История создания и развития НИП-15 в 60-е годы.
 
В.М. Сербин.     О создании НИП-15
и его работе в первые годы
 
В 1960 году, одновременно с решением о создании Евпаторийского НИП-16 с задачей организации там Центра дальней космической связи (ЦДКС), НИП-2, располагавшийся у ст. Макат, было решено перебазировать, как избыточный в том регионе, в район г. Уссурийска и на его основе создать НИП-15 с перспективой выполнять также и задачи второго Центра дальней космической связи.
 
В 1960 году я проходил службу на НИП-2 в звании инженер-капитана на должности заместителя начальника НИПа по измерениям и связи. Неожиданно для меня я оказался включен в состав Государственной комиссии по выбору места дислокации для будущего НИП-15 в Приморье.
 
Вполне естественно, что моего согласия не спрашивали и я отправился в Москву. а из Москвы в составе комиссии на самолете в город Хабаровск в штаб Дальневосточного военного округа. Комиссия в полном составе была представлена командующему округом генералу Пеньковскому. Он нас внимательно выслушал. пожелал успешной работы, выделил нам свой личный самолет ИЛ-14 и подписал указание всем войсковым частям ДВО содействовать работе комиссии: предоставлять нам место для проживания, обеспечивать транспортом для проведения рекогносцировочных работ.
 
Мы побывали на многих аэродромах Приморского края, объездили много городов и поселков и остановились на двух вариантах расположения НИПа :
1-аэродром транспортной авиации в 6 километрах от города Уссурийска;
2-аэродром транспортной авиации в 30 километрах от города Уссурийска и в 8 километрах от ж/д, станции Голенки.
 
Основным вариантом был первый. Но командующий округом его не утвердил и выбрал второй вариант. Комиссия с этим согласилась и, закончив свою работу, отправилась в Москву для доклада результатов работы и утверждения акта по выбору площадки под строительство НИПа.
 
Акт был утвержден и было принято решение о передислокации НИП-2 из района ст. Макат Северо-Кахастанской ж/д на новое место - близ села Голенки Пограничного района Приморского края.
 
Меня, как заместителя начальника НИП-2, после окончания работы комиссии оставили в Голенках с задачей принять взлетную полосу, все здания и сооружения транспортного полка и подготовить их к приезду личного состава НИП-2.
 
И началась великая война по выселению авиаполка из его сооружений, а главное - по освобождению самого аэродрома от самолетов - ведь полк еще находился на месте и выполнял свои боевые задачи. Моя же задача заключалась в том, чтобы освободить территорию и дать возможность строителям начать необходимые работы по подготовке к строительству.
 
Документация уже начинала поступать из ЦПИ-31 г. Москва. Все мои переговоры с командиром авиаполка об ускорении передачи аэродрома для строительства продвигались с трудом - командир был озадачен подготовкой новой базы для дислоцирования полка и не спешил освободить старое обжитое место.
 
Кроме переговоров, мне пришлось пойти на крайне неординарные меры. По моей просьбе начальник УНР, за которым был закреплен наш пункт для производства строительных работ, выделил в мое распоряжение четверых солдат с инструментом, веревками и красными флажками. Мы с солдатами перетянули этими веревками с красными флажками аэродром вдоль и поперек, после чего я доложил командиру полка, что через два дня начнутся строительные работы и аэродром будет перекопан траншеями, после чего его самолеты не смогут взлетать. Такая постановка вопроса вынудила его провести передислокацию своих самолетов на новый аэродром в течение трех дней и приступить к передаче мне зданий полка. (Замечу, что у нас не испортились личные отношения и впоследствии мы сохраняли их хорошими, помогая друг другу при возникновении трудностей).
 
После освобождения аэродрома мы с начальником УНР в торжественной обстановке вбили первый колышек посредине аэродрома. На месте этого колышка топографы соорудили пункт триангуляции, который был привязан к геодезической сети Советского Союза по первому классу точности.
Так началось строительство Дальневосточного научно-измерительного пункта КИК. Это случилось в июле 1960 года.
 
Начались трудовые будни. Строители по полученной документации вели работы по посадке зданий на технической территории и ограждение ее забором. В мою задачу входил прием технических помещений, жилого фонда, клуба, котельной, других зданий… Но одно дело принять и совершенно другое сохранить их до приезда личного состава НИПа. Используя мандат члена Госкомиссии, я заполучил у военного коменданта г. Уссурийска автомобиль ГАЗ и водителя, который был откомандирован в мое распоряжение. Так как в Голенках не было столовых и кафе, то пришлось самому определиться и стать на питание в авиаполк на летную норму. а водителя поставить на питание в солдатскую столовую. Решив проблему с питанием, мы с водителем покупали замки, навешивали их на принятые здания и ежедневно делали обход для проверки сохранности зданий и замков.
 
Кроме этого, с помощью строителей, в бывшем здании штаба полка мы подготовили помещения для секретной части, кабинета командира и для работы строевой части с несекретными документами. Так незаметно прошел месяц…
И вот, 21 августа 1960 года, поздно вечером, на станцию Голенки прибыл эшелон с техникой и личным составом НИПа.
 
Возглавлял эшелон командир НИПа полковник Будиловский Вениамин Яковлевич. Первым рейсом на территорию части были доставлены секретные и несекретные документы, шифровальные колодки для аппаратуры ЗАС и оружие офицерского состава. Охрану имущества, оружия и документов осуществлял старший лейтенант Афзалов Мусавир Фатыхович.
 
Дальний Восток принял новых поселенцев проливным дождем. который начался вскоре после прибытия эшелона и длился до полудня следующего дня. При таких погодных условиях разгрузка техники и имущества не представлялась возможной, поэтому разгрузка началась на следующий день. Несколько дней ушло на работы по организации питания личного состава, разгрузке, перевозки техники и имущества, их размещения на новом месте, передачи части вновь назначенному начальнику НИПа - полковнику Мельнику Федору Ферапонтовичу.
 
И вот, наконец, прощание со старым командиром и знакомство с новым. Это произошло на банкете офицерского состава в клубе части. Банкет устроил полковник Будиловский В.Я.
 
Наступили незабываемые дни привыкания к новому месту службы и начала строительства нового дальневосточного пункта. На новый НИП была большая надежда в том плане, что он будет не только выполнять основные работы по управлению КА, но и обеспечит установление космической связи Дальнего Востока с Москвой.
 
Это было очень трудное время - в части практически отсутствовал автотранспорт, а казарма, склады. клуб, штаб, жилой фонд офицерского состава были в полуразрушенном состоянии. Эти здания строились в 30-е годы и сильно обветшали. Все работы по благоустройству надо было закончить до наступления холодов.
 
Комиссия из Центра. В первом ряду: Кирячок Д.М., Колоколов Д.М.,
Антипов Н.И., Мельник Ф.Ф., Спица И.И., Галайкин И.Я., Сербин В.М.
 
Комиссия из Центра.
 
Парад.
 
Возглавляют колонну нач. штаба Кисель А.Е., заместители
командира части Кардаильский В.П, Захаренко Д.М., Сербин В.М.
 
Утренний развод отдела
 
Инспекторская проверка. На марше - отдел майора Афзалова М.Ф.
 
Вынос знамени. Командир части - п-к Тимофеев И.И.
 
Одновременно с этим развернулось мощное строительство на технической территории: строились узел связи, дизельная электростанция, устанавливались мачты антенн для обеспечения связи пункта с внешним миром и Центром КИК, закладывались фундаменты под антенный комплекс РС-10-2М, который должен обеспечить  прямую связь Москвы и Дальнего Востока через спутники связи. Создавался мощный передающий центр, который располагался в селе Покровка в 15 км от основной площадки. В короткие сроки была установлена телеграфная и телефонная связь с Центром. Взятые темпы строительства не ослабевали в течение 6 лет, пока я находился Голенках.
 
За эти годы пункт превратился в современный военный городок со своей собственной инфраструктурой, жилой, технической и административной территориями. Офицерский состав с семьями был полностью удовлетворен жильем, солдаты получили новую казарму, проведен капитальный ремонт клуба и делалось многое другое. На территории бывшего аэродрома построены и введены в строй технические здания и сооружения. которые обеспечили своевременный монтаж и ввод в строй техники поступающей на вооружение.
 
Ко времени моего убытия в 1966 году была введена в строй и использовалась по назначению следующая техника:
-станция траекторных измерений «Кама» - 2 комплекта;
-командная радиолиния «Пост-Д»;
-радиотехнический комплекс «Сатурн» с антенной «АПУ-8»;
-совмещенная командно-програмнотраекторная станция «Подснежник»;
-телеметрическая станция «Трал» - 2 комплекта;
-преобразующее, осредняющее и запоминающее устройство «Темп» (заменило старую систему ПОЗУ «Кварц») - 2 комплекта;
-радиостанция космической связи «Заря»;
-приемо-передающий комплекс с антенными полями и передатчиками с мощностью излучения 5, 25, 100 киловатт;
-мощный узел связи, обеспечивавший прием, передачу и распределение сотен телеграфных, телефонных и телевизионных каналов;
-система громкоговорящей связи НИПа со всеми средствами и Центром КИК;
-радиотехнический комплекс «Сатурн» с двумя антенными системами   «РС-10-2-М» (для обеспечения связи с Москвой через спутники связи «Молния»);
-аппаратура записи и воспроизведения телевизионной информации - новейшая разработка советских радиоконструкторов (слова "видеомагнитофон" тогда не было);
-электронно-вычислительная машина «Минск-4» (первая ласточка автоматизации обработки информации);
-юстировочная вышка высотою 100 метров - на расстоянии 4 км от технической территории;
-дизельная электростанция резервного питания;
-здания складов радиотехнического и общепромышленного оборудования.
 
Но это было позже. А пока, на первых шагах работы на новом месте,  были большие трудности в обеспечении нормальных бытовых условий для личного состава части, офицеров и их семей. Практически НИП не имел своего автотранспорта - в наличии были: старый бортовой «студебеккер», одна бортовая машина ЗИЛ, две автомашины ЗИЛ с КУНГами и старенький командирский газик.
Приходилось для доставки грузов, прибывающих для монтажа и строительства, буквально выпрашивать транспорт у УНР, местного КЭЧ или у наших соседей в авиационном полку.
 
Семьи офицеров жили по две - три в одной квартире, дома были довоенной постройки - деревянные, отопление - печное, все "удобства" - на улице. Но мы мужественно переносили эти трудности и не жаловались на них, принимая это как должное, зная, что со временем все станет на свои места. Главное для нас была работа - трудная, забиравшая много времени, но интересная и захватывающая - ведь мы все делали впервые: контроль строительства технических зданий, монтаж аппаратуры, ее настройка, приемка в эксплуатацию и дальнейшая эксплуатация при выполнении сеансов связи с космическими аппаратами.
 
Все работы выполнялись в тесном взаимодействии с разработчиками и изготовителями аппаратуры. С увеличением количества средств, вводимых в эксплуатацию на пункте, шло непрерывное пополнение части личным составом. Маленький коллектив, прибывший из Маката, превратился в крупное подразделение, способное выполнять большой круг задач, стоящих перед НИПом.
 
Благодаря кропотливой, неустанной работе командира - полковника Мельника Федора Ферапонтовича, замполита - подполковника Галайкина Василия Яковлевича, начальника штаба - майора Кисель Анатолия Ефимовича - в части был создан крепкий, дружный, работоспособный, сплоченный коллектив.
 
Так незаметно шли годы и теперь, через много лет, припоминаются отдельные интересные эпизоды из нашей жизни и службы - вот некоторые из них:
             Автотранспорт.
 
Я уже говорил о бедственном положении с транспортом. Я буквально бомбил Центр телеграммами с просьбой выделить нам автомобили и автокран, так как их нехватка сказывалась на сроках ввода в строй аппаратуры, срывало заготовку на зиму продуктов питания, угля для котельных. Мы не имели возможности отправить в Уссурийск в больницу и госпиталь заболевших. Центр долго не мог нам выделить транспорт. Но вот совершенно курьезный случай помог решить эту проблему.
 
К нам в часть летела комиссия во главе с генералом Агаджановым П.А. Аэродром посадки - Артем - находился от нас на расстоянии 140 километров. Зима, мороз порядка 20 градусов, ветер - наш, дальневосточный, - 15-20 метров в секунду. Как организовать встречу при совершенном отсутствии пассажирского транспорта и неисправном газике командира? Я с большим трудом выпросил у КЭЧ оборудованный тентом грузовой автомобиль ГАЗ, установил в кузов лавки и солдатские табуретки по числу членов комиссии, загрузил нужное количество валенок, прихватил два имевшихся у нас тулупа и отправился встречать комиссию.
 
Встречаю комиссию, предлагаю положить вещи в транспорт, после чего поужинать в аэровокзале и отправиться на НИП. Предложение принято, идем к машине - и я вижу как меняется лицо Павла Артемовича… Он совершенно не ожидал такой встречи… Генералу, председателю комиссии - и вдруг грузовой автомобиль и валенки! Его это страшно шокировало. Вполне естественно, что ужин не состоялся. Генерал отказался садиться в кабину и надевать валенки. Другие члены комиссии валенки надели и мы поехали. Представьте себе - 140 км при такой погоде - каково было генералу без валенок? Я буквально насильно накрыл его ноги тулупом. Предложенный мною вариант остановки в Уссурийске - отогреться и перекусить - был отвергнут. В часть мы прибыли глубокой ночью. В гостинице, кроме кипятка, нет ничего - и все дружно улеглись спать на голодный желудок.
 
Комиссия отработала в течение недели и была вынуждена поставить части хорошую оценку, так как не было ни одного сбоя в работе по сеансам управления КА и получены хорошие оценки по основным воинским учебным дисциплинам. К концу работы комиссии генерал Агаджанов сменил гнев на милость - он лично прочувствовал как нам приходиться жить и выкручиваться.
 
И что в финале? Буквально через три недели я получил телеграмму : обеспечьте встречу направленных в ваш адрес вагонов с автотехникой, номер эшелона - такой-то. Мы получили 7 автомобилей и автокран!
 
А где-то параллельно работала машина приема и рассмотрения заявок в Министерстве обороны… Была удовлетворена заявка в/ч 32103 о выделении крана для НИП-15. Но беда заключалась в том, что там ошиблись и прислали не автокран грузоподъемностью три тонны, а …
башенный кран грузоподъемностью 300 тонн!
 
Что это нам дало? Отвечаю: ничего, кроме большого штрафа от железной дороги за задержку разгрузки транспорта и загромождение всех разгрузочных площадей ст. Голенки. Полтора года почти вся техническая территория была завалена металлическими конструкциями крана. Год моих личных усилий ушел на поиск покупателей для этого крана. И вот, когда я уже договорился с ДАЛЬЭНЕРГО о продаже ему этого монстра, - получаю указание отправить кран на станцию Тюратам. Указание было выполнено. Много позже я еще один раз встретился с этим краном на одной из пусковых  площадок Байконура. Кран стоял в собранном рабочем состоянии. (Может быть, если бы крану не суждено было уехать на полигон или быть проданным энергетикам, он пригодился бы лет через 20 - при монтаже антенны П-2500, если бы, конечно,  он окончательно не заржавел к тому времени…)
 
Отмостки вокруг зданий и ливневая канализация.
 
На технической территории много построенных и строящихся технических зданий, идет наладка и настройка аппаратуры «Сатурн», готовимся к комплексной проверке всей аппаратуры и к обеспечению работ со спутником связи «Молния»…  В тот период строители не могли выполнять весь комплекс работ по инфраструктуре технической территории. В частности, отмостки у технических зданий практически отсутствовали, к строительству ливневой канализации не приступали, внутриплощадочные дороги совершенно отсутствовали. Строители просто физически не могли освоить такие объемы работ ввиду малочисленности личного состава в УНР и несвоевременной поставке материалов и оборудования. Мои неоднократные обращения в строительное управление ДВО заканчивались отписками о том, что Округ не располагает ресурсами, которые могли бы обеспечить строительство боевых объектов Округа и одновременно выполнять весь объем работ на нашей площадке. В тот период у нас шли проливные дожди и вся техническая территория была буквально залита водой, к техническим здания невозможно было подъехать, личный состав, строители и представители промышленности могли добраться до работы только в сапогах.
 
И вот, в тот самый момент наибольшей распутицы, к нам прилетела Государственная комиссия для проведения выездного заседания по определению готовности пункта к обеспечению работ по первому спутнику связи «Молния». Вместе с комиссией прибыли министр связи СССР Псурцев Н.Д., маршал войск связи Леонов А.И., командир войсковой части 32103 генерал-майор Карась А.Г., заместитель командующего округом по строительству и расквартированию. Командир части Мельник Ф.Ф. был в очередном отпуске и мне, как исполняющему обязанности командира части, пришлось встречать комиссию и делать доклад на ее заседании.
 
Встретив комиссию, я проводил ее в штаб части (старое деревянное сооружение, - новый штаб еще находился в стадии строительства) где предложил всем членам комиссии надеть резиновые сапоги, заранее приготовленные к их приезду, и сообщил, что на площадке подъехать к техническому зданию невозможно ввиду отсутствия дороги и придется идти пешком. Мой доклад вызвал бурю разнообразных эмоций и я почувствовал, что это мой последний доклад в качестве заместителя начальника НИПа... Но положение спас маршал Леонов - «Товарищи, я предлагаю воспользоваться гостеприимством командира, переобуться и идти в техническое здание, - ведь люди же здесь живут и ежедневно ходят нас службу в этих условиях». Это разрядило обстановку и мы благополучно добрались в зал, приготовленный для заседания. Далее последовали мой доклад (15 мин), ответы на вопросы (45мин), осмотр техники и принятие решения. Решение было коротким - признать готовность к работам аппаратуры пункта удовлетворительным, обязать строительное управление округа в кратчайшие сроки выполнить все работы по инфраструктуре площадки.
 
Я ликовал, генерал Карась был очень доволен и сходу объявил мне благодарность за короткий и содержательный доклад. Решение комиссии немедленно начало притворяться в жизнь и к приезду командира из отпуска уже были выполнены все отмостки у зданий, начато строительство ливневой канализации, проложены основные дороги по технической территории. Спасибо выездному заседанию государственной комиссии.
 
Прием присяги
 
Выезд на природу
 
Выборы в местные Советы
 
 Сербин В.М.
.
Отделу - победителю кубок!
Награду начальнику отдела Афзалову М.Ф.
вручает командир части п-к Тимофеев И.И.
 
Бывали и неприятности в работе, но мы их преодолевали и одновременно приобретали опыт работы и жизни в Приморье.
Осенью 1961 года была принята в эксплуатацию резервная дизельная электростанция. Комиссия вместе с нашими офицерами провела все испытания, подписала акт и окончила свою работу. Был прекрасный теплый солнечный день. Ночью же - неожиданное резкое похолодание. Утром начальник ДЭС докладывает, что у одного из дизелей разморожен блок цилиндров и он неработоспособен. Но нам повезло с тем, что дизельные двигатели были танковыми, а танковых частей в ДВО было много. Я с помощью начальника УНР договорился с танкистами и они в течение недели восстановили работоспособность электростанции.
 
Или еще была одна неприятность: монтажники до обеда подготовили к установке на пилон антенну АПУ-8 и пошли пообедать, не закрепив антенну на временном пилоне. Каково же было нам всем, когда совершенно неожиданно налетел шквал ветра, снял антенну с места и погнул основные детали зеркала, выполненные из дюралюминия. А вскоре предстояли работы с использованием этой антенны... Вот здесь мне пришлось проехать почти все Приморье в поисках сварочного аппарата, способного сваривать алюминий. Сварка была найдена, антенна восстановлена. Вот так мы приобретали опыт работы в условиях Приморья.
 
Пусть не сложится у читателя ощущения того, что мы только работали и в трудных условиях не обращали внимания на личную жизнь наших семей и личного состава части. Было сделано очень многое для досуга: создан хороший коллектив художественной самодеятельности, в состав которого входили офицеры, члены их семей, солдаты и сержанты. Некоторые выходцы из нашего коллектива в дальнейшем посвятили свою жизнь искусcтву - рядовой Запорожец после демобилизации поступил в Краснознаменный ансамбль им. Александрова и выступал в нем как один из ведущих певцов, рядовой Павлов окончил театральное училище и до настоящего времени работает в театре им. Вахтангова.
 
Был приобретен комплект музыкальных струнных и духовых инструментов. Коллектив художественной самодеятельности регулярно выезжал с концертами в Уссурийск, соседний авиационный полк, в село и на станцию Голенки. Все официальные праздники отмечались в клубе части, где после собрания давался концерт. После окончания официальных мероприятий весь офицерский состав с семьями собирался за одним общим праздничным столом.
 
Так незаметно пробежали 6 лет и в марте 1966 года я убыл в Москву для дальнейшего прохождения службы в в/ч 32103.
 
Фото на память перед демобилизацией
 
Майоры Афзалов Мусавир Фатыхович и Байкачёв Владимир Андреевич
Байкачёв В.А
На командном пункте комплекса «Сатурн»
 
Строевая подготовка
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Офицеры
третьего
отдела -
Петухов,
Галкин,
 Сагдеев,
Совин.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Торжественное
построение
на  НИП-15.
 
1-й ряд - Тарасов
Вадим Яковлеви
 - нач. отдела,
Шипяев Леонид,
Хохлов Александр,
Рузанов
Михаил Тимофеевич,
Колдунов
Анатолий Иванович,
Бурок
Борис Павлович
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Космическое телевидение: "Говорит и показывает Москва!"
 
В 1960 годах начинаются опыты по ретрансляции телевизионных программ из Москвы с помощью искусственных спутников Земли. Владивосток, как самый отдаленный пункт СССР, был определен для постановки этого опыта.
 
В Приморье к тому времени был возведен технических комплекс (НИП-15) способный, среди других задач, принимать и передавать телевизионный сигнал между Москвой и Владивостоком с помощью ретранслятора, размещенного на орбите над нашей планетой - искуственного спутника Земли "Молния-1", а также управлять самим этим спутником.  23 апреля 1965 года на космическую орбиту был запущен первый работоспособный спутник серии "Молния-1". Состоялась первая пробная передача Москва (НИП-14, Щелково) — космос — Владивосток (НИП-15, Галенки), эту дату и принято считать началом космического телевидения в нашей стране.
 
25 апреля 1965 года состоялась первая передача через космос программ Приморского телевидения Владивосток — космос — Москва. Перед зрителями Москвы и всей страны выступил секретарь Приморского крайкома КПСС В. Е. Чернышев, а телезрители Владивостока смогли посмотреть программы Московского телевидения.
 
27 апреля 1965 года вышла в эфир первая программа через космос по системе Интервидения и Евровидения Владивосток — космос — Москва — София — Прага — Париж — Лондон. В ноябре 1967 года, в канун 50-летия Октября, на РТПС г. Владивостока начинает работать 5 кВт-ный передатчик «Якорь»  второй программы телевидения. В апреле 1969 года жителям Дальнего Востока удалось принять цветное изображение, а 1 мая была записана цветная программа первомайских празднеств из Москвы.
 
Подробнее о создании спутника "Молния-1" и о его работе на орбите читайте
тут.
 
1969 год. Начальник отделения приемно-передающей
станции комплекса "Сатурн" НИП-14
м-р Суханов Владимир Георгиевич
 
Заставка космического телевидения
 
Первый секретарь Крайкома партии Чернышов В.А.
впервые выступает по космическому телевидению.
 
Многие офицеры и солдаты
были награждены такими грамотами
.
 
Интересно, что сын Мусавира Фатыховича Афзалова -  Виктор - пошел по стопам отца, став офицером космических войск. В 2-хтысячных годах полковник Афзалов Виктор Мусавирович - командир 4 бригады противовоздушной обороны войск командования противовоздушной и противоракетной обороны (бывшая 4-я бригада воздушно-космической обороны).
 
Первое интервью из Владивостока в Москву.
 
Об авторе воспоминаний:
 
Виктор Мефодьевич Сербин родился 29 июля 1929 года. Полковник в отставке. Окончил Киевское высшее инженерно-авиационное училище. Проходил службу на НИП-5 (Искуп), НИП-8 (Шипицино), НИП-2 (Макат), НИП-15 (Уссурийск), НИП-16 (Евпатория), Центр КИК (Москва).
 
Занимал должности старшего инженера-испытателя, начальника группы станций, заместителя начальника НИПа, заместителя начальника отдела, начальника отдела, заместителя начальника управления, начальника управления в Центре КИК. Почетный радист СССР, заслуженный испытатель космической техники.
 
Награжден орденами «Знак почета», «Трудового Красного знамени» и пятнадцатью медалями СССР.
 
Скончался 27 июня 2011 года на 82-м году жизни, похоронен в Евпотории.
 
Интервью в предверии 50-ти летия полета Ю.А. Гагарина:
 
— Я закончил три авиационных учебных заведения, а после окончания был назначен на формирование частей, которые будут заниматься освоением космоса. Все мы, работники командно-измерительных комплексов, были не просто работниками. У нас и должности с самого начала назывались, например «инженер-испытатель», «старший инженер-испытатель» и так далее. И до сих пор мы всегда находимся в стадии испытания. Я был бессменным руководителем с 1973-его по 1980-ый гг. всех пилотируемых транспортных кораблей, долговременных орбитальных станций и просто пилотируемых кораблей. В то время была очень большая секретность. Нас окружали НАТО и другие страны, поэтому все держалось под очень большим секретом, и это было правильно.
В.М. Сербин, 80-е
 
 
 Даже нам, а я тогда был заместителем командира части по измерениям и связи, не сказали, что готовится. Предупредили, что предстоит очень ответственная и важная работа, которую предстоит выполнять. Я руководил всеми средствами приблизительно такого центра, как под Евпаторией. Мы выполнили работу, а уже потом, к нашей большой радости, нам сообщили, кого мы сопровождали.
 
— Вам было неизвестно, что на борту был человек?
 
— Мы знали, что готовится полет человека. Не говорили об этом, но знали. Для нас это была не новость. У нас ведь была станция для связи с космонавтами, телевизионные средства, чтоб можно было наблюдать их. Неизвестны были только сроки.
 
— Вы были знакомы с Гагариным?
 
— Да, я был с ним знаком, но не по работе. У нас были всевозможные сборы, занятия. И вот в такой обстановке мы были знакомы, но не близко. Личных каких-то отношений у нас не было. А вот с Титовым — другое дело. С Титовым мы дружили. Что я могу сказать про Гагарина, каким я его запомнил, так это то, что он был очень приятным и хорошим человеком. Он был веселым, добродушным, безотказным. Все чисто человеческие качества были ему присущи. А главное, он не зарвался. Его не испортила слава. Просто очень хороший человек — вот так его можно охарактеризовать.
 
В.М. Сербин, 2011 год.
 
Небольшое топонимическое отступление:
 
Г
оленки - ж/д станция на линии Уссурийск - Харбин (Китай);
Г
аленки - село в р-не ж/д станции, рядом также расположен военный "аэродром Галенки"
 
И Галенки и Голенки расположеныны ныне в Октябрьском районе Приморского края. Октябрьский район был образован
3 ноября1965 года Указом Президиума Верховного Совета РСФСР за счёт разукрупнения Пограничного района.
 
Ст. Голенки в «Атласе схем железных дорог и водных путей сообщения СССР»,
изданние 1943 г.
 
Ст. Голенки и н.п. Голенки на "военной" карте масштаба 1:250 000, изданной в
 США в 1950-х годах.
 
Н.п. Галенки на топографической карте масштаба 1:500 000, ст. Голенки не
 обозначена.
 
Н.п. Галенки на современной электронной
"Яндекс-карте", ст. Г
оленки не
 обозначена.
 
Ст. Голенки и н.п. Галенки на "генштабовской"  топографической карте масштаба 1:100 000, издание 1989 г.
 
Ст. Голенки и н.п. Галенки на "генштабовской"  топографической карте масштаба 1:200 000, издание 1990 г.
 
Н.п. Галенки в современном «Атласе
автомобильных дорог Приморья»
 
Голенки и Галенки на на современной электронной "Googl-карте"
 
Ст. Голенки в современном «Атласе
 железных дорог Приморья»