ПРЕДСТАРТОВЫЙ ОТСЧЁТ
 
Вот и отметили мы очередную годовщину полёта Юрия Гагарина, и, как в таких случаях и положено, когда великое событие всё дальше и дальше уходит в прошлое, появляются новые мифы и легенды, постепенно его, событие, окутывающие, словно облако. Вот сегодня живо обсуждается вроде бы уже давно закрытый и документами подтвержденный вопрос, кто должен был лететь первым. Рассекреченные материалы полувековой данности говорят: да, Гагарин, второй - Титов. Но нет, появляется какой-то сержант из пусковой команды (ему уже, между прочим, хорошо за семьдесят должно быть), который, ссылаясь на гулявшие по космодрому слухи, утверждает, что это должен был быть Георгий Нелюбов, но фамилию эту «…власти посчитали неподходящей для первого космонавта». Кстати, Нелюбов действительно в первую шестерку входил, к первому полету готов был также хорошо, как и его коллеги, а позднее из отряда космонавтов был отчислен по причине нарушения дисциплины и, как принято говорить, личной гордыни.
 
Да и возглас «Поехали!», сегодня уже канонизированный, по утверждению того же экс-сержанта, не Гагарину принадлежит, а, как «…мы четко слышали по громкой связи» (?), общавшемуся с космонавтом Сергею Павловичу Королеву. Другие участники пуска, уже из офицерского состава, утверждают, что сказано это было все же самим Гагариным, но звучало не совсем так. Мол, сказал он «Ну, поехали…», намекая на известный анекдот про говорящего попугая и кошку, которая потащила его из клетки. Наверное, общеизвестную запись, где голос Юрия Алексеевича запечатлен достаточно четко, и отчетливо слышно, что же он на самом деле говорит, потом просто подвергли обрезанию (привет, конспирологи!). Хотя, кажется, экспертиза это не подтверждает…
 
Ладно, суть нашего сегодняшнего материала не в этом. Каноническое «Поехали!» даже сегодня воспринимается всеми как своеобразная команда, по которой ракета-носитель стремительно отрывается от Земли (с большой буквы) и начинает свое движение вперед, в бескрайние просторы космоса. Ну, а что же происходило на самом деле, когда ракета-носитель «Восток» готовилась к полёту?
 
Пять, четыре, три, два, один… Пуск!  Так, кажется, среднестатистический житель планеты Земля, что-то слышавший о ракетах, представляет себе космический запуск. Почти как в считалке про зайчика, отправляющегося на прогулку. Конечно же, в действительности все происходит совсем не так просто
 
Во-первых, ракета-носитель (РН) «Восток» (8К72), созданная на базе баллистической ракеты Р-7, знаменитой королевской «семерки», требовала достаточно длительной предстартовой подготовки. Что-то порядка четырнадцати часов на технической позиции, затем  вывоз и установка на старт, а затем  ещё не менее девяти часов на стартовой позиции. Достаточно сложный и долгий процесс, который регламентируется многотомными инструкциями и в котором участвуют десятки человек.
 
Во-вторых, сам пуск ракеты - событие отнюдь не одномоментное, оно представляет собой совокупность
«заключительных операций по подготовке РН на стартовом комплексе, обеспечивающих включение двигательной установки и сход ракеты с пусковой установки», как определяет процесс энциклопедия «Космонавтика». Прежде, чем наступит черед этих операций, идет предстартовый отсчет, при этом, поскольку время на весь процесс затрачивается немалое, и отсчет обычно ведется с момента, когда контакт подъема зафиксирует отрыв ракеты от стартового сооружения. Причем время до этого отрыва берется со знаком «минус», а после - со знаком «плюс». Впрочем, когда пускали первый «Восток», в специальном документе - «карточке стреляющего» - при записи команды указывалось точное время их начала и завершения. Московское время.
 
Итак, все часовые, тридцатиминутные готовности остались позади, системы функционируют нормально, и дело действительно идет к пуску. Посмотрим, какие же команды подает стреляющий - человек, который из командного бункера отдает перед стартом все приказы
 
«Минутная готовность!». Нет, ровно через одну минуту ракета не взлетит. Команда подаётся примерно за 6 - 7 минут до отрыва; она всегонавсего означает, что остается одна минута до следующей команды. Включаются все бортовые системы РН и все станции стартового комплекса, подается давление в стартовые системы.
 
«Ключ на старт!». При помощи поворота специального ключа подготовка запуска переводится в автоматический режим. Кстати, существует традиция дарить этот специальный ключ космонавтам после благополучного завершения полета. Заметим, что перед этой, хорошо запоминающейся командой проходит еще одна, важная, но как-то обычно незаметная - «Сброс ШО!», по которой отключается устройство, которое связывает космический корабль и ракету с землей.
 
«Протяжка один!». Включается многоканальный наземный регистратор, и специальная бумажная лента протягивается под самописцами; отсюда, кстати, и название. Начинается запись данных о состоянии бортовых систем.
 
«Продувка!». Наземная автоматика включает продувку магистралей горючего и окислителя двигательной установки ракеты сжатым азотом - для «противопожарного освобождения их от паров горючего и окислителя».
 
«Ключ на дренаж!». До подачи этой команды дренажные клапаны топливных баков держались в открытом состоянии для обеспечения подпитки баков ракеты компонентами топлива. По этой команде подпитка прекращается, дренажные клапаны закрываются.
 
«Пуск!». Команда, констатирующая, что все системы задействованы и действительно наступает режим пуска. Кнопка, против ожидания, в данном случае не нажимается, работает автоматика.
 
«Протяжка два!». Включается регистрирующая аппаратура собственно стартового комплекса, бумажные ленты регистраторов протягиваются, и, кроме того, включаются автоматические кинокамеры, фиксирующие старт. Действительно, важная команда.
 
«Наддув!». Также важная команда, транслируемая по громкой связи, но не зафиксированная в карточке стреляющего по причине автоматической реализации. Включается режим наддува баков ракеты от бортовых систем, и по показаниям соответствующих датчиков проходит информация о готовности к старту третьей ступени ракеты.
 
«Земля - борт!». От ракеты в этот момент отошла кабель-мачта с многоканальным штекером, соединения третьей ступени со стартовым сооружением больше нет, и она начинает работать от бортовых источников питания.
 
«Зажигание!». Все становится ясным, если вспомнить, что на ракете «Восток» применялась топливная пара, требующая специального зажигания от внешнего источника энергии. Временной механизм высвечивает цифры - тот самый предстартовый отсчет, а затем дает команду на пироустройства, установленные в соплах ракетных двигателей. Этот же механизм сначала открывает клапан магистрали окислителя, затем клапан горючего, раскручивает турбонасосный агрегат, топливо под давлением поступает в камеру сгорания, где и поджигается.
 
«Предварительная!». Это, собственно, уже озвучивание команды, прошедшей от временного механизма. Название команды подтверждает, что на «Востоке» применялся многоступенчатый запуск двигателей. В этот момент стреляющий должен убедиться, что все камеры двигательной установки работают штатно. В противном случае он может подать команду «Сброс схемы!», обесточив пульт, с которого оператор управляет стартом.
 
«Промежуточная!». Двигатели постепенно выходят на режим, тяга растет и, наконец, превышает стартовый вес ракеты, которая начинает медленно подниматься. При подъеме до 30 см специальный контакт фиксирует отрыв от стартового сооружения.
 
Команда
«Сброс схемы!» пока еще может пройти, но вот-вот оторвется находящийся внизу штепсель…
 
И вот она - последняя транслируемая команда. Как писал наш знаменитый космический журналист Ярослав Голованов: «
Подъём!!! - орет радостный стреляющий во все горло. Все время думал, какая бездна напряжения и ответственности в этих командах...».
 
Полет начался, и именно в этот момент, после отрыва ракеты от стартового стола, и произнес Юрий Гагарин свое историческое «Поехали!». Произнес, прокричал, и это вошло в историю, как бы противоположного ни хотелось некоторым «историкам»…
 
Пару десятилетий назад рассказывать студентам Военмеха об этих командах, транслируемых при старте по громкой связи, не было особой необходимости. Ну, вопервых, конструкцию и циклограмму работы двигателей ракеты «Восток» большинство из них как-никак проходили. И, во-вторых, тогда считалось обязательным знание специфического тоста, который за столом всякий военмеховец должен был произносить третьим по порядку, четко воспроизводя все предстартовые команды. И это - тот самый редкий случай, когда регулярное участие в застольях способствовало качественному изучению учебного материала…
 
Прочитано в газете "Сфера", автор публикации не указан.