУ можно было только в два приема - отдельно первую и вторую ступени, состыковав их в ШПУ.  Собирали ли РН в Капьяре, стыковав 1-ю и 2-ю ступени в МИКе для проверки - неизвестно. Существует множество фотографий отдельно 2-й ступени - и со спутником, и без, но нет ни одной фотографии состыкованных 1-й и 2-й ступеней. Единственное известное такое фото (РН 11К63 в сборе в горизонтальном положении) сделано в Плесецке                          >>>
 
Стыковка КА "Интеркосмос-3" на 2-ю ступень РН  в МИКе пл. 20 Капьяра
 
Стыковка КА "Интеркосмос-1"
на 2-ю ступень РН в МИКе
 
Перегрузка блока второй ступени с транспортера на установщик.
 
 
 
 
 
 
 
Установка блока второй ступени в шахту на первую ступень
(съемка из открытых ворот башни обслуживания) и пуск РН.
 
 
 
Запускается спутник...
Статья в журнале «Вокруг Света», сентябрь 1973 г.
 
Планета покрывается космодромами. К советскому Байконуру, с которого ушли в небо первые искусственные спутники Земли и корабли космоса, к американскому, отправившему к Луне «Аполлоны», прибавились стартовые площадки на всех континентах. Эхо стартов разносится над Сахарой и Французской Гвианой, в далекой Австралии и в Китае, в Японии и Антарктиде, в Индии и во льдах Арктики. Необычные сооружения, именуемые «космодромами» и «ракетодромами», появляются даже в океане.
 
Мне много раз доводилось наблюдать, как проходят предстартовые дни у спутников серии «Интеркосмос». И каждая такая встреча с космодромом помогала понять его роль, оценить его подлинное место в космической индустрии.
 
Сам запуск спутника кажется теперь делом будничным. Сообщение об очередном старте, как правило, занимает в газете столько же места, сколько известие о вводе в строй новой домны, тепловой электростанции или текстильного комбината. Спросите любого постороннего человека: сколько спутников теперь на орбитах? Он пожмет плечами: «Много...» Много, это верно: одних только спутников серии «Космос» ушло с Земли более полутысячи. Более полутысячи! Как давно и как недавно было другое: все телетайпы мира срочно отстукивали сообщение - на орбиту выведен новый искусственный спутник Земли! И сотни миллионов людей приникали к радиоприемникам... Сейчас Земля посылает в небо спутники чуть ли не ежедневно. Это всем кажется естественным, так и должно быть. Будничная работа науки и практики. А прошло всего лишь шестнадцать лет. Если нужен зримый ориентир для оценки ускорения научно-технического прогресса, то вот он - обычный спутник!
 
Обычный?
 
В космонавтике не бывает повторов. И каждый раз, когда становится известным день запуска, все начинается заново - с нуля. Да, есть опыт - уже создавались аналогичные космические машины, есть приборы, которые проверены в полетах, есть, наконец, ракеты-носители, чья работа безукоризненна, все как будто известно и проверено. И тем не менее путь спутника в космос сегодня столь же труден и долог, как и того, первого, что ушел в небо 4 октября 1957 года.
 
«Ну уж это явное преувеличение!» - скажет человек, стоящий в стороне от космической техники.
 
Подготовка в МИКе
КА"Интеркосмос-1",
октябрь 1969 года.
 
Подготовка в МИКе
КА"Интеркосмос-3",
август 1970 года.
 
Подготовка в МИКе КА "Интеркосмос-9" ("Коперник-500"),
апрель 1973 года.
 
 
«Пожалуй, в подобном утверждении есть рациональное зерно», - согласятся со мной конструктор и испытатель; ведь именно на их долю выпадает основная нагрузка при подготовке космической машины к запуску. Еще Сергей Павлович Королев говорил: «Наша работа не терпит равнодушия. Создание любого аппарата требует полной отдачи сил, всего цикла испытаний и проверок, без этого нельзя быть уверенным, что корабль, спутник или станция будут работать в космосе».
 
Как-то так получилось, что слово «космодром» ассоциируется, прежде всего со сполохом огня, рвущимся из двигателей ракеты, со стартом - эффектным, и впечатляющим зрелищем. Признаюсь, когда я впервые прилетел на космодром, то сразу же стал искать взглядом: где же тут стартовые площадки? А потом состоялась первая поездка по космодрому. Нашим гидом был один из инженеров. Он показал город, испытательные корпуса, стенды, техническую позицию, монтажно-испытательный корпус, подстанцию... В первый день на стартовую площадку мы так и не попали.
 
Я не удержался и недовольно заметил:
 
- Наверное, знакомство с космодромом надо начинать все-таки со стартовой позиции, ведь она главное...
 
- ...Что и отличает нас от обычного промышленного предприятия, — неожиданно подхватил мои слова инженер.
 
Я хотел возразить: ну как можно сравнивать завод и космодром?! Но не стал спорить; вот познакомлюсь завтра со стартовой, тогда и дам «бой».
 
По сегодняшний день благодарен я тому инженеру. Он помог иными глазами взглянуть на это уникальное сооружение в степи. Действительно, это гигантское промышленное предприятие. В чем-то особенное, но и обычное одновременно. А отличительные черты проглядывают как раз не на стартовой. Нет, и на стартовой тоже, но мне, к примеру, запомнилась такая «закулисная» деталь. Вот подстанция космодрома. Обычная, типовая, связанная с линией электропередачи. ГЭС или ТЭЦ обеспечивает энергией огромный район, один из потребителей которого космодром. Однако здесь же свои, автономные электростанции. По двум кабелям подается энергия — от общей энергосистемы и от своей. Что бы ни произошло, монтажно-испытательный комплекс и стартовая позиция без энергии не останутся. Все предусмотрено во имя надежности. Требуя ее от спутника и ракеты, сам космодром со своими многочисленными службами стал образцом надежно работающего предприятия.
 
Надежность. Понятие, ставшее синонимом успешной работы. Требование, без которого космическая техника просто немыслима.
 
Каждый запуск - это премьера, одна-единственная и неповторимая. Как нельзя встретить на земле двух абсолютно похожих людей, так нет и двух спутников, чьи «характеры» не разнились бы. Откуда же у машин такие черты, присущие лишь живым организмам? Но живым ли только? Попробуйте найти два абсолютно одинаковых автомобиля, сошедших с конвейера одного завода. При тщательном осмотре вы легко убедитесь, что и работают они чуточку по-разному, да и внешне отличаются чуть-чуть - там вон царапинка на кузове, вмятинка на крыле... Царапинка? А если она на корпусе спутника - что будет с терморегулированием? Пылинка? А если она в электронном приборе?
 
 
 
Накатка ГО на ПГ "Интеркосмос-5"
на второй ступени 63С1 в МИКе на пл. 20
и пуск РН из ШПУ "Двина".
 
 
Автомобиль или утюг мы можем отправить в гарантийную мастерскую, благо в техпаспорте указывают адрес. В космосе спутник не отремонтируешь; орбитальные станции, на которых работают космонавты, еще можно, а вот спутник Земли целиком предоставлен самому себе. И если дефект в нем, крошечная неполадка не будет устранена на Земле - подчас за много месяцев до старта, - то в космосе аппарат выйдет из строя. И труд тысяч людей, надежды ученых, уникальное оборудование - все погибнет безвозвратно из-за трещинки в корпусе, короткого замыкания, порой и вовсе сущей чепухи.
 
Космодром - последняя инстанция, которая решает, быть новому спутнику Земли или нет. В лабораториях Академии наук или на космическом предприятии детали и аппаратура проходят жесткие испытания. Имитируется глубокий вакуум, сверхнизкие температуры, вибрации, перегрузки - все стадии вывода на орбиту и космического полета переживают системы, из которых слагается спутник. И запас надежности обычно велик. Если какому-нибудь контакту нужно сработать на орбите десять тысяч раз, то на испытательном стенде он будет включаться сотни тысяч раз - ведь нужна уверенность, что именно этот контакт не подведет.
 
Казалось бы, все проверено и перепроверено заранее. Но космодром каждый прибор встречает «настороженно» - а вдруг подведет? И как высшая инстанция, чье решение обжалованию не подлежит, космодром выносит свое решение.
 
Монтажно-испытательный корпус. В центре очередной «Интеркосмос». Он опутан проводами, у пола они собираются воедино в толстый кабель. Он тянется к пультам, ныряет под один из них, а затем растекается тысячами проводов к измерительным и контрольным приборам.
 
- Очередную серию по программе! - приказывает руководитель группы испытаний.
 
Склонились над приборами ученые, конструкторы. Где-то помехи. Хотя еще вчера каждый прибор прошел испытания, сегодня не все благополучно. Собранные воедино, научные приборы оказывают влияние друг на друга. Их поведение меняется, совсем как поведение людей, оказавшихся членами нового коллектива. И какой-нибудь отлаженный было прибор вдруг начинает вести себя «не так». Откуда помеха? И начинается поиск неисправности... А надо торопиться, потому что на стартовую площадку уже привезли первую ступень ракеты-носителя.
 
Наконец, выражаясь словами научно-технического жаргона, «боб» найден. От него удалось избавиться, можно вздохнуть с облегчением.
 
Спутник медленно движется по цеху. Там, вдалеке, последняя ступень носителя. Она тоже проверена.
 
Конец стыковки - вовсе не конец работам, это начало новых испытаний. Теперь уже проверяется комплекс «спутник - ступень». Надо убедиться, что вместе они работают столь же надежно, как и в отдельности.
 
В эти минуты спутник напоминает букет алых тюльпанов, что цветут вокруг стартовой площадки ранней весной. Заглушки, ленты, вспомогательные приборы, кронштейны - все, что не нужно в космосе, окрашено ярко. Одного взгляда достаточно, чтобы определить, в каком состоянии объект и долго ли ему еще быть на Земле! Чем меньше красных пятен, тем ближе старт. А когда исчезает последнее, на спутник наползает оранжевый обтекатель. Во время полета сквозь атмосферу он защитит хрупкую космическую машину от высоких температур и удара воздуха, способного превратить элегантную космическую машину в груду металла.
 
А потом на обтекатель надевается электрическое одеяло. Спутник постоянно находится в комфортабельных условиях. Мороз ли на улице, жара, ему все равно - под одеялом температура постоянная. Машина, а заботиться о ней приходится как о грудном младенце.
 
Можно отправиться на стартовую. А спутник со ступенью-носителем уже ждут там. Прошла генеральная репетиция старта, вновь проверены наземные системы обеспечения запуска и полета. Теперь ученым остается только ждать.
 
Траспортировка 2-й ступени
РН "Космос-2" с КА
из МИКа на площадку 86.
 
Старт РН с КА "Интеркосмос-1",
Капьяр, площадка 4 "новая",
14 октября 1969 года.
 
Пуск РН с КА
"Интеркосмос- Коперник-500"
19 апреля 1973 года.
 
Наука рвется в космос. Это знамение времени, один из признаков бурного наступления научно-технического прогресса, Сегодня его невозможно представить без искусственных спутников Земли. Они проложили радио- и телемосты между континентами, они ведут геологическую разведку и уточняют геодезические карты, они помогают прокладывать курс кораблям и постоянно следят за погодой. И другая задача падает на их долю: спутники — это разведчики науки, они вывели за пределы Земли астрономию и геофизику, медицину и биологию. Они раскрыли перед человечеством необъятный космос, мир энергий и тончайших превращений материи, о которых люди не подозревали еще шестнадцать лет назад.
 
Спутники не приносят из космоса ничего вещественного: ни грамма металла, ни капли энергии. Их продукция — информация. Ее нельзя попробовать на вес и на ощупь, но она драгоценней, чем алмазы, ибо дает нам знание, а знание приносит уже все остальное. Все, без чего невозможна наша материальная, да и духовная жизнь. И ученые ждут...
 
У стартовиков свои заботы. Подходят цистерны с топливом. Заправка — одна из самых ответственных операций. Компоненты топлива строго дозируются. В баках ракет устанавливаются специальные датчики, которые сигнализируют об уровне заполнения топливом. До старта считанные часы.
 
По-прежнему бортовая аппаратура спутника и ракеты под контролем. Автоматика готова в любую секунду задержать предстартовый отсчет, «сбросить схему», как говорят ракетчики. А станции слежения, разбросанные по всей территории Советского Союза и находящиеся на научно-исследовательских судах Академии наук СССР, которые плавают в далеких океанах и морях, уже готовы к появлению нового искусственного спутника Земли. Они установят с ним связь, вычислят параметры его орбиты. Спутник стартует из одной точки планеты, но незримая связь соединяет его потом со всей Землей.
 
На наблюдательный пункт космодрома приезжают ученые, которые создавали аппаратуру для спутника. Они с нетерпением смотрят на часы: осталось столько-то минут... столько-то... Не знаю, можно ли не волноваться в предстартовый момент. Мне это ни разу не удавалось. А в монтажно-испытательном корпусе уже новый спутник. Он еще весь в красных пятнах; после каждого цикла испытаний их становится все меньше...
 
Судьба космических аппаратов складывается по-разному. Одни погибают в атмосферах чужих планет, другие прокладывают тропинки среди лунных кратеров, третьи еще сотни лет будут кружить вокруг родной Земли. О работе многих из них месяцами рассказывают газеты, им посвящаются кинофильмы и даже международные конференции. Но это «космическая элита». Чтобы попасть в нее, космический аппарат нынче должен заняться чем-то необычным: то ли ремонтом орбитальной станции в космосе, то ли фотографиями Марса, на которых видны странные, напоминающие пчелиные соты «сооружения», то ли многомесячными путешествиями по Луне. А к сообщениям о запуске очередного спутника серии «Космос» или «Интеркосмос» мы, как уже говорилось, относимся буднично. Необычная работа стала обычной. И это тоже знаменательный факт.
Владимир Губарев
 
 
Установка КА типа ДС-У1 на второй степени РН "Космос-2"
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Раскрытие
створок
ГО
на второй
ступени
 РН
"Космос-2"
 
Установщик блока второй ступени у края шахты. В шахте видно номеров расчета, ответственных за стыковку ступеней.
 
Начало 60-х, 10-я площадка, "дача Толубко". Первый заместитель главкома РВСН Владимир Фёдорович Толубко
и начальник ракетного полигона «Капустин Яр» Василий Иванович Вознюк.  Фото:  А.М. Абрамов.
 
Технический комплекс (ТК) для РН "Космос-2" и её КА был оборудована в МИКе на площадке 20:
 
Площадка 20 - МИКи ракет космического назначения и космических аппаратов.
 
2 сентября 1969 г. было подписано Постановление ЦК КПСС и СМ СССР, на основании которого в Капустином Яре началось сооружение ракетно-космического комплекса (РКК) "Восход" на базе РН 11К65М
 
Технический комплекс (ТК) для ракетно-космического комплекса (РКК) "Восход"
 
1. Технический комплекс для подготовки РН "Космос-3М" и её модификаций на
пл. 105
. Представляет собой комплекс сооружений и наземного технологического оборудования, предназначенных для приема, выгрузки и проверок блоков РН (после их доставки с завода-изготовителя), хранения и обслуживания блоков ракеты-носителя в хранилище. На техническом комплексе производятся сборка РН, функциональные проверки систем РН и подготовка к ее транспортировке на технический комплекс космического аппарата на пл. 20. МИК оборудован двумя мостовыми кранами грузоподъемностью по 7 т.
 
2. Технический комплекс для подготовки КА и сборки ракеты космического назначения на пл. 20. Представляет собой комплекс сооружений, систем и оборудования и служит для приема КА с завода-изготовителя, их подготовки, проверок и стыковки КА с РН, прибывшей с ТК площадки 105, комплексно-функциональных проверок и подготовки к вывозу на стартовый комплекс РН с пристыкованной ПН. МИК оборудован двумя мостовыми кранами грузоподъемностью по 7 т.
 
Стартовый комплекс (СК) для РН "Космос-3М" и её модификаций
 
 
2 сентября 1969 г. было подписано Постановление ЦК КПСС и СМ СССР, на основании которого в Капустином Яре на площадке 107 началось сооружение стартового комплекса 11П865М РКК «Восход» с РН на базе Р-14 - 11К65М "Космос-3М". Ранее, в середине 60-х, два таких комплекса были сооружены в Плесецке (они не имели индекса "М" в обозначении).
 
В январе 1973 г. Капьярский комплекс был введен в эксплуатацию, и с него стали проводиться запуски РН 11К65М в интересах выполнения космических программ и К65М-Р в интересах испытания систем боевого оснащения для различных баллистических ракет.
 
Кроме того, в интересах обеспечения разработки орбитального корабля отечественной многоразовой космической системы в 1980 – 1988 гг. на полигоне проводились летные испытания изделий «БОР-4» и «БОР-5». Запуски этих изделий проводились на модифицированной РН К65М-РБ.
 
РН 11К65М на ТК в МИКе пл. 20 и на СК пл.107, 70-е года.
Спутниковый снимок (80-е года?) и вид из космоса (2002 г.) района площадок (сверху вниз): 86, 87, 108, 107.
 
Площадка 107. На обеих снимках заметна тень от башни обслуживания.   WIKIMAPIA
 
2002 год
 
2006 год
 
2011 год
 
Несмотря на практическое отсутствие работы, стартовые сооружения находятся в хорошем состоянии. На фотографии 2011 года хорошо виден недавно появившийся сарайчик "Кроны" 15У182 (помечен стрелкой) для периодического отстрела "Тополей-М".
 
 
СК 11П865М на пл. 107
 
    
РН  11К65М перед подъемом в башню
 
Запуски КА ракетой-носителем 11К65М
 
Собственно орбитальных запусков со стартового комплекса в Капьяре было немного, все они умещаются в небольшую таблицу - 27 запусков, из них два аварийных по вине РН.
Дата
Наименование
КА
Примечание
1
26.01.1973
 Космос-546
 ГВМ Циклон (Парус)
 Навигационный
2
17.05.1974
Интеркосмос-11
ДС-УЗ-ИК №4
Научная аппаратура ГДР, ЧССР
3
19.04.1975
Ариабхата
Aryabhata
Научная аппаратура Индии
4
 03.06.1975
Аварийный*
ДС-УЗ-ИК №5
Научная аппаратура ГДР, ЧССР, Швеции
5
27.07.1976
Интеркосмос-16
ДС-УЗ-ИК №6
Научная аппаратура ГДР, ЧССР, Швеции
6
27.04.1977
Космос-906
ЭР763-4
Франция
7
17.06.1977
Снег-3 (Синь-3)
 Signe-3 (D 2B №2)
Франция
8
22.12.1978
Космос-1065
Тайфун-2 №5 (6 Ромбов)
Юстировочный ПВО
9
07.06.1979
Бхаскара-1
Bhaskara №1
Научная аппаратура Индии
10
06.07.1979
Космос-1112
Тайфун-2 №6 (24 Ромба)
Юстировочный ПВО
11
31.07.1980
Космос-1204
Тайфун-2 №8 (22 Ромба)
Юстировочный ПВО
12
20.11.1981
Бхаскара-2
Bhaskara № 2
Научная аппаратура Индии
13
04.03.1982
Аварийный
Тайфун-2 №11
Юстировочный ПВО
14
21.04.1982
Космос-1351
Тайфун-2 №12
Юстировочный ПВО
15**
03.06.1982
Космос-1374
Бор-4 №4
Буран
16
29.07.1982
Космос-1397
Тайфун-2 №13
Юстировочный ПВО
17
21.10.1982
Космос-1418
Тайфун-1Ю (Юг) №3
Юстировочный ПВО
18**
15.03.1983
Космос-1445
Бор-4 №3
Буран
19
26.05.1983
Космос-1465
Тайфун-2 №16 (4 ромба)
Юстировочный ПВО
20
31.08.1983
Космос-1494
Тайфун-2 №17 (24 ромба)
Юстировочный ПВО
21**
27.12.1983
Космос-1517
Бор-4 №6
Буран
22
28.06.1984
Космос-1578
Тайфун-1Ю (Юг) №7
Юстировочный ПВО
23**
19.12.1984
Космос-1614
Бор-4 №6
Буран
24
02.10.1985
Космос-1688
Тайфун-2 №21 (0 ромба)
Юстировочный ПВО
25
22.01.1987
Космос-1815
Тайфун-2 №23 (0 ромба)
Юстировочный ПВО
26
 28.04.1999
 Эйбриксес
 ABRIXAS
 Германия и Италия. Первый Российский запуск из Капьяра
 Мегасат
 Megsat-0
27
 19.06.2008
 Орбиком
 Orbcomm FM 29, 37, 38, 39, 40, 41
 Германия для США. Второй и последний Российский запуск из Капьяра
  *  Авария первой ступени носителя на 84-й секунде полета.
  ** Четыре запуска аппаратов "Бор-4" осуществлялись с помощью РН 11К65М-РБ, а не 11К65М
 
Первый запуск 26 января 1973 года - традиционный тренировочно - проверочно - экзаменационный для модернизированного технического комплекса по подготовки новых для Капьяра РН и КА, такой же тест для нового стартового комплекса и, естественно, для личного состава всего нового РКК "Восход". Запущенный КА представлял собой ГВМ КА навигационной системы "Циклон".
 
 
РН "Космос-3М" продолжил эстафету "Космоса-2" по запуску из Капьяра днепровских спутников серии ДС-УЗ-ИК программы "Интеркосмос" с научными приборами социалистических стран.
 
Теперь к ним присоединилась и Швеция (может быть, в Кремле услышали выражение "шведский социализм"? :) )
 
Были запущены "Интекосмос-11" и -16.
 
Пуск 3 июня 1975 года оказался аварийным, и КА, который мог бы стать "Интеркосмосом
-14", "ушел за бугор" - на первый раз Швеция "пролетела".
 
 
Запуск индийского спутника "Ариабхата" (как вариант употреблялось название "Ариабата"), изготовленного с помощью фирмы Ковтуненко, широко освещался в советской прессе - советско-индийская дружба начинала набирать обороты. После запуска первого индийского ИСЗ в 1975 году, последовало еще два запуска из Капьяра - в 1979 и 1981 годах. Вслед за чехословацкими и немецкими (ГДР) спецами, в Капьяре появились индийцы.
 
 
 
 
Потом наступил черед французов (к тому времени Байконур они уже "освоили") В 1977 году с помощью РН "Космос-3М" из Капьяра был запущен французский научный аппарат, называемый у нас "Снег-3" или "Синь-3". Перед этим пуском, для проверки специальных доработок ракеты-носителя "Космос-3М" под французский спутник, был произведен контрольный запуск технологического КА.
 
 
Про нужды родного министерства обороны не забывали тоже. Запуски юстировочных КА в интересах ПВО происходили регулярно. Всего из Капьяра было запущено на орбиту 10 аппаратов "Тайфун-2" и два КА типа "Юг".
 
 
 
Предпоследний космический
запуск КА.
 
 
 
 
 
 
 
Последний
космический
запуск КА.
 
 
 
Мобильная башня обслуживания (МБО) стартового комплекса 11П865М в Капьяре отличается от своих "сестер" на северном космодроме в Плесецке своей "прозрачностью" - здесь все рабочие площадки открыты/ отсутствует обшивка и ворота. Площадки обслуживания также несколько другие.
 
Кроме того, одна капьярская МБО обслуживала два стартовых стола
(в Плесецке каждая из трех МБО обслуживала по одному стартовому столу).
 
<<< МБО в
Капьяре,
вид сзади...
 
и спереди VVV
 
 
Сравните эту МБО с плесецкими агрегатами:
 
Одна и таже МБО на площадке 133 в Плесецке в трех ипостасях, слева направо:
 - в составе стартового комплекса «Радуга» 11П863 для РН 11К63 "Космос-2", первый пуск 16 марта 1967 г. («Космос-148»), последний пуск 18 июня 1977 года («Космос-919»)
 - в составе стартового комплекса «Восход» 11П865П для РН 11К65М "Космос-3М", первый пуск 23 октября 1985 г. (КА "Парус" не был выведен на орбиту из-за аварии РН), последний пуск 14 июля 1994 (КА "Надежда №4").
 - в составе стартового комплекса 14П25 (11П865ПР) для РН "Рокот", первый пуск 20 июня 2002 г. (ГВМ "Иридиум" х 2 шт.)
 
Две МБО на площадке 132 в Плесецке в составе стартовых комплексов «Восход» 11П865 для РН 11К65М "Космос-3М".
 
Все башни обслуживания РН "Космос-3М" имеют высоту около 60 м, передвигаются по железнодорожной колее на четырех самоходных тележках. Площадь башен обслуживания - около 200 кв.м, масса - более 450 т. Внутри башен на различных уровнях расположено около десятка площадок для обслуживания ракеты. Башни оснащены системой пожаротушения. Вокруг башен - осветительные мачты и диверторы. Рядом с МБО на стартовой позиции размещены подземные хранилища топлива и бункеры управления (заправкой, стартом).
 
                                                Суборбитальные пуски ракеты-носителя 11К65М-Р
 
С 1973 г. в Капьяре со стартовой позиции «Восход» начались пуски спецносителя 11К65М-Р который использовался для имитации полета МБР для отработки средств ПРО и других систем. Именно на эти пуски приходится  подавляющее большинство пусков ракет семейства 11К65М с 4-го  ГЦП - зачастую более десятка в год  против 2-4 космических орбитальных. Рекордом по количеству суборбитальных пусков 11К65МР стал 1988 год - 29 пусков.
 
Суборбитальные пуски ракеты-носителя 11К65М-РБ
 
 
Модификиция РН "Космос-3М" 11К65М-РБ предназназначалась для запусков аппаратов БОР-4 и модификация 11К65М-РБ5 - для запусков аппаратов БОР-5. В интересах программы "Буран" БОР-4 запускался на околоземную орбиту с присвоеним открытого названия "Космос-ХХХХ" и приводнялся в Индийском океане (в начале второго витка) или Черном море (после неполного витка) , а БОР-5 запускался по суборбитальной траектории и приземлялся на полигоне Сары-Шаган.
 
 
Панорама 107-й площадки, которая сейчас "на пенсии" продолжает службу "в запасе".
 
Фото: danila85.
 
 
 
Не полетят никогда больше из Капьяра "Космосы-3" и только половинки их головных обтекателей, утилизированные местным населением в степных поселках на границе России и Казахстана, еще долго будут напоминать этому населению их былую "близость к космосу".