Предпосылки к созданию Командно-Измерительного комплекса,
 его проектирование и практическое формирование.
 
Краткая историческая справка.
 
«Человечество не останется вечно на Земле, а в погоне за светом и пространством сначала робко проникнет за пределы атмосферы, а затем завоюет всё околосолнечное пространство…»
 
К.Э. ЦИОЛКОВСКИЙ
 
«…Я верю! Моё человечество жить не останется
внутри атмосферных стен!
В звёздном крае примет его бережно
Космос в ладони наших антенн!»
 
 
4 октября 1957 г. человечество открыло новую - Космическую эру своей истории. Первый искусственный спутник Земли, запущенный в этот день с космодрома Байконур, качественно изменил масштаб нашей цивилизации. В одночасье стали явью и конкретными целями «фантастические» пророчества основоположника практической космонавтики К.Э. Циолковского: «Человечество не останется вечно на Земле, но в потоке за светом и пространством, сначала робко проникнет за пределы атмосферы, а затем завоюет все околосолнечное пространство…».
 
Запуск первого спутника стал итогом большой и напряжённой работы многочисленных коллективов учёных, конструкторов, инженеров и рабочих научно-исследовательских институтов, конструкторских бюро, заводов, а также военных испытателей и специалистов. Человечество ожидало начала космической эры многие тысячелетия. Ещё в древних китайских и японских легендах описывались полёты на Луну, попытки человека самостоятельно преодолеть притяжение Земли. В средние века тяга человечества выйти за пределы земной атмосферы выражалась в литературных произведениях, которые теперь относят к научно-фантастическому жанру. Да и сейчас, наверное, не найдётся ни одного дома, где бы ни хранились книги, журналы, газеты и фотографии о полётах человека в космос, высадке землян на Луну, исследованию космического пространства, достижению планет Солнечной системы автоматическими межпланетными станциями, изучении Вселенной с помощью космических обсерваторий. Но политика идеологического и военного противостояния, скрытности и секретности долгие годы замалчивала многие выдающиеся события мировой космонавтики, не позволяя до настоящего времени в полной мере показать, чьим трудом, через какие преграды достигали первооткрыватели космоса своих выдающихся результатов, какую роль они сыграли в военном деле, прогрессе техники, технологии и науки. По этой причине остаются неизвестными выдающиеся военные и гражданские специалисты, руководители воинских коллективов, офицеры стартовых комплексов и командно-измерительных пунктов. До конца восьмидесятых годов сведения о военно-космической программе и о космических войсках в открытой печати не публиковались. Только после принятия Советским Союзом курса на открытость и гласность появились публикации о военно-космических средствах, о космодромах, командно-измерительном комплексе, о людях, руководивших их созданием и развитием, и практически воплощавших идеи космонавтики в жизнь.
 
Командно-измерительный комплекс, предназначенный для управления удалённо летящими космическими аппаратами и для контроля их движения и состояния, является одной из основных и неотъемлемых составных частей отечественной космонавтики. Поэтому изложение его истории естественно предварить хотя бы краткими сведениями о главных предпосылках и истоках не только создания самого Командно-измерительного комплекса, его составных частей - Командно-измерительных пунктов, а и развития отечественной космонавтики в целом. Ослепительно яркие события - запуск и полёт первых искусственных спутников Земли, полёт первых космических аппаратов к Луне и вокруг Луны, полёт первого человека в космос - привели в изумление всё человечество планеты. Никто, кроме самих творцов свершившегося, не ожидал, что космическая эра наступит так скоро. Особенное удивление и восхищение вызвал тот факт, что в авангарде событий стала наша страна, ослабленная трагедией многолетней кровопролитной войны. И как бы кто ни полагал, а поразившие весь мир успехи советской космонавтики на самом деле не были случайными. Они опирались на исторически сложившиеся предпосылки для выведения в космическое пространство искусственных спутников Земли и для создания Командно-измерительного комплекса телеконтроля и управления космическими аппаратами.
 
Исторические предпосылки освоения космического пространства
 
Среди выдающихся научно-технических достижений 20-го века важнейшее место занимает создание ракетно-космических систем, позволивших преодолеть силу земного притяжения и начать космические полёты. В настоящее время космонавтика способствует широкому использованию достижений научно-технической мысли в интересах различных областей мировой экономики и науки. Это, в первую очередь, использование космических систем передачи информации для нужд связи, телевидения, образования, медицины, банковского дела. Кроме того, космическая техника используется в метеорологии, для поиска полезных ископаемых, в интересах сельского хозяйства, лесного хозяйства и пр. Огромную роль космические аппараты играют в решении целого ряда научных задач, в т. ч. фундаментальных, проблем в областях геофизики, астрофизики. Практически уже началось, а скоро достигнет промышленных масштабов, использование космической техники для решения прикладных задач в областях материаловедения, энергетики, в т. ч. солнечной и атомной, фармакологии и т.д.
 
Однако, начало бурного развития космической техники определялось в своё время не этими целями и бесспорной полезностью для людей, а, в первую очередь, необходимостью обеспечения обороноспособности государства. Использование ракет в военных целях началось уже в средние века: в Китае боевые ракеты были известны уже в 12-м веке (а Корея утверждает, что у них использование ракет относится уже к 7-у веку). В 18-19 веках твердотопливные ракеты использовались в качестве боевых и спасательных (для подачи канатов на суда, терпящие бедствие у побережья) в Индии, Великобритании, Нидерландах, Франции и т.д. Русская ракетная техника начала развиваться с 17-го века, когда в 1680 году Пётр I организовал первое в мире государственное предприятие по производству ракет - Московское ракетное заведение. Пик развития ракетного дела в России пришёлся на середину 19-го века, когда разрабатывались и принимались на вооружение пороховые ракеты, созданные русскими военными инженерами К. Константиновым и А. Засядько.
 
Идея ИСЗ была впервые сформулирована И. Ньютоном в его работе «Математические начала натуральной философии» (1687 год): «Если свинцовое ядро, брошенное горизонтально силою пороха из пушки, поставленной на вершине горы, отлетает по кривой - прежде, чем упасть на землю - на две мили, то, предполагая, что сопротивления воздуха нет, если бросить его с двойной скоростью, оно отлетит примерно вдвое дальше, если с десятикратной - то в десять раз. Увеличивая скорость, можно, по желанию, увеличить и дальность полета, и уменьшить кривизну линии… Можно заставить ядро облететь всю Землю и даже уйти в небесные пространства и продолжать удаляться до бесконечности». Скорость ядра, способного «облететь всю Землю» - впоследствии её назвали первой космической - должна составлять 7,9 км/сек. Таким образом, идея ИСЗ была концептуально высказана и теоретически обоснована. К практическому ее воплощению человечество приступило в середине ХХ века. Важнейшей частью научно-технической основы развития отечественной ракетно-космической техники явились теоретические работы Константина Эдуардовича Циолковского в области реактивного движения и космонавтики, в которых были рассмотрены все основные проблемы осуществления космических полётов - от физических и технических до медико-биологических и социальных. Циолковский высказал идею создания обитаемых орбитальных и межпланетных станций. Из этих работ, работ других пионеров ракетно-космической техники - Р. Годдарда (США), Г. Оберта (Германия), Р. Эно-Пельтри (Франция), вытекала необходимость создания ракет на более эффективных - жидких - компонентах топлива.
 
Практические работы по созданию жидкостных ракет начались в середине 20-х годов 20-го века. Первые ракеты с жидкостно-реактивным двигателем были созданы и запущены в США, Германии и СССР в 1926, 1931 и 1933 годах соответственно. В СССР развитие ракетной техники началось в конце 20-х - начале 30-х годов для решения ряда артиллерийских задач с создания Газодинамической лаборатории (ГДЛ) в Ленинграде и Группы изучения реактивного движения (ГИРД) в Москве. Ведущую роль в разработке первых образцов ракетной техники играли Б.С. Петропавловский и В.П. Глушко в Ленинграде, Ф.А. Цандер и С.П. Королёв в Москве. Теоретические проблемы ракетной техники решали Б.С. Стечкин, Ю.В. Кондратюк, В.П. Ветчинкин и др.
 
В конце 1933 года по инициативе заместителя Наркома обороны М.Н. Тухачевского ГДЛ и ГИРД объединились в Ракетный Научно-Исследовательский Институт (РНИИ) при Наркомтяжпроме. Период с 1934 по 1938 год, когда была осуществлена широкая экономическая программа, имел большое значение в истории отечественной ракетной техники. Эти работы привели к созданию и принятию на вооружение авиационных твердотопливных ракет для борьбы с самолётами противника (1938 г., реактивные снаряды РС-82 и РС-132), а также автомобильных установок (1941г., боевые машины БМ-8 и БМ-13 - знаменитые «Катюши») со снарядами М-8 и М-13. Все работы РНИИ над жидкостными ракетами, снарядами и летательными аппаратами были объединены под руководством С.П. Королёва и привели от запуска 17 августа 1933 года ракеты ГИРД-09 к созданию тяжёлых крылатых ракет «212» и «218». Пилотируемый ракетоплан «318», созданный в то же время, совершил первый полёт 17 февраля 1940 года с аэродрома, расположенного рядом с вновь образованным при артиллерийском заводе городом Калининград (в настоящее время - город Королёв). (В настоящее время на месте испытательного аэродрома находится Центр Управления Полётом российских космических кораблей при Центральном Научно-исследовательском Институте Машиностроения (ЦНИИМаш).)
 
Работы по ЖРД привели к созданию опытных образцов ракетных ускорителей для самолётов Ла-7 и Як-3, бомбардировщиков Пе-2 (1944 г.), ракетного истребителя БИ-1 (1942 г.). В 1946 году две мировые сверхдержавы - СССР и США - на основе научно-технического задела советских, американских и немецких ученых и инженеров 30-х годов, а также практического воплощения этих проработок в Германии 40-х годов (ракеты А-4 (V-2)), приступили к разработке и созданию баллистических ракет дальнего действия (БРДД) - сначала среднего радиуса действия (БРСД), а затем межконтинентальных (МБР). По окончании Второй Мировой войны советские специалисты в области ракетной техники были командированы в Германию для изучения немецкой ракетной техники. Германия сумела в ходе войны принять к серийному производству и широко использовать для ракетных бомбардировок Англии баллистические ракеты конструкции В. фон Брауна А-4, получившие в пропагандистских целях устрашающее название V-2 (Vergeltungswaffe - оружие возмездия).
 
Несколько десятков комплектов ракет, часть стартового и измерительного оборудования досталась Советскому Союзу. Документацию по V-2 воспроизвели по тем немногим документам, что были найдены на территории советской зоны оккупации (более 400 специалистов-ракетчиков, включая всех ведущих, в т.ч. главного конструктора В. фон Брауна, вся техническая документация, технологическое оборудование, испытательная аппаратура и несколько сотен комплектов ракеты А-4 вывезли в США наши бывшие союзники). 13 мая 1946 года было принято Постановление Совета Министров СССР № 1017-419сс о создании в стране современной ракетостроительной промышленности. Предлагалось создать вновь  или перевести на работы в области ракетной техники широкий круг научных учреждений и машиностроительных предприятий страны. В г. Калининграде Московской области (ныне - г. Королёв) на базе артиллерийского завода № 88 организуется Государственный НИИ Реактивного Вооружения Министерства Вооружений СССР - НИИ-88 (с 1966 г. - ЦНИИМаш). В подмосковном посёлке Болшево, граничащем с Калининградом, создаётся НИИ Реактивного Вооружения № 4 ГАУ Министерства Вооружённых Сил СССР. Этим же постановлением для испытаний первых отечественных баллистических и зенитных ракет создаётся Государственный Центральный полигон (ГЦП) в Капустином Яре Астраханской области. Наряду с Министерством Вооружений и Министерством Вооружённых Сил были определены основные министерства по смежным отраслям производства ракетных вооружений, в т.ч. Министерство электропромышленности (МЭП) - по наземной и бортовой аппаратуре управления, радиоаппаратуре управления, радиолокационным станциям слежения.
 
Для координации работ по ракетной технике и контроля состояния дел в этой отрасли при Совете Министров был создан Комитет по ракетной технике (впоследствии - Спецкомитет № 2; Спецкомитет № 1 руководил созданием атомного оружия). Председателем Комитета был назначен Г.М. Маленков (затем Н.А. Булганин, В.М. Рябиков).
 
Главным конструктором баллистических ракет дальнего действия (БРДД) был назначен начальник Отдела ракет дальнего действия НИИ-88 С.П. Королёв.
 
Конструкторские коллективы предприятий смежных отраслей ракетного вооружения возглавили специалисты, получившие опыт изучения реактивной техники в Германии, среди них В.П. Глушко, Н.А. Пилюгин, М.С. Рязанский, В.И. Кузнецов, В.П. Бармин, А.М. Исаев. 
 
Осенью 1947 года на полигоне Капустин Яр были проведены испытания 11 ракет А-4, собранных из трофейных комплектующих, а в октябре 1948 г. были запущены аналоги А-4 - ракеты Р-1, изготовленные полностью из отечественных материалов. С принятием на вооружение первых жидкостных ракет открылась возможность планомерного исследования космического пространства путём подъёма на большие высоты научной аппаратуры для геофизических, астрофизических и других научных исследований. Высотные исследовательские ракеты, созданные на основе БРСД Р-1, Р-2 и Р-5, запускались на Государственном Центральном полигоне Капустин Яр. Результаты научных измерений передавались на Землю с помощью радиотелеметрических систем. В ряде случаев предусматривался спуск на парашюте отделяемой головной части или контейнеров с научной аппаратурой и животными (собаками), а то и корпуса ракеты. За период с 1949 по 1960 годы было произведено около 70 запусков геофизических 
ракет.
 
Создание первых ракет-носителей
 
Для решения задачи создания межконтинентальной ракеты (т.е. способной достичь другого континента - Америки) в конце 40-х гг. были начаты теоретические проработки, которые завершились докладом руководителя группы НИИ-4 М.Н. Тихонравова «Составные ракеты на жидком топливе дальнего действия, искусственные спутники Земли». Выводы этого научно-технического отчёта были развиты в 1950-1953 гг. в научно-исследовательской работе «Исследования по вопросам создания искусственного спутника Земли» и явились основой для письма руководителя СКБ-1 С.П. Королёва, направленного в ЦК КПСС и Совет Министров 26 мая 1954 г. с предложением осуществить практическую разработку искусственного спутника Земли (ИСЗ). В письме обосновывалась возможность создания искусственного спутника Земли: «Проводящаяся  в настоящее время разработка нового изделия (имелась в виду МБР Р-7) позволяет говорить о возможности создания в ближайшие годы искусственного спутника Земли. Путем некоторого уменьшения веса полезного груза можно будет достичь необходимой для спутника конечной скорости 8000 м/с. Изделие для запуска спутника может быть разработано на базе создающегося сейчас нового изделия, упомянутого выше, однако при серьезной переработке последнего. Мне кажется, что в настоящее время была бы целесообразной организация научно-исследовательского отдела для проведения первых работ по спутнику и более детальной разработки комплекса вопросов, связанных с этой проблемой». К этому времени в СКБ-1 (с 1956г - ОКБ-1) были выполнены исследования по схемам построения ракет повышенной дальности с различными типами двигателей и системам управления, которые указывали на реальность реализации такого предложения, и велись предпроектные разработки ракеты Р-7. 
 
После создания и принятия на вооружение боевых ракет Р-1 (дальность 280 км) и Р-2 (дальность до 600 км) в ОКБ-1 приступили к созданию межконтинентальной баллистической ракеты. В результате научно-исследовательских работ по темам Н3 («Исследование перспектив создания ракет дальнего действия различных типов с дальностью полета 5000-10000 км с массой боевой части 1-10 т», декабрь 1950 г.) и Т1 («Теоретические и экспериментальные исследования по созданию двухступенчатой баллистической ракеты с дальностью полета 7000-8000 км», февраль 1953 г.) был принят к разработке проект МБР массой до 170 т с отделяющейся головной частью массой 3 т. В октябре 1953 года масса головной части (ГЧ) была увеличена до 5,5 т при сохранении дальности полета 8000 км, что повлекло увеличение стартовой массы ракеты до 280-300 т.
 
К проектированию была предложена ракета «пакетной» схемы, состоящая из веретенообразного центрального блока (вторая ступень) и четырёх цилиндрических боковых блоков (первая ступень). На всех блоках стояли четырех камерные ЖРД с двумя камерами рулевых двигателей (РД-107) на блоках первой ступени и четырьмя рулевыми на центральном блоке (РД-108). ЖРД были сконструированы в ОКБ под руководством В.П. Глушко. В качестве основных компонентов топлива использовали керосин Т-1 (горючее) и жидкий кислород (окислитель).
 
Уже в проекте Постановления Совета Министров (декабрь 1953 г.) о создании МБР 7Р (позже Р-7) помимо боевого использования (основного) ракеты, предполагалось применить ракету 7Р для запусков ИСЗ и КА к другим планетам.
 
Официально Постановление ЦК КПСС и СМ СССР о разработке, изготовлении и испытании МБР Р-7 (8К71) № 956-408сс вышло 20 мая 1954 года. В этом Постановлении также ставилась задача о создании измерительного комплекса для снятия телеметрической и траекторной информации при испытательных пусках МБР.
 
Предпосылки создания Командно-измерительного комплекса
 
Командно-измерительный комплекс (КИК) был востребован программой создания первых искусственных спутников Земли. Ведь без траекторных измерений и баллистических расчётов нельзя было даже судить о самом факте выведения спутника на орбиту. Без приёма информации с ИСЗ нельзя было оценить правильность функционирования их бортовой аппаратуры и получить информацию о свойствах космического пространства, о его влиянии на живые существа и технические средства. Важнейшей исходной научно-экспериментальной предпосылкой создания Командно-измерительного комплекса стало изобретение радио в 1895 году и доказательство в 1897 году его применимости к определению местоположения движущихся объектов нашим выдающимся соотечественником А.С. Поповым.
 
В ходе первой мировой войны в российских войсках уже применялись радиопеленгаторы, и был создан первый радиодальномер. Первый в СССР «измерительный комплекс» состоял из двух человек, наблюдавших за полетом первой советской ракеты ГИРД-09 17.08.33 г., заняв «наблюдательные посты» на деревьях около места запуска. Для контроля полета первых боевых ракет дальнего действия (трофейные немецкие V-2 и созданные на их базе Р-1) в районе старта уже размещались 3 кинотеодолитные установки, станции приема телеметрической информации, фиксировавшие работу двигателя и бортовой автоматики, а также радиолокаторы для выполнения траекторных измерений. Головной организацией по созданию КИК был определен НИИ-4 МО СССР, начальник института генерал-майор Андрей Илларионович Соколов, заместители - полковники Георгий Александрович Тюлин и Юрий Александрович Мозжорин.
 
Основные направления исследований и разработки первого эскизного проекта КИК возглавляли ведущие ученые и специалисты института Г.С. Нариманов, П.Е. Эльясберг, П.А. Агаджанов, Г.И. Левин, И.А. Артельщиков, И.М. Яцунский, В.Т. Долгов, Е.В. Яковлев, Ю.В. Девятков, М.П. Лихачёв.
 
Руководство темой НИР по созданию КИК было поручено Юрию Александровичу Мозжорину. Он принял решение, что для сокращения сроков построения КИКа необходимо максимально использовать средства полигонного измерительного комплекса, модернизировав их с учётом особенностей работы с ИСЗ. Однако, требовались и такие технические средства, которых ранее не было, например, средства автоматического съёма результатов траекторных измерений и передачи их в КВЦ, система выдачи радиокоманд на борт спутника.
 
Началось создание Командно-измерительного комплекса с разработки в НИИ-4 МО проекта «Комплексной системы измерения параметров траектории объекта Д». (Объектом «Д» был назван искусственный спутник Земли.) Согласно этому проекту комплекс должен был состоять из восьми рассредоточенных измерительных пунктов и центрального пристартового пункта с вычислительной станцией, оснащённой ЭВМ «Минск-20», центральным узлом связи и единого времени. Значительную часть ИПов предполагалось совместить с ранее созданными измерительными пунктами измерительного комплекса полигона Байконур (ПИК - Полигонный Измерительный Комплекс). Основной схемой траекторных измерений считалась трёхпунктовая. Измерительные пункты комплекса предполагалось оснастить доработанными, по сравнению с применявшимися в ПИКе, траекторно-измерительными станциями, работающими во взаимодействии с бортовым ответчиком их сигналов, аппаратурой единого времени, серийными радиолокационными станциями, средствами проводной и радиосвязи, а также новой аппаратурой ПОЗУ. Так сокращённо называлось полуавтоматическое устройство для предварительной обработки, запоминания траекторной информации, поступающей со станций траекторных измерений, и передачи двоичным кодом по средствам связи на вычислительную станцию. Кроме того, предполагалось оснастить большинство ИПов телеметрическими станциями и станциями для передачи на борт спутника управляющих команд (командных радиолиний - КРЛ).
Первый спутник. Создание КИК.
 
16 марта 1954 года в Отделении Прикладной математики АН СССР у М.В. Келдыша состоялось первое специальное совещание по определению круга научных задач, решаемых с помощью ИСЗ. 30 января 1956 года было принято Постановление ЦК КПСС и СМ СССР № 149-88сс, которым предусматривалось создать под ракету Р-7 неориентированный ИСЗ (объект Д) весом 1000…1400 кг с аппаратурой для научных исследований весом 200…300 кг. Срок первого пробного запуска объекта Д - 1957 год. Этим решением головной организацией, несущей ответственность за разработку и изготовление спутника, было определено ОКБ-1 во главе с С.П. Королёвым. К работам по подготовке запуска спутника были привлечены коллективы главных конструкторов В.П. Глушко, Н.А. Пилюгина, М.С. Рязанского, В.П. Бармина, В.И. Кузнецова. Разрабатывалось три варианта объекта Д, различавшихся составом научной аппаратуры:
- научный (геофизический, астрофизический - Д-1);
- биологический (с биологическими объектами, в том числе с собакой - Д-2);
- технологический (для отработки систем космических аппаратов - Д-3).
 
Альтернативой запуска ИСЗ с помощью МБР Р-7 были проработки установки второй ступени на одноступенчатые БРСД: королевскую Р-5 или янгелевскую Р-12.
 
К концу 1956 года выяснилось, что намеченные планы запуска ИСЗ находятся под угрозой срыва из-за трудностей создания научной аппаратуры и более низкой (304 сек. вместо 309-310 сек.) удельной тяги двигателей РН. Правительством был установлен новый срок запуска объекта Д - апрель 1958 года. В ноябре 1956 года С.П. Королев предложил подготовить к запуску простейший спутник («Объект ПС»), который мог быть запущен в апреле - мае 1957 года во время летных испытаний Р-7. Предложение было принято, и 15 февраля 1957 года вышло Постановление, предусматривающее запуск простейшего неориентированного ИСЗ на орбиту, проверку возможности наблюдения за спутником и приема радиосигналов с его борта. Запуск разрешался только после одного - двух стартов ракеты Р-7 с положительным результатом. Тем же Постановлением от 30 мая 1956 г. задача проведения исследований перспектив использования космических объектов для оборонных целей и функции головного института по вопросам баллистики и организации измерений в полёте, а также по управлению космическим аппаратом были возложены на ЦНИИ МО. Иными словами, военный НИИ был определён головным с подключением большой кооперации разработчиков измерительных средств по созданию командно-измерительного комплекса для обеспечения полёта 1-го ИСЗ.
 
 Для решения проблем, связанных с развёртыванием работ по баллистическому и навигационному обеспечению полёта спутника, наблюдению, контролю и управлению работой его бортовой аппаратуры, а также с практической реализацией задач получения, сбора, передачи и обработки всей информации при запуске КА и его орбитальном полёте, в 1955-1956 гг. была проведена научно-исследовательская работа (руководитель А.И. Соколов, заместитель руководителя Ю.А. Мозжорин). В этой работе, в частности, были определены состав и количество командно-измерительных технических средств и их размещение на территории страны. Первоначальный проект был доработан. Научный Координационно-Вычислительный Центр (НКВЦ), оснащённый вычислительными машинами, было решено расположить не на полигоне Байконур, а под Москвой. Исходя из перехода на последовательно-однопунктовую схему траекторных измерений, и с учётом требования возможно более длительного взаимодействия с ИСЗ на каждом витке, число КИПов довели до 13-ти, их дислокация перестала совпадать с местами расположения ИПов Полигонного измерительного комплекса (ПИКа). Командно-измерительные пункты необходимо было рассредоточить по всей территории страны с востока на запад. При этом все трассы пролетающих над нашей территорией ИСЗ, смещаясь от витка к витку в западном направлении, будут проходить через зоны радиовидимости КИПов. Следовало также учесть, что ИСЗ движутся относительно поверхности Земли в северо-восточном или в юго-восточном направлении, поэтому КИПы должны быть рассредоточены на территории страны также и по широте.
 
Размещение пунктов на территории страны требовало учета множества факторов. Места старта РН, наклонение плоскости орбит спутников и плоскости земного экватора, возможности одновременных траекторных измерений из нескольких точек, что было необходимо для более точного определения и прогнозирования параметров орбиты, дублирование пунктов для обеспечения надежности управления спутниками. К требованиям баллистиков добавляли свои и связисты: местность должна быть равнинной, чтобы осуществлять максимальный радиообзор, поблизости не должны располагаться крупные предприятия, магистральные железные, шоссейные дороги и высоковольтные линии электропередач, создающие помехи устойчивому радиоприему. Непростыми были и трудности организационного порядка.
 
В сжатые сроки надо было заказать доработку, изготовление и поставки промышленностью технических средств. Найти места размещения командно-измерительных пунктов в малонаселённых отдалённых районах, удовлетворяющих технологическим особенностям работы комплекса со спутниками. Необходимо было организовать связь КИПов с Центром КИК и другими абонентами, их электроснабжение, доставку личного состава, техники и грузов, создать приемлемые условия труда и быта. Надо было сформировать воинские части, укомплектовать их технически подготовленными кадрами, способными переносить тяготы необустроенной жизни.
 
Измерительные пункты комплекса предлагалось оснастить траекторно-измерительными станциями, работающими во взаимодействии с бортовыми ответчиками их сигналов, аппаратурой единого времени, серийными радиолокационными станциями, средствами проводной и радиосвязи, а также полуавтоматическими устройствами для предварительной обработки, запоминания траекторной информации, поступающей со станции траекторных измерений, и передачи двоичным кодом по каналам связи на вычислительную станцию. Предлагалось оснастить пункты станциями для приёма телеметрической информации. Рекомендовалось также разработать для оснащения КИПов станции передачи на борт спутника управляющих команд. В проекте была обоснована необходимость расчёта и передачи КИПам целеуказаний для наведения антенн их станций в направлении к ИСЗ.
 
Проект был одобрен и утверждён Государственной экспертной комиссией. По результатам этих работ Постановлением Совета Министров от 3 сентября 1956 г. было принято решение о создании командно-измерительного комплекса. Головной организацией по созданию наземного командно-измерительного комплекса для обеспечения полета 1 ИСЗ в 1957 году был определен НИИ-4 МО. Решение о возложении на МО новых функций - управления космическими объектами - принял Министр обороны Г.К. Жуков. В соответствии с этим Постановлением Директивой заместителя Министра Обороны СССР от 8 мая 1957 г было поручено сформировать в составе 4-го НИИ МО Центр по руководству и координации работ комплекса измерительных средств, средств связи и систем единого времени объекта «Д» - головную войсковую часть, а также Научно-Координационную Вычислительную часть (НКВЧ или Координационно-Вычислительный Центр - КВЦ) и узел связи.
 
НКВЧ представляла собой прототип будущих центров управления космическими аппаратами. На НКВЧ в дальнейшем стали функционировать межведомственные Главные оперативные группы управления (ГОГУ). Каждая из них создавалась для оперативного телеконтроля и телеуправления космическими аппаратами родственных типов и объединяла различные оперативные группы по отдельным направлениям решения задач ГОГУ.
 
Начальником Центра КИК, которому был присвоен номер войсковая часть 32103, был назначен заместитель начальника НИИ - 4 по политической части генерал-майор Андрей Авксентьевич Витрук.
 
Одновременно этой же директивой предусматривалось формирование 13-и отдельных научно-измерительных пунктов (ОНИП) в различных районах страны.
 
Их решили расположить в районах следующих населённых пунктов:
ст. Тюра-Там Кзыл-Ординской обл. Казахской ССР (КИП-1 или ИП-1Д),
ст. Макат Гурьевской обл. Казахской ССР (КИП-2),
ст. Сары-Шаган Джезказганской обл. Казахской ССР (КИП-3),
г. Енисейск Красноярского края (КИП-4),
пос. Искуп Красноярского края (КИП-5),
пос. Елизово Камчатской обл. (КИП-6),
пос. Ключи Камчатской обл. (КИП-7),
пос. Гижига Магаданской обл. (КИП-8),
г. Красное Село Ленинградской обл. (КИП-9),
г. Симферополь Крымской обл. (КИП-10),
пос. Сартычалы Грузинской ССР (КИП-11),
г. Новосибирск (КИП-12),
г. Улан-Удэ Бурятской АССР (КИП-13).
 
В качестве технических средств для оснащения КИП использовались:
- системы телеметрического контроля СТК-1 «Дон», СТК-2 «Нева», «Индикатор-Т», телеметрические станции измерения медленно меняющихся параметров «Трал», телеметрические станции измерения быстро меняющихся параметров РТС-5, телеметрические станции РТС-2, РТС-3, РТС-4;
- системы траекторных измерений - «Индикатор-Д», РУП «Факел-Д», радиодальномеры «Бинокль-Д», фазометрические радиоугломерные станции «Иртыш-Д»;
- оптические средства - кинотеодолиты KTh-41 и КТ-50 и кинотелескопы КСТ-80;
- для передачи команд на борт - станция МРВ-2М;
- аппаратура службы единого времени (СЕВ) «Бамбук».
 
Первые восемь КИПов, условно именовавшихся «большими», оснащались полным комплектом технических средств. В него входили: станции траекторных измерений «Бинокль-Д», работающие с бортовым ответчиком, «Иртыш-Д» - с бортовым передатчиком, радиолокационные станции СОН-2Д, П-20, П-30 - без бортовой аппаратуры, и аппаратура СЕВ «Бамбук-Д» (индекс «Д» означал доработку технических средств для обеспечения полёта объекта Д - искусственного спутника Земли.)
 
Радиолокационные станции П-20 и П-30, двухканальные радиопеленгаторы СОН-2Д, созданные на базе станции орудийной наводки зенитной артиллерии СОН-2, предполагалось использовать для наведения более совершенных и высокоточных станций траекторных измерений «Бинокль-Д» и «Иртыш-Д». Практика показала, что разработанные баллистиками методы расчёта орбиты ИСЗ и целеуказаний для средств КИКа настолько точны, что эти станции могли входить в связь со спутником самостоятельно, без помощи станций СОН-2Д. Но информация, собранная с помощью станций СОН-2Д, не пропала бесследно, а была использована для исследования условий распространения УКВ-радиоволн в атмосфере Земли.
 
На «большие» КИПы поставлялись также телеметрические станции РТС-8, командные станции МРВ-2М, а также аппаратура ПОЗУ «Кварц». Телеметрическая 8-канальная станция РТС-8 разработки СКБ-567 (главный конструктор Е.С. Губенко) предназначалась для приёма телеметрической информации о работе бортовых систем. Запись полученной информации осуществлялась на 12-шлейфовых осциллографах на фотоплёнку. Командная радиолиния МРВ-2М была разработана НИИ-648 (научный руководитель Н.И. Белов). Эта аппаратура работала в режиме непрерывного излучения в диапазоне частот 35-50 МГц на дальности 1500-2000 км и могла передавать до 20 разовых команд. ПОЗУ (Полуавтоматическое, Осредняющее, Запоминающее Устройство) «Кварц» разработки ОКБ Ленинградского политехнического института (руководитель Т.Н. Соколов) предназначалось для запоминания, обработки результатов траекторных измерений, получаемыми станциями «Бинокль-Д», и передачи выходных данных в КВЦ.
 
Для информационного взаимодействия КИПов с Центром КИКа и КВЦ предусматривались следующие средства связи: коротковолновые приёмные и передающие радиоцентры, радиостанции Р-102, Р-110, приёмники «Берилл», телеграфные аппараты СТ-35 и аппаратура вторичного уплотнения ТТ-12/17.
 
Остальные, «малые» КИПы, оснащались только станциями РТС-8, МРВ-2М, аппаратурой СЕВ и средствами связи.
 
Учитывая необходимость развертывания пунктов в не обустроенных местах в кратчайшие сроки, технические средства для КИП комплектовались преимущественно в подвижном варианте, смонтированными на автомобильных шасси в универсальных кузовах - КУНГах. Формирование КИП происходило на территории НИИ-4 в мае - сентябре 1957 года. Формирование воинских частей командно-измерительного комплекса началось с тщательного подбора и назначения кадров на руководящие должности. Учитывая непроторенные пути развития, обустройства и применения принципиально новых воинских частей с неизведанными прежде ответственными задачами и крайне сжатые сроки решения этих задач, на руководящие должности назначались офицеры с богатым опытом участия в Великой Отечественной войне и обстоятельной подготовкой в ВВУЗах страны.
 
В короткий срок, с июня по август 1957 года, командно-измерительные пункты были укомплектованы офицерским составом и техническими средствами. Особенностями начального периода оснащения КИКа техническими средствами явилась ориентация на использование самостоятельных многофункциональных систем, выполняющих раздельно задачи измерения параметров траектории, управления бортовыми системами путём передачи разовых команд и программ управления, приёма информации и связи.
 
Подготовка и распределение по КИПам солдат и сержантов проводилась на специальных сборах на Государственном Центральном полигоне Капустин Яр. Там их отбирали по специальностям, обучали, готовили к работе в составе расчётов. Вспоминает полковник Каркач Александр Яковлевич, который в то время проходил службу на Государственном Центральном полигоне в должности командира отдельного батальона связи: «Весной 1957 года на пополнение отдельного батальона связи, которым в то время я командовал, прибыли новобранцы. Как правило, они имели 5-7 классов образования. Одновременно к батальону было прикомандировано более 300 молодых солдат, все как один, со среднетехническим и средним образованием. Перед их прибытием меня вызвал начальник полигона генерал-полковник Вознюк Василий Иванович и поставил задачу: «Прикомандированных новобранцев разместить в батальоне, обмундировать новым вещевым имуществом, организовать их обучение и приём военной присяги. Эти солдаты предназначены для укомплектования воинских частей, которые будут управлять объектом «Д». Затем Вознюк спросил: «Ты знаешь, что такое объект «Д»?» Я ответил: «Не знаю». Тогда Вознюк сказал «Подожди, осенью узнаешь». Так я впервые услышал об объекте «Д» - будущем искусственном спутнике Земли.
 
В соответствии с приказом начальника полигона, из прикомандированных новобранцев были сформированы учебные подразделения, для их обучения из состава батальона были назначены лучшие офицеры и сверхсрочники. Старшиной учебных сборов был назначен старшина сверхсрочной службы Начкин Николай Фёдорович, который в дальнейшем служил на КИП-14 в Щёлково-7 командиром хозяйственного взвода.
 
После обучения новобранцев по программе молодых солдат и принятия ими военной присяги, прикомандированные к батальону солдаты, командами по 30-40 человек, были отправлены на КИПы по своим воинским частям для дальнейшего прохождения службы».
 
На железнодорожной ветке, заходившей на территорию НИИ-4, прямо вдоль железнодорожной насыпи отгораживались участки, на которые свозилась техника всех видов. Когда все имущество пункта собиралось, подавались железнодорожные вагоны, техника и аппаратура грузились, в отдельные теплушки размещались солдаты и часть офицеров. Эшелоны с людьми, техникой и имуществом были отправлены к местам дислокации в августе - сентябре 1957 года.
 
На долю первопроходцев выпала нелёгкая и ответственная задача. Несмотря на необжитые, зачастую таёжные и полупустынные назначенные районы базирования, к началу октября 1957 года двенадцать КИПов были развёрнуты и готовы к работе. Была проверена работоспособность технических средств в автономных режимах и во взаимодействии с бортовой аппаратурой ИСЗ, установленной на специально оборудованных самолётах Ил-14, которые совершили испытательные облёты КИПов.
 
Источник: "Космос в ладонях антенн. История 14-го командно-измерительного пункта (г. Щёлково)"
Авторы: А.В. Ильин, А.Я. Каркач, М.В. Луканов