Служба тыла КИК
 
Надежный тыл - залог успеха.
Из воспоминаний полковника запаса А.И. Кондраштина -
Заместителя начальника Главного испытательного центра (испытаний и управления космическими
средствами - ГИЦИУ КС) по тылу - начальника тыла в период 1998-2001 гг.
 
Ежегодно 1 августа отмечается День Тыла Вооруженных Сил, которому уже более 300 лет. За точку отсчета принят 1700 год, когда Петр 1 подписал Указ о хлебных запасах ратных людей. Тыл -обратная сторона фронта и неразрывно связан с историей Вооруженных Сил как их составная часть. Наш сегодняшний собеседник Кондраштин Александр Игоревич-полковник запаса, заместитель начальника Главного испытательного центра (испытаний и управления космическими средствами) по тылу-начальник тыла в период 1998-2001годы.
 
Вот что о нем написано в книге «История командно-измерительного комплекса управления космическими аппаратами от истоков до Главного испытательного центра имени Г.С.Титова»: В тяжелый для Вооруженных Сил период не только сохранил достойное место тыла Главного Центра в системе тылового обеспечения Военно-космических Сил, но и добился его лидирующего положения в Ракетных войсках стратегического назначения (РВСН).В условиях острой нехватки материальных средств, порой доходящей до критического состояния, оперативно обеспечивал взаимодействие с тылом военных округов, эффективно организовывал работу всех должностных лиц тыла. Под его руководством тыл Главного Центра занял в 1998 году 2ое место в Вооруженных Силах по результатам развития подсобных хозяйств, а с 1998 по 2001 годы - 1ое место среди объединений, полигонов и космодромов РВСН по основным показателям. Награжден орденом «За военные заслуги» медалями СССР, РФ, ГДР.»
 
 - Александр Игоревич,  что-же такое войсковой тыл?
А.И: Тыл, как составная часть Вооруженных Сил РФ, представляет собой совокупность сил и средств, предназначенных для тылового обеспечения войск в мирное и военное время.
 
 -  А если на простом доступном языке?
А.И: Войсковой тыл - это то, без кого и чего невозможно защитить наше отечество.
Посудите сами, на протяжении всей нашей современной истории, при обеспечении боеготовности войск невозможно обойтись без подвоза боеприпасов, других различных материальных средств, заправки горючим  техники. Продовольственное, вещевое, медицинское, торгово-бытовое, техническое (по службам тыла) обеспечение - все это также является основными задачами в организации тылового обеспечения Вооруженных Сил Р.Ф.
 
 - Александр Игоревич, обращаясь к Вашему послужному списку, Вы на руководящих должностях войскового тыла с начала 80-х годов. Помог ли опыт, приобретенный Вами в многолетней военной службе при руководстве тылом Главного центра?
А.И:  Конечно помог. Как офицер последовательно служил на должностях начальника службы части, соединения. После окончания Военной академии тыла и транспорта прибыл в Казахстан на Балхашский НИП-3 (ст. Сары-Шаган) заместителем командира части по МТО. С начала 90-х годов руководил продовольственным отделом, штабом тыла Главного центра. Приобретенный опыт стал главным моим подспорьем в службе на должности заместителя начальника Главного центра по тылу.
 
 - Таким образом, все проблемы тыла 80-х и 90-х годов Вы знаете не  понаслышке, а прочувствовали, что называется «кожей»?
  АИ: Все военнослужащие со своими семьями прочувствовали на себе этот сложный период и для многих он оставил глубокий след в жизни.
 - Результаты, которые Вы достигли, как руководитель тыла, важны и значимы в истории Главного центра, который в этом году отмечает свой 55-ти летний юбилей. Как Вам удалось их добиться в таком сложном периоде 90-х годов?
 АИ: Хочу сразу Вас поправить. Эти результаты добился не лично я, а весь большой  коллектив тыла Главного центра и входящих в его состав воинских частей. Все эти достижения стали возможны за счет умелого руководства начальников Главного центра: генералов Иванова В.Н., Западинского А.Б. ,их заместителей по тылу полковников Дремова В.К., Чапурова В.П., и всех специалистов тыла, достойно выполнявших свои служебные обязанности.
 
 - А если подробнее и конкретнее?
  АИ: Тогда попрошу уважаемых читателей набраться терпения и представляю на их суд материалы из своих воспоминаний.
 
На крутых офицерских маршрутах
Жизнь моя сюжетами лежит
Я хотел бы вспомнить поименно
Тех, кто нашим прошлым дорожит
 
Мечтая о будущем, невозможно забывать прошлое, которое продолжает жить с нами. У каждого оно индивидуальное, по-своему особенное, и является неотъемлемой частью нашей жизни.
 
Для меня одним из самых важных этапов моего прошлого - это военная служба в Вооруженных Силах и здесь особое место занимает период моего управления тылом ГИЦИУ КС (Главный центр). Он полностью соответствовал тому сложному положению, в которых находились Вооруженные Силы РФ и Военно-космические Силы РФ (ВКС), как их составная часть.
 
Суровые будни.
 
Реформирование тыла ВКС и дальнейшее его подчинение тылу Ракетных войск стратегического назначения (РВСН) повлекли за собой частичные изменения системы тылового обеспечения Главного центра и на начальном этапе создали множество проблем не только практического, но и психологического характера.
 
Для эффективной работы в новых условиях необходимо было в сжатые сроки организовать взаимодействие с новыми органами управления, уяснить и применить в своей деятельности жесткие требования руководящего состава Ракетных войск.
 
Острый дефицит денежных средств, выделяемых на организацию тылового обеспечения в Вооруженных силах, и как следствие, нехватка в воинских частях таких жизненно необходимых материальных средств, как горючее и смазочные материалы (ГСМ), продовольствие, медицинское, вещевое и противопожарное имущество принимает масштабный характер.
В этот период основными задачами становятся:
- создание и накопление запасов материальных средств;
- эффективное взаимодействие с тылом довольствующих (обеспечивающих) военных округов,
- жесткий контроль за законным и экономным расходованием материальных средств;
- получение внебюджетных средств по службам тыла.
 
Главным в сложившихся условиях было бесперебойное обеспечение воинских частей материальными средствами и недопущение срывов в организации тылового обеспечения в целом.
 
Период 1998-2000 годы ознаменовался острой нехваткой ГСМ. Запасы в воинских частях из-за перебоев финансирования не пополнялись с довольствующих баз, складов и катастрофически снижались. Наиболее сложное положение сложилось в воинских частях, дислоцированных на территориях Дальневосточного и Забайкальского военных округов, в таких регионах, как Камчатка, Уссурийск, Улан-Уде, Комсомольск-на-Амуре. Выделенные лимиты на расходы горючего составляли лишь 30% от необходимой потребности и ставили под угрозу выполнение задач по обеспечению жизнедеятельности не только самих частей, но и целых военных гарнизонов, где проживали военнослужащие, служащие и члены их семей.
 
Острый дефицит автомобильного бензина, дизельного топлива, масел и смазок ставил под срыв весь подвоз материальных средств. Руководящим составом Главного центра проводилась жесткая работа по соблюдению лимита расхода горючего. В воинских частях были определены малочисленные транспортные группы для обеспечения их жизнедеятельности, остальная техника была остановлена. В некоторых частях такие группы состояли всего из 3-х единиц техники: скорая медицинская помощь, продуктовая, дежурный автомобиль.
 
В это время особый контроль осуществлялся за состоянием неприкосновенного запаса (НЗ) горючего в частях. Любыми путями не допустить его расхода, даже частичного, с последующим пополнением, было очень сложной задачей, но она была выполнена. В воинских частях, расположенных в таких регионах, как Уссурийск, Енисейск, Улан-Уде, Малоярославец, были периоды, когда остаток горючего не превышал 100 литров, а пополнение возможно было лишь через неделю и более, но ни одного литра из НЗ не было изъято.
 
Прежние перебои в обеспечении продовольствием в частях отошли на второй план. Соблюдение норм замены одних продуктов другими, позволяло, хотя и с трудом, обеспечивать личный состав общевойсковой нормой. С горючим такие замены не были возможны.
 
Наиболее трудным и драматичным в период 1999-2001 годов было обеспечение частей котельным топливом. Технику подвоза можно было остановить, остановка котельной в зимний период в частях расположенных в таких регионах, как Улан-Уде, Уссурийск, Комсомольск-на-Амуре, Камчатка было равносильно катастрофе.
 
Зима 1999 года. Запасов котельного топлива в части, расположенной вблизи города Уссурийска, осталось на несколько суток. Температура воздуха ниже 35 градусов. В Комсомольске-на-Амуре положение не лучше. Времени на телефонные переговоры с руководством тыла Дальневосточного военного округа нет. Поставка котельного топлива задерживается до погашения задолжности  Министерства обороны РФ (МО РФ) довольствующим нефтебазам, то есть на неопределенный срок. Остановка котельной, хотя бы на несколько часов приведет к полному выходу из строя систем тепло-водоснабжения не только на объектах военного назначения, но и в жилых городках семей военнослужащих и служащих МО РФ. Немедленно убываю во Владивосток. За полетное время принимаю решение действовать через директора Уссурийского ремонтного завода, который руководит поставкой котельного топлива для всего района, и любыми средствами достичь договоренности о получении в долг прожиточного минимума топлива для части. Выход один - обещать деньги для погашения долгов и убедить директора предприятия, что это обещание будет выполнено в кратчайшие сроки. В течение суток такая договоренность было достигнута. Чрезвычайная  ситуация было вовремя локализована. На полученном топливе часть продержалась до основных поставок.
 
Переезд в Комсомольск-на-Амуре и прибытие в часть как раз совпали с остановкой котельной. Решение одно: используя опыт предыдущей договоренности в Уссурийске, попросить котельное топливо в долг в районный ТЭЦ. Положение осложняло то обстоятельство, что остановка котельной совпала с выходными днями. Пришлось идти на различные ухищрения, чтобы достичь договоренности с руководством ТЭЦ о встрече. Директору предприятия я представился… космонавтом, полет которого должна обеспечивать часть, расположенная в пригороде города Комсомольска-на-Амуре, и что он лично будет ответственен за срыв "моего полета" перед Правительством России! Происходящая сцена в кабинете директора напоминала  кадры из фильма «Золой теленок», где О. Бендер представлялся сыном героя революции лейтенанта Шмидта. Директор, глядя на меня, держал «МХАТовскую паузу» и чем дольше она была, тем отчётливее я представлял себе, что мой «полет» состоится очень скоро, причем до ближайшего милицейского участка, где суровые парни обеспечат мне настоящую «предполетную подготовку». К счастью, эта вынужденная фантазия подействовала на руководителя предприятия. Он с благодарностью принял от меня вымпел и значок с космической символикой, попросил автограф, и сделал всё необходимое для реанимирования котельной, которая в это время являлась сердцем части.
 
В подобных ситуациях нам, офицерам-снабженцам, приходилось оказываться часто, и порой проявлять такую смекалку, которой мог бы позавидовать любой командир.
 
Умение принимать за короткое время нестандартное и эффективное решение в различных условиях службы было одним из главных критериев в обучении и подготовке нас - выпускников военных училищ и академии тыла.
 
Представьте себе выпускника Вольского военного училища тыла, которому всего 21 год,  а он уже назначается на должность начальника продовольственной службы мотострелкового полка, развёрнутого по боевому штату, где на довольствии стоит до 1500 военнослужащих, которые месяцами проводят в полевых учениях и выездах. Именно от него зависит своевременное,   полное обеспечение  продовольствием и организация качественного питания личного состава части, подвоз, хранение, учет сотен тонн материальных средств службы, причем не только в стационарных, но и в полевых условиях. Метод проб и ошибок для начинающих офицеров  в таких обстоятельствах был нежелателен,  так как многим он стоил не только уголовной ответственности, но и самой жизни. В начале 80-х годов юные выпускники тыловых училищ возглавляли и с оружием в руках защищали  автоколонны с материальными средствами, обеспечивали всем необходимым боевые части и подразделения 40-й армии в Афганистане, являясь при этом одними из главных мишеней для противника. Затем были Чернобыль, боевые действия в Таджикистане, Чечне, Абхазии. Мой однокашник по военному училищу подполковник Амирханян Р.А. за мужество и героизм в ходе боевых действий в Афганистане награжден орденом Красного Знамени. В одном из боев он был тяжело ранен, в результате чего ему ампутировали обе ноги. Но этот волевой офицер не пал духом, остался в Вооруженных Силах и в течение  семи лет обучал и воспитывал курсантов родного училища.  Впоследствии, Амирханян Р.А. возглавил один из крупнейших населенных пунктов Вольского района Саратовской области. Примеры подобного героизма были не единичны.
 
Проходя обучение в Ленинградской военной академии тыла и транспорта, я с гордостью общался со своими коллегами, сослуживцами - кавалерами нескольких боевых орденов, медалей за отвагу, боевые заслуги и с горечью узнавал имена погибших, с которыми совсем недавно жил в одной казарме и был в одном строю.
 
Перемещая стрелку памяти назад, вспоминаю декабрь 1979 года, когда курсантом выпускного курса военного училища был направлен на войсковую стажировку в часть прикрытия границы с Афганистаном, расположенную в пригороде Киргизского города Ош.
 
Мое прибытие в полк совпало с принятием решения Советского правительства по вводу войск на территорию Афганистана, которое в то врямя было, конечно же, особо секретным. До последнего момента убытия из гарнизона военнослужащие считали, что их направляют на учения. Я прибыл в часть за 6 дней до этих знаменательных событий и как все, не мог знать, что именно этот мотострелковый полк одним из первых будет выполнять боевую задачу в мятежной республике.
 
Разместившись после курсантской казармы в холостяцком общежитии, я сразу же начал вливаться в офицерский коллектив, в полном смысле этого слова. Молодые, здоровые, веселые парни начали наперебой обучать меня азам предстоящей самостоятельной жизни военного. Кругом царила предновогодняя суматоха, приподнятое настроение и веселье. За несколько дней эти бравые офицеры стали мне близки по духу и я очень дорожил общением с ними.
 
Боевая тревога застала всех нас за очередным застольем и балагурством. Попрощавшись и выпив на посошок, я никак не предполагал, что со многими  вижусь в последний раз. Учитывая тот факт, что этот полк был одним из первых при вводе войск, он уже при совершении марша начал нести значительные потери личного состава и техники. Шоком для всего Ошского гарнизона стали первые гробы с погибшими, которые доставлялись в солдатский клуб для прощания. Среди них были и те разудалые офицеры, на которых еще несколько дней назад я смотрел с завистью и старался во всем им подражать. Военно-медицинские термины: санитарные и безвозвратные потери стали впервые для всех нас не учебными, а реальными.
 
Оставшись совершенно один в общежитии, я бродил по открытым комнатам, смотрел на разбросанные по-холостяцки вещи и с болью в душе всматривался в фотографии, на которых были запечатлены близкие тех, кого уже нет в живых. Особенно тяжело было осознавать, что родные и любимые погибших, ничего не знали о том горе, которое уже стояло на пороге их дома.
 
В мирных условиях для нас были свои «горячие» точки. На одной из них хочу остановиться поподробнее, так как ситуация была типичная для многих специалистов войскового тыла. Проходя службу в начале 80-х годов в Группе Советских войск в Германии (ГСВГ) в должности начальника продовольственной службы танковой дивизии, принимал участие в крупных оперативно-тактических учениях стран Варшавского договора «Союз-83». На завершающем этапе учений мне была поставлена задача на одной из точек Магдебургского полигона развернуть полевой хлебозавод, обеспечить выпечку хлеба до 6 тонн в сутки, а также установить палатку на 40 человек и организовать праздничный обед политических деятелей и министров обороны стран-участниц Варшавского договора. Принимающими сторонами были Министр обороны СССР маршал Устинов Д.Ф. и руководитель Германской Демократической республики Эрих Хонеккер. При оборудовании места мероприятия пришлось предусмотреть развёртывание 2-х палаток. Одна предназначалась для обеденного зала, а другая, примыкавшая к ней - производственная, для приготовления пищи и других технологических нужд.
 
В назначенное время политики и военные, чьи лица до этого я видел только на портретах, чинно расселись за красиво сервированным столом, полным различных яств. Палатка была оформлена в русском стиле: с рушниками, зеркалами, коврами и могла сравниться своим видом и обслуживанием с шикарным рестораном. Во время приготовления горячего блюда поваром был допущен пролив воды на раскаленный с растительным маслом противень полевой кухни, что немедленно дало огневой столб, за которым последовал пожар. Понимая, что палатка горит считанные секунды,  не обращая внимание на ожоги, обрываю огненный  поднамет и тем самым отсекаю горящую производственную палатку от палатки - зала, где во всю звучат тосты за боевое содружество. Все это было сделано быстро и оказалось незамеченным сидящими в зале.
 
Положение было катастрофичным. Мало того, что одна палатка со всей утварью превратилась в угли и пыль, но и срывался весь обед, так как подавать было нечего. Вынужденную заминку заподозрил один из присутствующих политработников. Оказавшись на месте, где несколько минут назад всё благоухало, он увидел меня в остатках обмундирования и тихо воющего повара. С искажённым от увиденного лицом, он зловеще прошипел мне в лицо: «Ну что, старлей, доигрался? Вопрос о твоем пребывании в армии и партии уже не стоит». Находясь в оцепенении, я задал ему встречный вопрос: «А что тогда стоит?». «Вопрос стоит по какой статье уголовного кодекса тебя судить», - рявкнул мне «добрый» и «чуткий» офицер. В это время передо мной как из земли выросли фигуры двух генералов: Шуралева В.М. - Командующего 2-й танковой армии и его заместителя по тылу Абрамова А.К. Первый стоически наблюдал за происходящим, а второй, заикаясь от волнения, что-то пытался мне объяснить. Неугомонный политработник, видимо желающий моего полного уничижения, указывая на меня (весил я в то время чуть более 50 кг), с язвил: «Посмотрите на этого начпрода, он  сам не ест и другим не дает». Слова командарма Шуралева В.М.: «Сынок, сделай что-нибудь, не подведи», - вернули меня в действительность и заставили думать и делать все значительно быстрее. Заприметив неподалеку готовящихся к обеду солдат комендантской роты, принимаю решение накормить персон обычным солдатским обедом из красиво оформленных блюд. Перенеся на 40 минут обед для солдат и взяв в помощники одуревших от происходящего официанток, дружно исправляли ситуацию. В результате, на первый взгляд, получились очень изысканные блюда. Облачившись поверх своих лохмотьев в поварскую одежду и приняв для храбрости 100 грамм водки, я вошел в палатку - зал. Все присутствующие обратили на меня свой взор. Прикрывая обожженные руки полотенцем, я  старался не смотреть в сторону Командующего армии, который в этот момент, вероятно, думал, что я окончательно спятил и не уйду отсюда, пока не доведу начатое до конца и не устрою настоящий международный скандал. «Дамэн унд хэрэн!» - обратился я на ломанном немецком языке к присутствующим. Вам предлагается обед из лучших блюд общевойскового пайка Советской армии, приготовленный лучшими армейскими поварами - это наш сюрприз!». Не дав опомниться находившимся в обеденном зале, в том числе и представителям спецслужб, с которыми накануне меню было тщательно согласовано, красивые девушки-официантки ручейком начали подавать блюда.
 
Удалившись из палатки в ожидании конца этого злополучного обеда, я представлял себя без погон в камере предварительного заключения. Мои грустные мысли прервал вновь выросший из земли генерал Абрамов А.К., который произнес только одну фразу: «Добавки!». Пришлось вторично переносить солдатам обед на час, организовав им промежуточное питание.
 
Затем были благодарности, песни в раскачку и обнимку с самим Хонеккером. Но это было уже не столь важным. Позже, вспоминая о происходящем, я отчетливо представлял, к каким серьезным последствиям могли привести моя растерянность и медлительность при принятии единственного правильного решения в сложившихся обстоятельствах.
 
Само время определяло наши поступки. Не касаясь идеологической темы, могу с уверенностью сказать, что поколение 70-х и 80-х годов никогда не было «застойным» и имело свой внутренний стержень, на котором держались такие качества человека, как патриотизм, ответственность и чувство долга перед своим Отечеством. И это не громкие фразы, а объективная реальность, доказанная временем.
 
И вновь вернемся в 90-е годы. Организация  продовольственного обеспечения была также затруднена. Запасы продовольствия на складах воинских частей были значительно ниже установленных норм содержания, а ассортимент очень скудным. Довольствующие базы отпускали продовольствие нерегулярно из-за тех же финансовых проблем в Министерстве обороны РФ. Было принято решение, в первую очередь при получении денежных средств оплачивать поставки хлеба и искать собственные резервы и ресурсы для обеспечения личного состава такими важными продуктами питания, как мясо, рыба, молоко, овощи. Девизом нашей работы в этот период стали крылатые слова генерала Хрулева А.В. - выдающегося военного руководителя, Заместителя Министра обороны по тылу в период 1940-1950 годов: «Начальник тыла без резерва - жалкий созерцатель надвигающегося на него краха».
 
Осень 1999 года. Итоговая проверка воинской части, расположенной в районе города Уссурийск. Личный состав несколько месяцев питается одними консервами и более месяца сухарями. Ассортимент продуктов на складе минимален. Такое же положение дел еще в нескольких частях Главного центра. Договоренности с довольствующими продовольственными базами, складами, носят лишь временный и бессистемный характер. Необходим другой путь решения данной проблемы, и он был найден через развитие подсобных хозяйств и получения внебюджетных средств. Каждой воинской части были поставлены конкретные задачи по содержанию определенного количества крупного рогатого скота, свинопоголовья, птицы, выращиванию овощных культур, зелени, использованию возможностей природы тех регионов, в которых размещались сами части. Всё это дало свои конкретные результаты. При успешном развитии подсобных хозяйств личный состав частей обеспечивался мясом, молоком, овощами и зеленью собственного производства на период до 3-х месяцев, а в некоторых частях  и до полугода. На обеденных столах солдатских, офицерских столовых появились дары природы - красная рыба с Камчатки, лимонник из Уссурийска, грибы, орехи, ягоды из Колпашево, Улан-Уде, Малоярославца, фрукты из Ейска.  Эффективное решение продовольственной проблемы позволило организовать не только полноценное питание личного состава срочной службы, но и обеспечить продовольственными пайками офицеров, прапорщиков и членов их семей, что было не менее важной и социально необходимой задачей.
 
Особое значение в организации питания в этот период уделялось столовым дежурных смен. Здесь лучшим примером стала столовая Главного центра, возглавляемая прапорщиком Яковлевой Т.Г. Имея опыт работы, отличные организаторские и профессиональные качества, она сформировала коллектив, способный творить продовольственные чудеса из того скудного ассортимента продуктов, которым была обеспечена. Питание и обслуживание было на таком высоком уровне, что заставляло приятно удивляться всех, кто питался в этой столовой. Причем, всё это было не на показ, а было нормой для этого объекта и достигалось ежедневным трудом всего коллектива . Высоко поднятая планка столовой дежурных смен Главного центра стала ориентиром для всех подобных столовых в воинских частях.
 
Для большинства офицерского состава такие столовые, как их сокращенно называли СДСки, были единственным источником питания не только самих военнослужащих, которые месяцами не получали денежного довольствия, но и членов их семей. Часто в таких столовых офицеры, заступающие на суточное дежурство, бережно складывали в термоски свой паек и передавали их своим родным, довольствуясь малым. И что греха таить, многие командиры шли на различные нарушения, увеличивая расчеты дежурных сил больше положенного,  чтобы накормить своих подчиненных, поддержать их семьи. Абсолютно убежден, что такая забота в то время была достойна не ревизорского порицания, а настоящего уважения.
 
Не менее сложным был вопрос организации сезонных заготовок картофеля и овощей. По моему мнению, ошибочная практика Главного продовольственного управления Вооруженных Сил РФ навязывать воинским частям районы и источники заготовок, как правило, создавало много проблем для самих частей, которые могли самостоятельно на местах организовать сезонные заготовки с наименьшими затратами и более эффективно. Как следствие такой монополии центрального органа продовольственного обеспечения Вооруженных Сил, картофель и овощи могли прибыть в Воркуту из Ленинградского военного округа, в то время, когда температура в регионе была уже ниже 20 градусов. С подобными проблемами несвоевременных поставок продовольствия сталкивались воинские части, расположенные в районах Енисейска, Колпашево, Якутска.
 
Особенно сложными были вопросы взаиморасчетов с поставщиками продукции сезонных заготовок. Учитывая тот факт, что в роли последних были в основном различные коммерческие структуры, а система оплаты Главным продовольственным управлением Вооруженных Сил не была отрегулирована, окончательные расчеты за поставленную продукцию проходили с большим опозданием. В некоторых регионах такие задержки доходили до 8 месяцев. И здесь «лихие 90-е», как их сейчас называют, коснулись и нас. Некоторые поставщики обращались к криминальным субъектам. Долги выбивались не из тех, кто должен был платить, а с тех, кто получал продукцию. Многие специалисты продовольственной службы попали под настоящий криминальный пресс. В октябре 1998 года было совершено заказное убийство начальника продовольственной службы Дальневосточного военного округа полковника Смотрова С., а в январе 1999 года был убит и его заместитель подполковник Доронин Н. Подобная трагическая учесть постигла многих специалистов тыла этого периода, причем различного уровня, вплоть до генералов. Преступления в отношении них совершались не только в отдаленных, но и в центральных регионах нашей страны. В Московской области бандитами была вырезана семья Заместителя Начальника Тыла Вооруженных Сил генерал - лейтенанта Тихонова Н.Н. Там-же в Подмосковье был застрелен генерал - лейтенант Богачев В.Ф. - бывший Начальник Тыла - Заместитель Командующего войсками Дальневосточного военного округа.
 
Криминальные субъекты пытались контролировать поставки овощей даже на территории нашего ЗАТО  Краснознаменск Московской области. Порой приходилось на себе испытывать угрозы и давление не только со стороны криминалитета, но и коррумпированных представителей различных контролирующих органов. Картофель и овощи составляли значительную часть выдаваемого пайка военнослужащим и членам их семей. Объемы заготавливаемой продукции исчислялись в тысячах тонн, поэтому и были «лакомым куском» для тех, кто хотел на этом нажиться.
 
В целях упорядочивания реализации продукции сезонных заготовок по ценам производителя генерал Западинский А.Б. принимает командирское решение по выдаче продукции непосредственно с территорий самих воинских частей, в том числе и с технической территории Главного центра. Таким образом, криминалу был дан действенный отпор в этой сфере.
 
Отчетливо стало ясно, что к заготовительному периоду необходимо тщательно готовиться заранее. Мне, как руководителю тыла, очень пригодился опыт работы в продовольственной службе. Ранней весной, до начала основных посадок картофеля и овощей выбирались поставщики и районы заготовок, подробно оговаривался порядок взаиморасчетов с указанием максимально поздних сроков оплаты, производились необходимые экономические расчеты - все это доводилось до руководства тыла довольствующих военных округов, вплоть до Главного продовольственного управления Вооруженных Сил. Результатом такой подготовительной работы были утвержденные районы и поставщики, необходимые, прежде всего частям Главного центра.
 
Вещевая служба также не стояла особняком от проблем перебоев в снабжении. Отсутствие стабильного финансирования на нужды вещевого обеспечения не позволяло специалистам этой службы сидеть сложа руки и ждать перемен к лучшему.
 
Задолжность за положенное по нормам снабжения и не выданное военнослужащим вещевое имущество, составляла около 30% всей потребности средств на вещевое обеспечение. В этот период заказы промышленности сократились с 3000 до 120 наименований. Только 1/3 военнослужащих была обеспечена предметами повседневной формы одежды, а военнослужащие-женщины такой формой были обеспечены лишь на 9%. В сложившейся обстановке командование Главного центра принимает вынужденное решение об обеспечении военнослужащих, в первую очередь, предметами летней и зимней полевой формы одежды и обуви.  Банно-прачечное обслуживание личного состава было организовано только за счет воинских частей, а не сторонних организаций. На всю мощь заработали войсковые банно-прачечные комбинаты, устанавливалось новое оборудование, изыскивались возможности для организации пошива и ремонта обмундирования, обеспечения теплыми вещами личного состава, расположенных на территории  Забайкалья, Дальнего востока и Сибири. Вещевым отделом Главного центра было эффективно применено в воинских частях повторное использование инвентарных вещей после химической чистки и ремонта. Вторую жизнь обрели тысячи комплектов обмундирования.
 
Специалисты вещевой службы стали не просто снабженцами, а умелыми менеджерами, способными своевременно обеспечивать вещевым имуществом личный состав частей в таких непростых условиях. Это их трудами и заботами был улучшен внешний вид, повышены эксплуатационные свойства военной одежды и обуви, снаряжения и технических средств службы. Благодаря качественному банно-прачечному обслуживанию личного состава, в частях не было допущено ни одного случая педикулеза (вши), в отличие от воинских частей других видов, родов войск Вооруженных Сил, где такие факты имели место.
 
На новый качественный уровень было поднято ротное хозяйство. Силами командиров, старшин подразделений за счет полученных внебюджетных средств солдатские казармы превращались в современные уютные помещения с оборудованными бытовыми комнатами, где можно было не только привести в порядок свой внешний вид, но и просто отдохнуть.
 
Особенно хочу отметить работу штаба тыла Главного центра в этот период. Формальное планирование деятельности тыла было недопустимым. От каждого плана, расчета, доклада, указания зависел результат материального обеспечения воинских частей. Необходим был тщательный анализ сложившейся обстановки для принятия решения на организацию тылового обеспечения в целом. Из-за большой разницы часовых поясов, в которых находились наиболее отдаленные от Главного центра воинские части, офицерам штаба тыла приходилось порой ночи напролет производить расчеты, собирать и обобщать информацию по обеспечению частей до единицы техники, литра горючего, килограмма масел и смазок, сутодачи продовольствия, комплекта вещевого имущества, чтобы подготовить необходимые выверенные предложения и тем самым не допустить перебоев в организации снабжения частей.
 
Не менее сложные и ответственные задачи приходилось решать и специалистам других служб тыла Главного центра: медицинской, противопожарной и спасательных работ, военных сообщений, экологической, ветеринарной, штабу местной обороны. Я с большой благодарностью и уважением вспоминаю руководителей, специалистов тыла Главного центра и входящих в его состав воинских частей:
 -штаб, службы тыла Главного центра: полковники Заболотнов Е., Майдик В., подполковники Сажин П., Артемов С., Кондратьев С., Попов В., Гафуров А., Малков А., Казаков С., Рвачев А., Рахматулин Ф., Савин В., Марушкин О., Липаев Г., Кондрик Г., Бурцев С., майор Максимов И., старший лейтенант Мартынов А.
 - заместители (помощники) командиров частей по МТО: полковник Пивовар А., подполковники Титов В., Марфин Н., Здитовецкий А., Поповкин А., Ермаков П., Архипов С., Дуплик В., майоры Козаку А., Слепышев И., Бондарь Ю.
 - начальники служб, специалисты тыла частей: майоры Семакин М., Сафонов А., Мицкевич А., Хоманчук А., Топильский С., капитан Кулаков Е., прапорщики Спиридонов Ю., Зубенко С., Ещенко А., Крюков А., Черашов А., Яковлева Т., Загорулько А., Хабибулин Р., Сезонова Н., Зотов А., Железнов В., Юнева И., Артемьев В., Кузнецов В.
 
Именно от них во многом зависел тот результат, которого ждали не только вышестоящее командование, но и все военнослужащие и члены их семей.
 
Большую  поддержку оказывали помощник Начальника Главного центра по кадрам полковник Мячин С.Ф. в решении кадровых вопросов тыла, заместитель Начальника штаба Главного центра полковник Тихоненко А.Г. Во многом благодаря их работе была внедрена эффективная организационно-штатная структура и сформирован работоспособный коллектив тыла всего ГИЦИУ КС.
 
За всё в ответе
 
Успешное решение задач в организации тылового обеспечения периода 1998-2001 годов в основном зависело от слаженной работы командиров и должностных лиц тыла воинских частей. Все понимали, что невозможно условно накормить, одеть, обуть военнослужащего, организовать подвоз материальных средств, заправить технику. Отрывок из песни, которую сочинили про себя офицеры службы горючего, очень актуален и типичен для всех служб тыла:
 
В нашей службе мало героизма
Нам под ноги не летят цветы
Наш удел: насос, труба, канистра
И бензин высокой чистоты
Но не в этом главная примета
Станет мертвой техника без нас
Без горючего не летят ракеты
И танкист не выполнит приказ
 
Само время требовало от нас конкретной работы на результат. В этот период мне, как руководителю, необходимо было, прежде всего, поднять престиж заместителей (помощников) командиров частей по материально-техническому обеспечению,  изменить к ним отношение со стороны командования, считать их не просто хозяйственными работниками (завхозами), а руководителями, принимающими решения на организацию тылового обеспечения, организаторами ведения войскового хозяйства  части. Дать им негласное право называться не просто начальниками, а командирами тыла, и тем самым повысить требовательность к себе и подчиненным, ответственность за результат.
 
Особо отмечаю таких командиров частей, как: полковники Остапенко О.Н., Головко А.В., Сокольчук А.Ю., Доброродный С.В., Бондаренко В.А., Демарецкий Ю.А., Дмитриев Д.В., Липатов Д.Г., Никулин С.П., Царев И.Н., Чариков С.Г., Грищенко В.Н., Солод В.Д., которые проявили  мудрость, выдержку, творчество и организаторский талант в работе со своими специалистами тыла, что в целом составило основу качественной организации всех видов тылового обеспечения частей в этот сложный период.
 
Несмотря на имеющиеся сложности в финансовом обеспечении удалось совершенствовать материально-техническую базу тыла. Были проведены реконструкция и оснащение по современным требованиям более 20 объектов тыла воинских частей, причем  эти результаты в основном были достигнуты за счет получения внебюджетных средств от деятельности тыловых служб.
 
Большой скачок, я бы даже отметил прорыв, был совершен в работе по развитию подсобных хозяйств частей. Он был настолько качественным и эффективным, что по итогам 1999 года Главный центр по производству сельско-хозяйственной продукции занял 2-е место в Вооруженных Силах РФ, что было впервые за всю его многолетнюю историю.
 
Период 1998-2001 годов был ознаменован еще одной серьезной проблемой - борьбой с хищениями, утратами, недостачами и незаконным расходованием материальных средств.
 
Государство в то время не справлялось с поставками материальных и денежных средств, необходимых для жизнедеятельности Вооруженных Сил. Эти проблемы, действующими в ту пору политиками,  напрямую связывались с экономическими преступлениями в Российской армии, которые начали принимать массовый и масштабный характер. На заседаниях различных правительственных комиссий, военных советов, руководителями Вооруженных Сил систематически ставились вопросы по своевременному финансовому и материальному обеспечению военнослужащих, на что давались однотипные ответы: «Вы верните государству то, что украли, тогда и получите свое».
 
В отставку был отправлен действующий руководитель Тыла Вооруженных Сил генерал-полковник Чуранов В.Т. На его место был назначен генерал-лейтенант Исаков В.И., человек с виду мягкий, но на деле очень жесткий и непримиримый к различным злоупотреблениям и профессиональным упущениям по службе. Имея большой практический опыт, в том числе и обеспечения боевых действий в Афганистане и других горячих точках, генерал Исаков В.И. основные усилия сосредоточил на выстраивании системы организации деятельности тыла, основанной на жесткой дисциплине и спроса с тех, кто не справлялся со своими служебными обязанностями. Инспекции, которые он проводил в видах, родах войск Вооруженных Сил, военных округах и флотах, были настолько серьезны и глубоки, что наводили ужас на органы военного управления различного уровня. «Под раздачу» попадали все, от младших специалистов тыла до генералов и адмиралов. Причем срок выполнения служебных обязанностей не имел значения. При подведении итогов работы Инспекции тыла Вооруженных Сил, на военных советах десятки офицеров подлежали увольнению из армии, понижались в воинских званиях и должностях, подвергались серьезным дисциплинарным взысканиям на уровне Министра обороны. Лично был свидетелем, когда генерал Исаков В.И. за грубые нарушения в организации тылового обеспечения, получив предварительно разрешение от Министра обороны, отстранил от должности 2-х генералов: Начальника Тыла - Заместителя Командующего войсками Сибирского военного округа  и начальника Иркутского летного военного училища.
 
Руководителем Тыла Вооруженных Сил были установлены нормативные требования по привлечению к ответственности не только должностных лиц тыла, но и командиров , начальников всех степеней, вплоть до снятия их с должности и привлечения к уголовной ответственности.
 
В этот период произошел очень драматичный эпизод со мной и командиром части, дислоцированной в районе города Улан-Уде подполковником Головко А.В. - будущим начальником Главного центра и космодрома Плесецк.
 
Молодому начинающему командиру генерал Западинский А.Б. доверил одну из самых сложных частей Главного центра, где были серьезные проблемы в организации тылового обеспечения и, в особенности, с сохранностью материальных средств. Часть сотрясали постоянные хищения, утраты и недостачи военного имущества. Начальник Главного центра, назначая нового командира, закрепил меня за ним на период его становления, для оказания практической помощи в вопросах войскового тыла. В это время, генерал Исаков В.И. проводил инспекцию тыла частей Сибирского военного округа и, находясь в Ставке города Улан-Уде, решил проверить часть подполковника Головко А.В. Узнав о планах Заместителя Министра обороны, командование  направило меня к месту проверки. Как я уже раньше отмечал, генерал Исаков В.И. не брал во внимание период и срок исполнения обязанностей, а спрашивал по всей строгости с командиров и начальников. Так оказалось и в этот раз. Уровень проверки для начинающего командира был максимально высок. Каждую службу тыла проверяли начальники Центральных управлений Тыла Вооруженных Сил. Результат и вердикт проверки был очевиден. При заслушивании проверяющих командир части пытался всячески спасти положение, не соглашаясь с некоторыми доводами. Все это только усилило тот негатив, который генерал Исаков В.И. отчетливо испытывал. Необходимо было не допустить развитие ситуации в худшую сторону, которая могла бы стать непоправимой для молодого командира части. Заведомо понимая о последствиях, перебив Головко А.В., перехватываю инициативу полемики, за что сразу же был обвинен в покрывательстве командира, который к этому времени так «завел» Начальника Тыла Вооруженных Сил, что тот неминуемо хотел привлечь его к самому строгому спросу, вплоть до отстранения от должности. Завершая свой доклад, как старший начальник от Главного центра, я взял всю ответственность за имеющиеся нарушения в организации тыла части на себя.
 
Генерал Исаков В.И., немного подумав, дал команду своему порученцу включить мою фамилию в разгромный приказ Министра обороны. Я отчетливо понимал, что моя военная карьера висит на волоске, но был уверен, что спрашивать по полной строгости с командира за упущения прежних руководителей за столь короткий срок его пребывания в должности, несправедливо.
 
Ранним утром следующего дня совместно с Головко А.В. я был вызван в Ставку. Генерал Исаков В.И. отметил, что был удивлен тем, что я, как начальник тыла, заступился за командира части и пытался всячески ему помочь. «А вы, полковник, уверены, что он (командир) ответит вам тем же, окажись вы в подобной ситуации?» - задал мне вопрос Заместитель Министра обороны, на что получил от меня утвердительный ответ.
 
Затем Начальник Тыла Вооруженных Сил дал срок 6 месяцев на устранение всех нарушений и если при повторной проверке оценка будет «неуд», оба положим погоны на стол.
 
С этого дня, в Бурятии я бывал чаще, чем в Москве. Командир части достойно выдержал этот экзамен и через полгода получил заслуженную оценку «хорошо».
 
Спустя годы, уже с начальником Главного центра генералом Головко А.В. мы вспоминали это время, и уверен, вернув его вспять, я поступил бы также, а для него, как руководителя, это послужило серьезным уроком, и он стал одним из редких командиров, который по-настоящему понимает и знает вопросы войскового тыла.
 
Все имеющиеся на этот период трудности только закаляли нас, заставляли идти вперед и покорять новые вершины.
 
Тыл Главного центра стал  эффективным и важным звеном в организации тылового обеспечения от довольствующих военных округов до воинских частей, которые были размещены по всей стране 
 
При реформировании Ракетный войск в 2000-2001 годах, руководство этого вида Вооруженных сил РФ пыталось сохранить структуру своего тыла за счет массового сокращения тыла ГИЦИУ КС. Их доводы были основаны на том, что тыл Главного центра не является довольствующим органом и влияет на процесс обеспечения частей незначительно.
 
Трудный и резкий диалог с заместителем Главнокомандующего РВСН по тылу генерал-лейтенантом Колесниковым В.М. и начальником штаба тыла РВСН генерал-майором Мартыновым А.В. не дал результата. В этот период мне была предложена генеральская должность заместителя командующего 3-й отдельной армии Ракетно-космической обороны по тылу. Сохранить действующую организационно-штатную структуру тыла Главного центра стало для меня и всего коллектива  делом чести, и я отказался от высокой должности.  Генерал-лейтенант Западинский А.Б. направил меня в Штаб тыла Вооруженных Сил РФ для отстаивания интересов тыла ГИЦИУ КС. Особую сложность и драматичность в решении этого вопроса добавляло то, что моими оппонентами было вышестоящее руководство тыла РВСН - мои непосредственные начальники. Ими не учитывался, либо игнорировался тот факт, что в отличие от структуры ракетных объединений (армий), в организационно-штатной структуре Главного центра не предусматривались соединения (дивизии), и организация тылового обеспечения основывалась на прямом руководстве тыла Главного центра тылом воинских частей, входящих в его состав. Предлагаемое сокращение неминуемо привело бы к обеспечению наших частей по остаточному принципу, так как отстаивать интересы тыла до каждого командно-измерительного комплекса было-бы некому. Начальник Штаба тыла Вооруженных Сил генерал-полковник Булгаков Д.В. последовательно выслушал всех присутствующих в его кабинете. Я докладывал последним. Невозможно было представить, что весь многолетний труд наших предшественников-ветеранов тыла по созданию эффективной структуры и системы тылового обеспечения частей, будет перечеркнут одним решением. В свой доклад я вложил все, что мог для доказательства необходимости и обоснования нашей деятельности, особенно в сложившихся условиях. Результат оказался положительным - сокращение тыла ГИЦИУ КС не последовало. Из всех своих профессиональных удач я считаю этот результат наиболее весомым и значимым.
 
Слаженной работе - достойный результат
 
В период 1998-2001 годы тыл Главного центра заявил о себе,  как об органе военного управления, способного добиваться высоких результатов даже в таком элитном виде Вооруженных Сил, как РВСН, и тем самым поднял престиж всего ГИЦИУ КС.
 
Многие должностные лица тыла Главного центра были удостоены правительственных наград, получили досрочно очередные воинские звания, повышены в должностях. Высоко был отмечен и мой труд, как руководителя. Указом Президента РФ я был награжден орденом «За военные заслуги» и эта награда была общей победой всего нашего коллектива.
 
В 1998 году тыл Главного центра по основным показателям лучший среди полигонов, космодромов и частей обеспечения РВСН и по фактическим результатам опередил все ракетные армии. Такой же результат был достигнут и в 1999 году. Однако итоговое заседание Военного совета РВСН по субъективным причинам изменило его. Обидно и стыдно было наблюдать за офицерами Главного штаба Ракетных войск, которые перед началом заседания Военного совета, по указанию руководства изменяли наши показатели на выставленных стендах в худшую сторону, явно занижая весь итог нашей работы за год. Все это делалось в спешке и не было учтено, что при докладе демонстрировались слайды, где наши показатели были лучшими. Впоследствии, Заместитель Главкома РВСН по тылу генерал Колесников В.М. пояснил суть этих причин. Они основывались на очень сложных отношениях командования РВСН к ГИЦИУ КС, как основной структуре ранее реформированных Военно-космических Сил.
 
Несмотря на проявление подобной несправедливости, наш тыл практически и в тот год был лучшим среди всех объединений Ракетных войск. В 2000-2001 годах тыл Главного центра первое место уже не уступал никому, за что был награжден почетным вымпелом РВСН, как лучший тыл. В настоящее время эта награда находится в музее Главного центра и символизирует те результаты и достижения, которые стали возможны за счет умелого руководства командиров, начальников ГИЦИУ КС генералов: Шлыкова Н.Ф, Иванова В.Н, Западинского А.Б, их заместителей по тылу, моих предшественников, полковников: Чугунова Н.А, Ломакина Д.И, Дремова В.К, Чапурова В.П, а также  самоотверженного труда, высокого профессионализма и преданности делу ветеранов тыла: полковников: Грызлова А.А., Харькова В.Н., Мусат-Заде Р.А., Сидорова П.В., Климко В.Н., Козлова В.П., Шлыгина В.А., Азнаурьяна Л.Т., Сотникова Г.Ф., Романовского В.Г., Ряполова В.С.,  Шульги В.И., Улазовского В.И., подполковников: Аверина Г.Г., Илюхина К.Д., Какичева Н.П., Кобизева Н.Г., Забуги А.Г., Пыхтина В.А., Винникова В.Т.,      Терещенкова В.Ф., Абрамова Р.Т., Капли Н.И., майоров Верещаки В.А.,Трухина Е., Белецкого С., Тимофеева А.Н., Мальцева С.С., Яковлева И.П., служащих Любинского В.П., Сверделя В.Н., Курышевой В.С., Сибиряковой З.А., Годовник В.П., Мороз В.И., Трофимовой Л.П., Жирновой А.Н., Винниковой Г.П., Новиковой Н.С., Макеевой Т.И., Губиной Т.Н., Зюзенковой И.В. и многих других, перечисление которых заняло бы не одну страницу.
 
И был, и есть надежный тыл Российских Вооруженных сил!
 
Период моего пребывания в должности заместителя Начальника Главного центра по тылу был ознаменован конструктивной совместной работой, уважением  и  эффективной помощи на деле начальника ГИЦИУ КС  генерал-лейтенанта Западинского А.Б. Это относилось не только ко мне, его заместителю, но и ко всему личному составу тыла Главного центра, что предрешило многие большие и малые победы в нашей службе и работе. От него я усвоил для себя важнейшее качество руководителя: выделять главное звено из большого количества задач, которое определит  дальнейшие действия при принятии решения,  основанное не на эмоциональных порывах, а на тщательно выверенных профессиональных предложениях подчиненного коллектива. Деятельность всех должностных лиц должна осуществляться по принципу  « работы на командира», так как только ему дано право принимать решение для достижения главного результата.
 
Август 2000-го года. 300-летие тыла Вооруженных Сил. Впервые за последние 7 лет были организованы и проведены на базе Главного центра сборы заместителей (помощников) командиров частей по МТО. Удалось собрать не только весь руководящий состав, но и основную часть ветеранов тыла Главного центра. От всей души все мы радовались этой встрече. Многие годами ничего не знали о своих сослуживцах, друзьях.
 
Плечом к плечу сидели ветераны с действующими руководителями тыла, интересовались положением дел, и было видно, как они на глазах молодели, ведь для многих годы прошедшей службы были не только трудными, но и лучшими в их жизни. Невозможно изменить течение времени и для некоторых,  к сожалению, эта встреча стала последней со своим незабываемым военным прошлым.
 
Отошли в историю девяностые и нулевые. Современный тыл Вооруженных Сил, в том числе и Главного центра (ныне Главный испытательный космический центр МО РФ имени Г.С. Титова) полностью видоизменился. Не хочу быть категоричным в оценке происходящего, и тем более судить о том, когда и кому в нашей службе было труднее или легче. Время лучший жизненный экзаменатор. Но я глубоко убежден, что в работе войскового, оперативного тыла не бывает легких периодов. Решение задач материального обеспечения требует ежедневного результативного, порой неблагодарного труда командиров частей, всех специалистов тыла от генералов до служащих Вооруженных Сил.
 
Добрая память, честь и уважение ветеранам тыла Главного центра, всем тем, от кого в настоящее время зависит решение такой сложной, ответственной и жизненно необходимой задачи - организация тылового обеспечения воинских частей.
 
Мы не привыкли отступать,
Еще Суворов так учил,
Но, чтоб в бою не умирать
Необходим надежный Тыл!
 
 
П-к Кондраштин, 2015 год.